Исполнение международных арбитражных решений в ОАЭ: практические вопросы

Выбор применимого механизма определяется местом вынесения арбитражного решения, и именно с этого вопроса следует начинать анализ.

Для арбитражных решений, вынесенных за пределами ОАЭ, основным инструментом становится Нью-Йоркская конвенция 1958 года о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений. ОАЭ присоединились к ней 21 августа 2006 года, и для страны она вступила в силу 19 ноября 2006 года. Одно обстоятельство при этом регулярно упускается из виду: присоединение состоялось без каких-либо оговорок, то есть ОАЭ не сделали ни оговорки о взаимности, ни оговорки о торговом характере отношений. Это значит, что конвенция применяется к арбитражным решениям, вынесенным на территории любого государства независимо от его участия в конвенции, и не ограничена спорами, возникающими из торговых отношений.

Наряду с конвенцией к иностранным арбитражным решениям применяется ст. 223 ГПК ОАЭ, которая распространяет на них правила об исполнении иностранных судебных решений и устанавливает два дополнительных условия: спор должен допускать передачу в арбитраж по праву ОАЭ, а само арбитражное решение должно быть исполнимым в стране, где оно вынесено. Вместе с тем ст. 225 ГПК ОАЭ прямо предусматривает, что его правила применяются без ущерба для положений международных договоров. Поэтому в отношении арбитражных решений, подпадающих под Нью-Йоркскую конвенцию, приоритет сохраняется за конвенцией, а нормы кодекса имеют субсидиарное значение.

Для арбитража с местом разбирательства в ОАЭ применяется Федеральный закон № 6 от 2018 года об арбитраже (далее — Закон об арбитраже) с изменениями, внесенными Федеральным декретом-законом № 15 от 2023 года. В соответствии со ст. 2 Закон об арбитраже распространяется на любой арбитраж, проводимый на территории ОАЭ, если стороны не договорились о применении иного арбитражного закона, а также на международный коммерческий арбитраж, проводимый за рубежом, если стороны подчинили его этому закону.

Наиболее частая причина, по которой исполнение в ОАЭ оказывается невозможным, не связана ни с ходом арбитражного разбирательства, ни с подготовкой документов на стадии исполнения. Она возникает существенно раньше — в момент подписания договора, содержащего арбитражную оговорку. Критическое значение имеет объем полномочий того лица, которое подписывает договор от имени компании, которая затем выступает должником по арбитражному решению.

Согласно ст. 4 Закона об арбитраже арбитражное соглашение может быть заключено только дееспособным физическим лицом либо представителем юридического лица, уполномоченным на заключение арбитражного соглашения. При несоблюдении этого требования арбитражное соглашение признают ничтожным.

Формулировка Закона об арбитраже предполагает наличие специального полномочия именно на передачу споров в арбитраж. Обычного объема управленческих полномочий генерального директора для этих целей недостаточно, и практика судов ОАЭ по этому вопросу последовательно строгая.

Последствия отсутствия у подписанта специального полномочия закреплены отдельно. В силу ст. 53 Закона об арбитраже отсутствие у стороны полномочия распоряжаться спорным правом в значении ст. 4 — это самостоятельное основание для отмены арбитражного решения. При этом дефект, который возник на стадии заключения договора, обнаруживается, как правило, лишь на стадии признания и исполнения, когда разбирательство уже завершено, а расходы на его ведение понесены.

Таким образом, проверка полномочий относится к сопровождению сделки, а не к ведению спора. На стадии заключения договора следует получать доверенность либо решение уполномоченного органа юридического лица, прямо наделяющее подписанта правом передавать споры этой компании в арбитраж. Такая проверка может потребовать времени, но после подписания договора устранить порок полномочий в большинстве случаев уже невозможно.

Заявление о признании арбитражного решения и о выдаче исполнительного приказа подают председателю компетентного суда. Закон об арбитраже требует приложить к заявлению:

оригинал арбитражного решения либо его надлежащим образом заверенную копию;

копию арбитражного соглашения;

заверенный перевод арбитражного решения на арабский язык, если оно вынесено на ином языке;

копию протокола о сдаче арбитражного решения на хранение в суд.

Срок рассмотрения установлен прямо: председатель суда либо уполномоченный им судья обязан вынести приказ о признании и исполнении в течение 60 дней с даты подачи заявления, если не представлены доказательства присутствия одного из оснований для отмены арбитражного решения. Судебный акт о выдаче исполнительного приказа либо об отказе в его выдаче может быть обжалован в компетентный апелляционный суд в течение 30 дней, исчисляемых со дня, следующего за днем уведомления.

