Репортаж
9 ноября 2012

Первый осужденный по делу 6 мая получил реальный срок

Первый осужденный по делу 6 мая получил реальный срок
Фото с сайта lenta.ru

Единственного из обвиняемых по делу о массовых беспорядках 6 мая 2012 года, который полностью признал свою вину и примирился с пострадавшими от него полицейскими, Максима Лузянина Замоскворецкий суд приговорил сегодня к четырем с половиной годам лишения свободы в колонии общего режима. Теперь в процессах против других обвиняемых по "Болотному делу" можно использовать этот приговор.

Суд над бизнесменом и культуристом Лузяниным начался в первом часу дня, а закончился в шесть вечера. Его обвиняли в том, что 6 мая он наносил побои омоновцам, которые были в оцеплении разрешенного митинга. Свою вину Лузянин признал полностью и заявил, что если бы мог все отыграть назад, никогда бы так не поступил. Его дело суд рассматривал в особом порядке, то есть обвинительный приговор был неизбежен.

Параллельно в этом же суде, но на другом этаже, открылся процесс еще одного фигуранта дела о массовых беспорядках — Михаила Косенко. Следователи просили отправить его на принудительное лечение из-за психического расстройства, защита выступила против. Его адвокат Елена Липцер попросила суд отпустить своего подзащитного, так как он "вряд ли сможет оказать давление на потерпевших и свидетелей – сотрудников МВД и ОМОНа", но судья Москаленко посчитала, что он может "продолжить заниматься преступной деятельностью". Защита также заявила, что дело Лузянина не должно было рассматриваться в особом порядке (без допроса свидетелей и предъявления доказательств). Сначала, по мнению адвокатов, суд должен был исследовать все доказательства, а потом решить – были ли массовые беспорядки.

В перерыве адвокат Сергей Шушпанов, защищавший Лузянина, заочно оспорил этот тезис защиты Косенко. "У нас не англо-саксонское право.  Каждое преступление необходимо доказывать по каждому конкретному человеку, предъявлять доказательства, допрашивать свидетелей, это никак не будет влиять на решение по основному делу и  не освобождает следствие от обязанности доказывать", — заявил. "В России нет прецедентного права, но есть такое понятие, как преюдиция, когда уже принятые судом решения рассматриваются в рамках других аналогичных уголовных дел", — объяснял ранее Дмитрий Динзе — адвокат еще одного обвиняемого Дениса Луцкевича.

Судья Андрей Федин начал рассмотрение дела Максима Лузянина только через 1,5 часа после официально назначенного времени. Он успел зачитать инкриминируемые Лузянину статьи (ч. 2 ст. 212 — "массовые беспорядки", и ч. 1 ст.318 УК РФ — "применение насилия в отношении представителя власти"), но сразу же прервал процесс из-за кашля и стремительно удалился в совещательную комнату. После его возвращения слово взял гособвинитель Третьяков, который в течение 40 минут зачитывал фабулу дела. Говорил он очень тихо, однако фамилии других фигурантов дела о массовых беспорядках журналисты все-таки услышали. Из его речи стало ясно, что все 18 подозреваемых, "действуя умышленно, приняли участие в массовых беспорядках на Болотной площади", и, "применяя физическую силу, предприняли попытку прорвать оцепление".

Следствие установило, а Лузянин своим признанием подтвердил, что, "игнорируя призывы", умышленно и прицельно бросал куски асфальта в сотрудников полиции, которые "попадали им по различным частям тела". Всего пострадавшими по делу о беспорядках на Болотной признано 40 человек, но по этому эпизоду – только пять: полицейские Казьмин, Круглов, Штапкин, Прохоров и Марков. Круглова Лузянин сбил с ног, Прохорова схватил за шею и попытался задушить. Во всех случаях он не причинил вреда здоровью, Прохорову оплатил услуги стоматолога, которые потребовались из-за повреждения эмали зуба, а на очной ставке "сердечно извинился" перед потерпевшими и пожал им руки. Кроме Лузянина прокурор особенно акцентировал внимание на действиях Косенко – его фамилия звучала в речи чаще фамилий других фигурантов. Общий ущерб от выломанного асфальта он оценил в 28 млн руб., от перевернутых биотуалетов – в 70 000 руб.

Из свидетелей (по характеристике личности, а не по событиям) суд заслушал только мать подсудимого Анну Лузянину. Она описала сына как неконфликтного и доброго человека, главу "нормальной крепкой семьи" и своего единственного кормильца. "Вообще агрессивное поведение для него не характерно", — сказала она. Родители Лузянина – пенсионеры, другие дети не могут им помогать, так как не работают. "Я взрослый сдержанный человек, поддался эмоциям, такое поведение для меня не характерно, — сказал сам подсудимый, — о содеянном я сожалею, если бы была возможность – я бы сделал все по-другому".

На прениях прокурор, несмотря на полное признание вины и рассмотрение дела в особом порядке, попросил для Лузянина реальный срок – 6,5 лет колонии общего режима. Он посчитал, что "его исправление невозможно без изоляции от общества". Адвокат Шушпанов настаивал на активной помощи следствию, полном признании вины и положительных характеристиках своего подзащитного. "Он принес сердечные извинения потерпевшим, они не имеют к нему претензий. Лузянин попал под агрессивное воздействие толпы, совершил преступление, которое в обычной жизни считает неприемлемым, в толпе индивид перестает быть собой, — сообщил адвокат, — он не представляет общественной опасности, его энергия и сила необходима его семье и обществу. Лузягнин твердо встал на путь исправления". Шушпанов попросил суд об условном наказании для своего доверителя, сославшись на ст. 73 и 64 УК РФ.

В 14:30 судья удалился на вынесение приговора и вернулся, чтобы огласить его, три с половиной часа спустя. Лузянин получил четыре с половиной года лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима.

Пока ждали приговора по Лузянину, стало известно, что дело Косенко перенесли на 28 ноября – у него появились новые адвокаты (теперь их шесть), попросившие время для ознакомления с делом.