Репортаж
15 ноября 2012

"Прокурор, работайте, а то вот уже замечания делают"

"Прокурор, работайте, а то вот уже замечания делают"
Фото Право.Ru

Таганский суд, в котором за мошенничество с кредитом "Носта-Банка" судят бизнесмена Александра Хейфеца и менеджеров Игоря Волкова и Валентину Трусову, успел сменить не только председательствующего, но и трех прокуроров. Сначала обвинение представляла Генпрокуратура, потом дело спустили в районную, но и там оно не переставало кочевать от одного прокурора к другому. Последний явился в процесс 13 октября настолько неподготовленным, что за него вопросы свидетелям задавала судья, а подсудимый предлагал обвинителю свою помощь.

В октябре 2008 года "Носта-Банк" купил акции компании ТГК-4 на 30 000 000 рублей в надежде на то, что будет объявлена оферта и акции вырастут в цене, пояснил "Право.Ru" адвокат одного из подсудимых – Игоря Волкова. Когда этого не случилось, банк решил избавиться от них. Компания "ИстЛайн Капитал", один из клиентов "Носта-Банка", решила их выкупить в обмен на кредит в 30 000 000 рублей. Кредит был выдан, акции  выкуплены и 30 000 000 рублей в тот же день вернулись в банк.

В распоряжении "ИстЛайн Капитал" остались акции ТГК-4, кредит был выдан на достаточно короткий срок (примерно 3 месяца), однако в установленный срок не был возвращен. Не получил банк и акции. Руководство "Носта-Банка" срок действия кредита неоднократно пролонгировало, отмечая, что обслуживание кредита является хорошим. Это продолжалось около полутора лет, пока в 2010 руководство банка не обратилось в правоохранительные органы. Полиция возбудила уголовное дело по ст. 159 УК РФ – мошенничество. В итоге на скамье подсудимых оказались бизнесмен Александр Хейфец, управляющий московским филиалом "Носта-Банка" Игорь Волков, одобривший кредит, и гендиректор "ИстЛайн Капитал" Валентина Трусова. Хейфец — единственный из трех подсудимых находился в клетке. Его заключили под стражу из-за того, что он уклонялся от явки к следователю.

В деле сменился судья и уже несколько прокуроров. Сначала обвинение представляла Генеральная прокуратура, потом дело спустили на районный уровень. При этом на прошлое заседание, перенесенное из-за участия адвоката Хейфеца в процессе с присяжными, пришел один прокурор, во вторник его сменил другой.

Новый прокурор Александр Меркулов был явно не готов к процессу. От допроса первого свидетеля – водителя "ИстЛайна" Николая Стужника – он фактически устранился, предоставив вести процесс судье, из-за чего адвокат Хейфеца на этот день Евгений Корчаго заявил возражения на действия председательствующего.

- Можете заявить отвод, — отреагировала судья Наталья Коновалова.

Из допроса Стужника стало ясно, что он по поручению Трусовой перевозил документы компании и деньги, иногда выполнял поручения Хейфеца, у которого в офисе, якобы, был кабинет. По ходатайству последнего судья озвучила показания свидетеля от 16 мая 2011 года.

- Откуда взялась фраза "однако реальным руководителем был Хейфец", где вы сказали правду: на предварительном следствии или в суде? – спросил он.

- Реальным руководителем была Трусова.

- Почему эта фраза появилась в протоколе допроса? Вы протокол прочитали лично, поясните, — сказала судья.

- Я особо до этого момента не прочитал, — ответил свидетель.

При допросе второго свидетеля – сотрудника отдела автоматизации "Носта-Банка" Андрея Позднякова – всплыло имя Анара Ахмедова, учредителя "Носта-Банка" и председателя Совета директоров на момент выдачи кредита. Он присутствовал при допросе Позднякова. Он только пояснил суду, что показал следователю программу по перечислению денег, и его отпустили. Зато третьего свидетеля, главного бухгалтера московского филиала банка Веру Семенову, допрашивали около часа. На вопросы по профессиональной квалификации она отвечала настолько неуверенно, что очень удивила судью.

- Кредитный договор, кроме Волкова чьи еще подписи нужны? – спросила Коновалова.

- Наверное, главы кредитного отдела.

- Меня поражают эти ваши "наверное", вы главбух, поясните, при выдаче кредита чьи еще подписи требуются?

- Понятия не имею, не помню.

- Прокурор, работайте, а то вот уже замечания делают, — обратилась к гособвинителю судья, чтобы он задал вопрос.

- Вам подсказать лист дела? — обратился к нему и Хейфец. — Ваша честь, у нас прокуратура начала часто меняться, это настораживает, так мы всю Таганскую прокуратуру переберем, потом вопрос, кто будет за это все отвечать.

- Сторона, вам замечание, чтобы не устраивали здесь базар, а то все горазды председательствующему замечания делать, — не осталась в долгу судья.

Из показаний главбуха Семеновой можно было сделать вывод о конфликте между Ахмедовым и Волковым из-за этого кредита – Ахмедов настаивал на его выдаче. Семенова не возражала. Свою невнимательность к документам она объяснила так: "у нас маленький банк, карманный, ахмедовский – все кредиты [выдаются] под его руководством".

- Я спрашиваю вас как главбуха и члена кредитного комитета, вы как определяете, с ведома Ахмедова выдается кредит или нет? – не отставала от нее судья.  

- Мне сказал кредитный инспектор.

- Ахмедов давал вам указания?

- Нет.

- А имел на это право?

- Ваша честь, а Егорова может давать вам распоряжения? Но ведь дает, — неожиданно вмешался адвокат Корчаго.  

- Нет, не дает.

- Она дает распоряжения председателям судов, я с ними общаюсь.

- Если у вас есть какая-то конфиденциальная информация, то зачем вы ее сейчас озвучиваете? — одернула его судья.

Хейфец попытался было заявить ходатайство о привлечении Семеновой к уголовной ответственности за дачу ложных показаний ("все написано под диктовку следователя, а я уже год сижу"), однако суд проигнорировал его реплику. Отказал он и в ходатайстве о запросе результатов аудиторских проверок банка за 2008 и 2009 годы и акта службы внутреннего контроля банка. Все проверки, по словам Семеновой, нарушений не обнаружили. "Это преждевременно, — решила судья и не поленилась объяснить своему оппоненту, почему, после чего предъявила претензию подсудимому. – Проблема в том, Хейфец, что вы позиционируете себя как интеллигентного человека и бизнесмена, а здесь даже люди, которые больше сидят, заявляют ходатайства лучше. Оформляйте ходатайства надлежащим образом, без ваших инсинуаций".

После чего Хейфец вернулся к наболевшему — его собственному заключению. "Седьмого числа вышло постановление Конституционного суда, которое вы не можете игнорировать", — втолковывал он судье, почему его нельзя судить и держать под стражей, если против него не было возбуждено уголовного дела — он, как и остальные подсудимые, был просто привлечен к делу, а потом уже обвинен и посажен. "Конституционный суд все пишет и пишет, а все по барабану", — негодовал Хейфец, разъясняя, как должна применяться ст. 90 УПК (преюдиция).

Это обстоятельство было одной из причин, по которой делом Хейфеца, Волкова и Трусовой заинтересовался Центр общественных процедур "Бизнес против коррупции".