Предъявление иска об отмене арбитражного решения само по себе не влечет приостановления его исполнения. Это правило смещает баланс интересов сторон значительнее, чем принято полагать при планировании защиты. Суд, который рассматривает иск об отмене арбитражного решения, вправе приостановить исполнение, но только по заявлению стороны и только при условии, что заявление основано на серьезных основаниях. Заявление о приостановлении подлежит рассмотрению в течение 15 дней с даты первого заседания, назначенного для его рассмотрения. При удовлетворении заявления суд вправе потребовать предоставления финансовой гарантии или иного обеспечения и обязан рассмотреть сам иск об отмене арбитражного решения в течение 60 дней.

Срок на оспаривание ограничен: иск об отмене арбитражного решения не подлежит рассмотрению по истечении 30 дней с даты уведомления заявителя о вынесении арбитражного решения. При этом отказ от права на предъявление такого иска, данный до вынесения арбитражного решения, не препятствует его предъявлению. По этой причине исключить это право заранее в договорном порядке невозможно.

Основания для отмены арбитражного решения разделяются на две группы, и различие между ними имеет практическое значение при построении позиции.

Основания первой группы должна доказывать сторона, которая на них ссылается. К ним относятся:

отсутствие или недействительность арбитражного соглашения;

отсутствие у стороны дееспособности на момент заключения арбитражного соглашения;

отсутствие у стороны полномочия распоряжаться спорным правом;

невозможность для стороны представить свою позицию вследствие ненадлежащего уведомления о назначении арбитра либо о ходе разбирательства или вследствие несоблюдения составом арбитража принципов состязательности;

неприменение права, избранного сторонами для регулирования существа спора;

формирование состава арбитража с нарушением Закона об арбитраже либо соглашения сторон;

недействительность процедуры, которая повлияла на исход дела;

вынесение арбитражного решения по истечении срока арбитража.

К этой же группе относится ситуация, когда арбитражным решением разрешены вопросы, выходящие за пределы арбитражного соглашения. В таком случае Закон об арбитраже допускает частичную отмену, если превышающую часть можно отделить.

Основания второй группы суд проверяет по собственной инициативе независимо от позиции сторон. К ним относятся недопустимость передачи предмета спора в арбитраж и противоречие арбитражного решения публичному порядку и добрым нравам государства. Эти основания не могут быть преодолены ни процессуальным поведением сторон, ни их соглашением. 

Закон об арбитраже предусматривает механизм для стороны, которая добивается исполнения, но на практике к нему прибегают редко. Суд, который рассматривает иск об отмене арбитражного решения, вправе по ходатайству стороны приостановить производство по этому иску на срок до 60 дней и предоставить составу арбитража возможность устранить формальные недостатки арбитражного решения, не затрагивая при этом его существа. Механизм позволяет сохранить арбитражное решение, которое в противном случае подлежало бы отмене по процедурным основаниям.

Заверенный признанным органом перевод арбитражного решения на арабский язык входит в обязательный комплект документов. Для документов иностранного происхождения сохраняется требование полной консульской легализации: ОАЭ не участвуют в Гаагской конвенции 1961 года, которая отменяет требование о легализации иностранных официальных документов, вследствие чего апостиль юридической силы в ОАЭ не имеет. Документ, на котором проставлен апостиль, но отсутствует консульская легализация, предъявляемым требованиям не отвечает.

За признанием и исполнением решения можно обратиться в суды финансовых центров DIFC и ADGM, которые функционируют на основе стандартов общего права и признают арбитражные решения, подпадающие под режим Нью-Йоркской конвенции. Этот вариант обсуждается как способ получить признание в более привычной процессуальной среде до взыскания активов на материковой части, то есть использовать суд финансового центра в качестве транзитной юрисдикции (conduit jurisdiction). Практика по этому вопросу остается непоследовательной на протяжении нескольких лет и, вряд ли, будет окончательно сформирована в ближайшее время. Пока ADGM придерживается подхода, отличного от подхода судов DIFC. В качестве общего ориентира следует исходить из того, что при существовании возможности исполнить арбитражное решение непосредственно через материковые суды этот путь оказывается более быстрым и предсказуемым и позволяет избежать спора о пределах компетенции судов финансовых центров.

* DSK Law — партнерская юридическая фирма KnP Legal в России