Директор не подал на банкротство компании из-за долга по страховым взносам чуть больше 200 тыс. руб. Поэтому ФНС сейчас предлагает взыскать с него 18,6 млн по долгам фирмы. Кассация отклонила требования чиновников. Она решила, что формальные признаки банкротства сами по себе еще не говорят о наступлении "критического момента", когда нужно подавать на банкротство. Что это за критический момент, возможно, разъяснит ВС, надеется эксперт.
Вчера, 6 июня, Верховный суд принял к рассмотрению жалобу ФНС на решения судов, отказавшихся привлекать директора к субсидиарной ответственности на 18,6 млн руб. за недоимку фирмы по страховым взносам в размере 232 823 руб. (А50-5458/2015). Такие сравнительно небольшие суммы компания «Каркас» задолжала фондам в 2009 и 2010 годах и до сих пор не погасила, хотя продолжала работать. ФНС, которая инициировала дело о банкротстве фирмы в 2015 году, считает, что «Каркас» отвечал признакам банкрота уже в 2010-м, а значит, его гендиректор Сергей Кислухин по закону обязан был об этом заявить. Раз промолчал – его можно привлечь к субсидиарной ответственности и заставить заплатить 18,6 млн руб. по долгам фирмы, у которой ничего нет, настаивала ФНС.
Но 17-й Арбитражный апелляционный суд с этим не согласился. Конечно, задолженность есть, но страховые взносы – это особые целевые платежи, и судебная практика не учитывает их, когда определяет признаки несостоятельности, объяснила апелляция. АС Уральского округа поддержал этот вывод и добавил, что формальные признаки банкротства сами по себе еще не обязывают руководителя заявлять о банкротстве:
«Само по себе возникновение кредиторской задолженности не подтверждает, что у компании наступил критический момент, когда по закону необходимо инициировать банкротство» – АС УО
ФНС обжаловала эти акты в Верховный суд и указала, что такой момент, по ее мнению, наступил. Дело тут не просто в просроченном долге, а в объективном банкротстве, указали чиновники. По их словам, все это время «Каркас» рассчитывался с поставщиками, а в бюджет и фонды не платил, наращивая задолженность. Эти доводы экономколлегия выслушает 13 июля 2017 года.
Небольшая неуплата «Каркаса» стала отправной точкой, с момента которой долги стали расти, а активы уменьшаться, на что обратил внимание Верховный суд, комментирует партнер юрбюро «Падва и Эпштейн» Антон Бабенко. Самая интересная формулировка из определения ВС – это «критический момент» [когда директор должен подать на банкротство компании], анализирует партнер адвокатского бюро КИАП Михаил Успенский. «Замечательно, если ВС даст четкие критерии, когда 300 тысяч долга – это пустяк, а когда – первый звонок несостоятельности», – отмечает юрист.
