Дисциплинарное судебное присутствие отказало в восстановлении в должности бывшему судье Карачаевского горсуда Шамилю Алиеву. Он обжаловал решение Квалификационной коллегии судей Карачаево-Черкесской республики о лишении его полномочий за наложение обеспечительных мер. Поводом для такого дисциплинарного наказания послужило представление председателя Верховного суда КЧР Андрея Давыдова, написанное после поступления к нему жалобы на Алиева от главы республиканского парламента Александра Иванова.

Суть спора

Шамиль Алиев пытался оспорить принятое 3 октября 2011 года решение Квалификационной коллегии судей Карачаево-Черкесской республики о досрочном лишении его полномочий судьи и 4-го квалификационного класса. ККС вынесла его после того, как председатель парламента — Народного собрания Карачаево-Черкесской республики — Александр Иванов направил на имя председателя Верховного суда КЧР Андрея Давыдова письмо, в котором предложил лишить Алиева статуса судьи за вынесение определения о принятии обеспечительных мер, заблокировавших рассмотрение депутатами вопроса о назначении представителя общественности в состав ККС. Этим определением по жалобе О.А.-А.Чотчаева, принятым 14 июня, судья запретил председателю республиканского парламента Иванову возвращать документы Чотчаеву, который хотел работать в квалифколлегии в статусе общественника, и приостановил рассмотрение вопроса в парламенте республики в целом.

Между тем, согласно существующему в республике порядку, претенденты на пост представителя обществености в ККС могут самостоятельно направить документы в парламент.

Иванов предложил уволить судью Алиева 5 июля 2011 года. В тот же день Давыдов внес соответствующее представление в республиканскую ККС.

Судья посчитал это ошибкой, а не дисциплинарным проступком

В декабре прошлого года состоялось первое заседание Дисциплинарного судебного присутствия по жалобе Алиева (Право.Ru рассказывало об этом подробно). Тогда он назвал свое определение об обеспечительных мерах судебной ошибкой, связанную с тем, что он отождествил два понятия — "председатель Народного собрания" и "Народное собрание". При этом он отметил, что при вынесении определения по заявлению Чотчаева сказалось отсутствие судебной практики по этому вопросу и нехватка времени для принятия решения. Кроме того, в письме спикера Иванова Чотчаеву причина возврата документов не указывалась, и оставался открытым вопрос, были ли нарушены права заявителя Чотчаева. 

Определение судьи Алиева уже на следующий день было обжаловано, а 16 июня отменено вышестоящей инстанцией, в результате голосование в республиканском парламенте по кандидатам на пост представителя от общественности в ККС КЧР состоялось. Самому же судье было вынесено частное определение, в котором говорилось о существенном нарушении норм процессуального права при рассмотрении дела по заявлению Чотчаева.

В свою очередь Алиев, подкрепляя свои доводы о неадекватности принятого решения о его увольнении, обратил внимание ДСП на то, что глава Народного Собрания республики прямо предписал, какую меру дисциплинарной ответственности нужно применить к судье. По мнению Алиева, это обстоятельство является вмешательством в законодательно закрепленные принципы независимости судебной власти в РФ. Также недоумение у бывшего судьи вызвал факт оперативного – в день поступления письма от главы Народного собрания — вынесения Давыдовым представления на увольнение. В своей жалобе Алиев указал, что это произошло "без проведения хотя бы формальной проверки по письму, попытки получить объяснение".

В свою очередь председатель ККС КЧР Виталий Чепуров, обосновывавший в ДСП необходимость увольнения Алиева, высказал мнение, что у того должно было хватить опыта, чтобы вынести правильное решение по жалобе Чотчаева на возврат документов Народным собранием Карачаево-Черкесской республики. Как оказалось, претензий у республиканской ККС к Алиеву и помимо случая с определением обеспечительных мер немало — низкое качество отправляемого судьей правосудия, нарушения, связанные с оформлением дел, и волокита, выразившаяся в неоднократном отложении ряда дел. На заседании в ДСП в декабре Чепуров заявил о том, что "определение стало последней каплей". По его словам, показатели работы Алиева из года в год становились все хуже. "Качество отправления правосудия 5,9% в 2008 году, в 2009-м – 55,6%, в 2010-м – 40%, за первое полугодие 2011-го – 25%", — отметил он, уточнив, что из 160 дел, рассмотренных уволенным судьей в 2008 году, семнадцать было обжаловано, а из обжалованных шестнадцать отменено.

"А если бы эти 160 обжаловались, не известно вообще какой бы показатель был, — высказал предположение Чепуров. Однако члены ДСП удивились: „А если бы обжаловалось одно и одно было бы отменено, то показатель был бы ноль?“.

Лишенный мантии судья категорически с доводами ККС не соглашался. В частности, он пытался доказать, что по его вине не было отложено ни одного судебного заседания, это происходило по независящим от него причинам, в частности, из-за отсутствия в городе СИЗО — конвоирование заключенных  производится по плану два раза в неделю.

