ПРАВО.ru
Спецвыпуск: Банкротство
21 сентября 2020, 9:04

Банкротный мораторий: риски для кредиторов и должников

Банкротный мораторий: риски для кредиторов и должников
Банкротный мораторий временно спас многие отрасли от волны банкротств, но не смог решить экономические проблемы и оставил немало юридических пробелов. Судам уже приходится принимать решения в условиях, когда закон не отвечает на все вопросы. Неизвестно, что делать с банкротными делами, возбужденными до начала моратория. На практике «разброд и шатание». Кроме того, российский законодатель не урегулировал вопрос финансирования пострадавших компаний. Инвесторы могут оказаться под ударом.

Банкротный мораторий – инструмент, призванный обезопасить компании от несостоятельности в период кризиса из-за коронавируса. На полгода он «защищает» ряд компаний и ИП от кредиторов. С 6 апреля по 6 октября 2020 года они не могут инициировать несостоятельность должников. Под действие моратория подпали компании особо пострадавших сфер деятельности (общепит, транспорт и т. п.), системообразующие организации и стратегические предприятия. Проверить, входит ли общество в  список, можно на сервисе ФНС.

Самим должникам, в отличие от кредиторов, можно подать заявление на банкротство либо выйти из-под действия моратория. По данным «Федресурса», на конец августа 2020 года среди отказавшихся – порядка 750 организаций (из 3,5 млн подпавших под мораторий). В их числе – многие крупные компании. Например, «Роснефть», «Газпром» и «Газпром нефть», МТС, «Русагро», ГК «НЛМК», «Новатэк», «Вымпелком», ряд компаний «Пепсико Холдингс» и «Кока-Кола ЭйчБиСи Евразия». Информацию об этом также опубликовал «Федресурс». 

Таким образом, большинство представителей бизнеса остались под действием моратория. Но на практике институт лишь отсрочил момент банкротства, считает Сергей Кислов, партнер КА Ковалев, Тугуши и партнеры Ковалев, Тугуши и партнеры . Мера скорее «заморозила» проблемный бизнес, чем улучшила состояние компаний, согласен старший юрист Kulkov, Kolotilov & Partners Кульков, Колотилов и партнеры Артём Антонов. 

Больше трети компаний почти всех отраслей рискуют обанкротиться, писали в мае «Ведомости». Такие данные показал мониторинг Центра стратегических разработок после анализа работы 250 фирм. По их данным, в самом тяжелом состоянии сфера торговли и услуг, высок риск банкротства у легкой и пищевой промышленности. После отмены моратория, по данным издания, может произойти «эффект домино» – банкротство контрагентов повлечет несостоятельность экономически связанного бизнеса.  

Пока это выглядит так: есть проблема, решить не можем, оставим на потом, может, рассосется. Но не рассосется, будет хуже.

Айнур Ялилов, старший партнер ЮФ Шаймарданов, Ялилов и Сабитов Шаймарданов, Ялилов и Сабитов

Юристы сходятся и еще в одном: подводить даже предварительные итоги моратория пока рано. Он был введен на полгода (до 6 октября 2020-го) и еще может быть продлен (Постановление Правительства РФ от 3 апреля 2020 года № 428). 

Но уже сейчас очевидны пробелы в принятых нормах.

Например, непонятно, на кого распространяется мораторий: на все компании, которые вошли в перечень пострадавших отраслей, или только на тех, кто имел задолженность до моратория, говорит Станислав Шибулкин, юрист банкротного направления VEGAS LEX VEGAS LEX . Ситуацию иллюстрирует разбирательство по делу № А58-6730/2018. Авиакомпания добилась в арбитражном суде приостановки взыскания 223,3 млн руб. в пользу кредитора. Суд счел достаточным, что компания включена в список пострадавших отраслей. Но апелляционная инстанция решила, что если в отношении нее не введена процедура банкротства, то положения моратория не могут распространяться.

Цель моратория – помочь бизнесу выйти из сложного финансового положения и вернуться к нормальной хозяйственной деятельности. Но суды не смогли преодолеть формализм. Нет ничего хуже, чем игнорировать цель моратория и фокусироваться лишь на буквальном тексте.

Александр Соловьев, адвокат КА Юков и партнеры Юков и Партнеры

Риски для должника и кредитора

На компании, подпадающие под действие моратория, распространяется режим «подозрительности». Это значит, что любые сделки (даже самые добросовестные, направленные на попытки реабилитировать бизнес) могут оспорить по банкротным основаниям, объясняет Антонов. Это может стать основанием привлечь контролирующее лицо к субсидиарной ответственности.

Чтобы сделки не признали недействительными, при заключении договоров нужно соблюдать все необходимые корпоративные процедуры, избегать нерыночных условий, а также нетипичных для компании сделок, добавляет Юлия Севостьянова, юрист АБ Егоров, Пугинский, Афанасьев и Партнеры Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры .

