Новости
29 октября 2012

Мосгорсуд снизил срок бывшему помощнику судьи, попавшемуся на мошенничестве

Мосгорсуд снизил срок бывшему помощнику судьи, попавшемуся на мошенничестве
Фото с сайта sledcom.ru

Мосгорсуд опубликовал кассационное определение по делу Александра Уварова и Руслана Гогатишвили. Бывший помощник судьи Перовского райсуда и юрист обещали посодействовать в получении "нужной" для благополучного разрешения дела экспертизы за $40 000.  При получении денег сообщники были задержаны и во всем раскаялись. Однако ни деятельное раскаяние, ни семейное положение не помогли им существенно изменить приговор в кассационной инстанции.

В начале марта 2012 года Главное следственное управление Следственного комитета Москвы возбудило уголовное дело по материалам проверки заявления супругов Елены и Ильдара Огановых. Как поясняли заявители, в 2005 году они сняли комнату у одинокого пенсионера и тот в марте 2011 года составил договор дарения им квартиры. Однако после его смерти (летом 2011 года) супругам пришла повестка в суд – у умершего нашлась дочь, которая утверждала, что договор необходимо признать недействительным. Для защиты своих интересов Огановы наняли гендиректора компании "Честный юрист" Руслана Гогатишвили.

Дело попало в Перовский райсуд и в феврале 2011 года для проверки аргумента дочери пенсионера о недееспособности дарителя судья Сергей Ефремов назначил посмертную судебно-психиатрическую экспертизу по медицинским документам бывшего владельца квартиры. В тот же день Огановым позвонил Гогатишвили и сообщил, что "нужная" экспертиза будет стоить $40 000. При этом деньги, по словам юриста, должны были пойти помощнику судьи Александру Уварову, который якобы мог оказать влияние на предстоящее решение по делу. Огановы обратились в ФСБ, и злоумышленники были задержаны. 19 июля 2012 года Перовский райсуд признал Уварова и Гогатишвили виновными в совершении покушения на мошенничество (по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ) и приговорил их, соответственно, к шести годам и к пяти годам восьми месяцам в колонии общего режима. Осужденные обратились в Мосгорсуд с ходатайствами о смягчении приговора.

17 сентября 2012 года судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда под председательством Андрея Зубарева рассмотрела заявления осужденных. В жалобах Уварова и его защиты указано, что приговор суда чрезмерно суров, а при назначении наказания не учтено, что на его иждивении находятся беременная жена, престарелый отец и бабушка. Кроме того защита напомнила, что Уваров полностью признал свою вину, раскаялся, "публично принес свои извинения потерпевшим, что, по мнению защитника, возможно признать в качестве иных действий, направленных на заглаживание вреда", а значит, признать смягчающим наказание обстоятельством. А вот защитники второго фигуранта в своих жалоба указали, что  "Гогатишвили выполнял роль посредника между Огановыми и Уваровым, действовал исключительно по указанию последнего и не имел возможности принимать самостоятельные решения", и полагают, что действия их подзащитного подлежат переквалификации. В обоих случаях защита просила назначить условное наказание.

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Макарова просила оставить приговор без изменения, "поскольку выводы суда о виновности осужденных основаны на совокупности исследованных доказательств, правовая оценка их действий является правильной, назначенное каждому из них наказание соответствует содеянному и данным о личности". Рассмотрев все представленные документы и заявления, суд пришел к выводу, что оснований для назначения условного наказания не имеется, однако счел наказание Уварова подлежащем смягчению: "судебная коллегия полагает, что с учетом установленных судом данных о личности Уварова, обстоятельств, смягчающих его наказание, а также принимая во внимание представленную в суд кассационной инстанции расписку о компенсации потерпевшим морального вреда, назначенное Уварову наказание подлежит смягчению, в связи с чем приговор суда подлежит изменению". Теперь экс-помощнику судьи предстоит провести в колонии даже меньше, чем его сообщнику — пять лет.