Суд ЕС снял санкции с Владимира Аветисяна

Суд ЕС аннулировал нормативные правовые акты от марта и сентября 2025, которые вводили санкции в отношении Владимира Аветисяна (дело № Т-323/25), и признал, что Совет ЕС допустил ошибку в оценке доказательств и продолжил заморозку активов, запрет на въезд и транзит в ЕС на основании устаревших данных, несмотря на документально подтвержденный факт ухода из «РБА-Менеджмент». Первым на это дело обратил внимание телеграм-канал The Sanctions Law.

В июне 2024 года Совет ЕС включил Аветисяна в санкционный список по причине оказания материальной или финансовой поддержки правительству России. Основанием послужил факт того, что Аветисян был гендиректором и учредителем «РБА-Менеджмент». В октябре 2024 года Аветисян уведомил Совет ЕС о своей отставке и продаже 100% долей в уставном капитале «РБА-Менеджмент» новому владельцу. Аветисян подтвердил эти изменения нотариально заверенным договором купли-продажи и официальными выписками из ЕГРЮЛ. Тем не менее, Совет ЕС проигнорировал эти доказательства.

Как правило, только сведений из ЕГРЮЛ недостаточно, отмечает адвокат и партнер практики комплаенса и санкционного права BGP Litigation Сергей Гландин, который вместе с командой представлял интересы Аветисяна. Совет ЕС ждет подтверждений из открытых источников, например, с сайта компании, которую человек покинул, или из социальных сетей, где будет общее фото с коллективом и благодарность от руководства и коллег. «Только проблема в том, что не во всех компаниях практикуются такие политики публичного освещения корпоративных событий, там уважают конфиденциальность и коммерческую тайну, у многих организаций даже нет полноценно работающих сайтов. А требовать от человека активности в соцсетях по меньшей мере не корректно», — говорит Гландин. В итоге Совет ЕС сослался на устаревшее майское досье 2024 года и лишь изменил формулировку, назвав Аветисяна бывшим директором.

В ответ на это Суд ЕС указал, что критерий (f), по которому Аветисян находится под санкциями, требует, чтобы поддержку оказывали на момент принятия акта о введении санкций, а не в прошлом. Совет ЕС не имел права перекладывать бремя доказывания на заявителя и требовать от него подтверждения полного ухода из отрасли, в которой он вел деятельности. Сам по себе факт того, что ранее он занимал определенные должности не может служить основанием для заморозки активов спустя месяцы, если у Совета нет четких доказательств сохранения фактических связей с компанией. Признание Аветисяна бывшим директором фактически подтвердило то, что первоначальные доказательства устарели. А это делает сохранение санкций незаконными.

По словам Гландина, это решение Суда ЕС продолжает сентябрьскую практику (дела Полины Гагариной и Олега Ткача), где первая инстанция Суда ЕС конкретизирует процессуальные вопросы доказывания, пресекает попытки ответчика перенести на истца бремя доказывания, в том числе доказывания отрицательных фактов, и повышает требования к источникам, на которых Совет ЕС основывает свои решения.

Судебный акт по делу Владимира Аветисяна в очередной раз напоминает Совету ЕС, что его желание произвольно вводить или продлевать санкции против россиян наталкивается на противодействие Суда ЕС. Суд ЕС по-прежнему контролирует действия Совета ЕС через призму высоких стандартов надлежащего управления и защиты прав человека, которые установлены делом Kadi I.

В то же время Суд ЕС отклонил требования Аветисяна о взыскании более €192 000 в качестве компенсации за упущенную выгоду из-за отказа армянских банков в обслуживании. Суд отметил, что санкции ЕС не имеют юридической силы на территории Армении и ни к чему не обязывают местные банки. Отказ в открытии счетов является следствием внутренней политики комплаенса самих банков, а не прямым результатом действий Совета ЕС. Суд постановил, что каждая сторона несет собственные судебные расходы.

Успешное оспаривание санкций в Суде ЕС не означает автоматического снятия ограничений, так как это относится к компетенции Совета ЕС. При этом случаи, при которых лицо уже не соответствует критериям для введения санкций, Суд ЕС это подтверждает, но Совет ЕС все равно сохраняет ограничения, встречаются нередко. Подобная ситуация впервые произошла в деле Сергея Мндоянца (дело № T‑390/22), отмечает Гландин. Власти ЕС настаивали, что бизнесмен занимает топ-должность в АФК «Система», хотя он покинул компанию еще до введения санкций.

С подобным столкнулась и Майя Токарева: она четыре раза успешно оспаривала санкции, и только в последнем решении ей удалось убедить Совет ЕС в том, что она экономически не связана с отцом, напоминает Гландин. Юрист добавляет: такая же ситуация была у Вячеслава Богуслаева (дело № T-604/24). Украинские власти содержат его в СИЗО, он с конца 2022 года не владеет и не управляет предприятием «Мотор-Сич», но Совет ЕС по-прежнему оставляет его в санкционных списках, несмотря на то, что Суд ЕС признал это незаконным.