Положительная характеристика оказалась знаком дружбы

Вчера ДСП продолжило рассмотрение жалобы Алиева. Квалифколлегия по требованию ДСП представила дополнительные документы о проведенной проверке работы судьи Алиева. Представитель ККС продолжал настаивать на низком качестве работы Алиева, а также на допущенной им волоките по ряду дел. Но, как оказалось, жалоб ни по одному делу на судью не поступало.

Виталий Чепуров в самом начале заседания неожиданно заявил ходатайство о приобщении к материалам дела ответа исполняющего обязанности председателя Карачаевского горсуда на запрос республиканской ККС о предоставлении копии характеристики на судью Шамиля Алиева.

"ККС республики была запрошена копия этой характеристики, выданной и.о. председателя Карачаевского горсуда [Зауром Каракетовым]. Вот, что он ответил: "На ваш запрос от 20 декабря 2011 года сообщаю, что предоставить копию характеристики, выданной Алиеву не представляется возможным в виду ее отсутствия. Кроме того, сообщаю, что данная характеристика выдана Алиеву по его просьбе для устройства на работу в Кабардино-Балкарской республике, и что она не соответствует действительности и не содержит всех объективных сведений, характеризующих Алиева", — процитировал Виталий Чепуров, добавив, что в личной беседе Каракетов признался: Алиев попросил у него хорошую характеристику для трудоустройства, а он не смог отказать.

- Получается, солгал? — задали риторический вопрос члены ДСП. — Вы обращались к Каракетову с просьбой предоставить корпию характеристики, а что, того, что было предоставлено в материалах ДСП, было недостаточно?

- Я услышал это на слух, понял, что она положительно характеризует Алиева. Хотелось увидеть характеристику, поэтому был сделан запрос, — пояснил председатель республиканской ККС.

Нарушение сроков рассмотрения дел

По ходу исследования членами ДСП материалов дела Чепуров, озвучил суть претензий к судье Алиеву. Первым моментом, на котором он остановился, стали неоднократные отложения по делам без указанием причин. В частности, он обратил внимание на несколько дел. Одно из них находилось в производстве у Алиева свыше 8 месяцев, заседания откладывались 25 раз, два из них без указания прочины. По другому делу ККС установила, что дело откладывалось три раза тоже без указания причин.

- Почему не указывали причины отложения? — поинтересовался член ДСП у Алиева.

- Возможно, в описательной части это указано. Просто так отложить я не мог, — ответил тот.

Однако представитель ККС напомнил членам ДСП о деле, которое находилов в произодстве у судьи Алиева полгода, а потом судья вернул дело прокурору для устранения препятствий для его рассмотрения. "Люди находятся под стражей. Полгода, хотя УПК предусматривает, в том числе, предварительное заседание", — заявил представитель ККС.

В ответ Алиев попытался возразить, что все это время шла работа по делу, и лишь через полгода были установлены обстоятельства, которые препятствовали его рассмотрению. Стоит отметить, что на этом заседании Алиев был немногословен и, казалось, равнодушен к решению своей судьбы.

На этом претензии у представителя ККС не закончились. Виталий Чепуров рассказал о том,  что по ряду уголовных и гражданских дел не были написаны протоколы, дела не были оформлены и прошиты. В частности, по делу с 24 сентября 2010 года на момент проверки 14 апреля 2011 года протоколы были не подписаны секретарем и судьей.

- Протоколы были, — возразил Алиев. — Я их тщательно перепроверил, они были подшиты, отдал секретарю переделать. Она изменила и отдала мне на подпись. Они лежали у меня в кабинете, когда приехала проверка.

- Сколько месяцев лежали на столе? — поинтересовались члены ДСП.

- Полдня максимум, — ответил он.

- Сентябрьские протоколы в апреле?! — Удивились судьи.

- Да. Ошибки грамматические, стилистические [исправлял]…", — уточнил Алиев. 

Не оказалось протоколов и в нескольких гражданских делах, рассмотренных судьей Алиевым 23 марта 2011 года. На момент проверки они были не прошиты,  не пронумерованы и не сданы в канцелярию. 

- Что у вас случилось 23 марта? — Поинтересовались члены ДСП у Алиева, имея ввиду большое количество рассмотренных дел.

- Это типовые иски. 23 марта с интервалом в час-полчаса я вынес решения. Секретарь уехала на курсы повышения квалификации до того, как я изготовил мотивированные решения и не изготовила протоколы. Прибыла она буквально за два дня до проверки. Я ей передал ей эти дела.

Однако Виталий Чепуров отметил, что 24 марта и 25 марта Алиев тоже рассматривал дела.

- Кто был секретарем у вас? — Задал он вопрос, на который не получил ответа.

В прениях Шамиль Алиев был также немногословен и попросил членов ДСП вынести объективное решение.

*****

После длительного совещания члены ДСП отказали Шамилю Алиеву в удовлетворении жалобы.

http://pravo.ru/news/view/67644/