Кредиторы же могут столкнуться с недобросовестными должниками, для которых мораторий – это способ выиграть время и «замести следы», добавляет Севостьянова.

В этом случае нужно доказывать, что должник использует мораторий в противозаконных целях, подсказывает Антонов: уведомлять контрагентов о том, что они причиняют вред другим кредиторам и способствуют выводу имущества, делать публикации в СМИ, описывающие реальное состояние должника и цель его действий. Эти шаги, если и не помогут остановить недобросовестного должника, облегчат оспаривание сделок. И здесь кредитор может столкнуться с проблемами. Если должник самостоятельно подаст заявление о банкротстве, то кредитор может упустить срок оспаривания сделки, так как он будет исчисляться с даты возбуждения дела о несостоятельности, предупреждает Татьяна Стрижова, старший юрист АБ Бартолиус Бартолиус .

Кредиторам Стрижова дает несколько рекомендаций:
  • следить за движением имущества и сделками должника через доступные сервисы (ЕГРН, раскрытие корпоративной информации);
  • не упускать время и «просуживать» задолженность, получать исполнительные листы;
  • отслеживать подачу должником собственных заявлений о банкротстве и быть готовым включиться в процедуру.

Еще один риск – кредитор может заключить договор с фактическим банкротом, который продолжает деятельность только из-за моратория. Чтобы такого не было, Севостьянова советует тщательнее проверять всех потенциальных контрагентов, в том числе их бухгалтерскую отчетность и исковую нагрузку. И только после этого принимать решение о заключении договора. 

Поддержка в период моратория – тоже риск

С трудностями могут столкнуться и те, кто захочет поддержать бизнес в период моратория. Например, предоставить заём или коммерческий кредит. 

В случае банкротства тех, кто предоставил компенсационное финансирование, ждет понижение в очередности требований (в соответствии с разъяснениями Верховного суда в обзоре судебной практики от 29 января 2020 года), ведь законодатель не предусмотрел исключений относительно субординации требований в период моратория.

Юлия Макаренко, партнер ЮП Курсив Юридическое партнерство «Курсив»

Если же компания вернет представленную сумму, но в трехлетний период начнется ее банкротство, то такая сделка может быть оспорена как причиняющая вред другим кредиторам. Получается замкнутый круг: без поддержки бизнес не справится с трудностями, а поддержку кредиторы не хотят оказывать из-за рисков. При этом российский законодатель никак не урегулировал эти ситуации. Например, в Германии приняли закон о смягчении последствий пандемии COVID-19 в гражданском, банкротном и уголовно-процессуальном законодательстве. Согласно параграфу 2, предоставление должнику в период моратория займов или кредитов и их возврат до 30 сентября 2023 года не считаются причиняющими вред кредиторам. Исключение – если другая сторона знала, что финансирование должника не позволит преодолеть его неплатежеспособность.  

Дела, возбужденные до введения моратория

Неясности есть и с банкротными делами, которые были возбуждены до начала моратория. Закон о банкротстве напрямую не регулирует, что будет с ними, поэтому сейчас «разброд и шатания», делится юрист практики по разрешению споров Bryan Cave Leighton Paisner Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Андрей Тюленев. Общее правило – если кредитор подал заявление о признании должника банкротом до введения моратория, но оно еще не было принято судом к производству, заявление возвращают кредитору. 

На практике встречаются и другие случаи. Например, по делу № А40-48220/20-90-60Б в Арбитражный суд города Москвы заявление о признании должника банкротом поступило 12 марта 2020 года, его приняли к производству. Но на первом заседании объявили перерыв до 4 июня. Ссылаясь на то, что общество «Катерина Парк» подпадает под мораторий по основному виду деятельности (деятельность гостиниц), суд оставил заявление без рассмотрения. 

Подобная «забота» о должниках со стороны судов является излишней и не отвечает принципу равноправия участников гражданских отношений, считает Тюленев

С экспертом согласилась и апелляционная инстанция по делу № А40-54877/20-88-102 «Б». Первая инстанция оставила без рассмотрения заявление кредитора, несмотря на то что его приняли в производство до начала моратория. Это решение отменил 9-й ААС и направил дело на новое рассмотрение.

Мораторий на банкротство Тюленев сравнивает с деревянной плотиной на полноводной реке, причем в том месте, где нужно было строить дамбу. Меры позволят временно сдержать потоки, но потом бизнес накроет волна банкротств. Антонов считает, что проблемные должники выйдут из моратория в лучшем случае с теми же финансовыми проблемами. По мнению Севостьяновой, невозможность взыскания задолженности ударит по самим кредиторам. И они уже сами рискуют стать банкротами.