Интеллектуальный дайджест за декабрь — январь: принудительные лицензии и патенты за счет бюджета

Заседание в Конституционном суде

18 декабря Конституционный суд рассмотрел жалобы Vertex Pharmaceuticals и ее дистрибьютора «Санофи Россия» на п. 1 ст. 1362 ГК о принудительном лицензировании патентов при их недостаточном использовании. Поводом стало дело вокруг препарата от муковисцидоза «Трикафта»: российская «Медицинская исследовательская компания» (МИК) через суд получила принудительную лицензию на патенты Vertex для поставок дженерика Trilexa, причем без ограничения объемов. Суд по интеллектуальным правам и Верховный суд поддержали МИК (дело № А40-185112/2022).

Заявители утверждали, что суды неправильно распределили бремя доказывания, не установили связь патентов с товаром МИК, не проверили ее готовность работать с изобретением и оценили спрос лишь по числу пациентов. Итогом стала фактически неограниченная лицензия, что, по мнению Vertex и «Санофи», подрывает патентную охрану.

На заседании представитель Vertex Марк Чиженок напомнил, что компания потратила около $13 млрд на разработку лекарств от муковисцидоза и что это первый в России случай применения нормы о принудительной лицензии, выявивший ее неопределенность. Представитель «Санофи» Евгений Александров указал, что цены оригинала и дженерика почти сравнялись (около 1,2 и 1,18 млн руб. за упаковку), лицензию дали не производителю, а посреднику, а МИК почти не участвовала в госзакупках. Он настаивал, что принудительная лицензия должна быть исключительной, временной и строго целевой мерой.

Госдума и Совфед сочли статью конституционной. Полпред президента говорил о реальном дефиците препарата и допустил лишь уточнение критериев оценки спроса. Правительство также не увидело оснований для неконституционности, но допустило доработку критериев. Генпрокуратура, напротив, раскритиковала решения судов за отсутствие патентной экспертизы, неверную оценку спроса и поставок и предложила дополнить ГК критериями злоупотребления патентами и сроками лицензий. Минюст и Институт законодательства поддержали норму, указав на необходимость точечных уточнений.

Перенос споров в СИП

Минэкономразвития предложило передавать все споры о принудительных лицензиях на использование объектов интеллектуальной собственности в первую инстанцию исключительно в Суд по интеллектуальным правам. Поправки к АПК обещали вынести на обсуждение в ближайшее время.

Ведомство объясняет инициативу тем, что сейчас такие дела рассматривают обычные арбитражные суды, из-за чего складывается противоречивая практика. В ст. 1362 ГК, регулирующей принудительное лицензирование, много оценочных понятий («недостаточное использование», «существенные экономические преимущества» и другие), которые суды трактуют по-разному, что затягивает процессы и снижает предсказуемость решений.

В целом юристы сходятся в том, что инициатива Минэкономразвития о передаче споров о принудительных лицензиях в Суд по интеллектуальным правам выглядит оправданной, своевременной и даже необходимой. Партнер «Городисский и Партнеры» Евгений Александров отмечает, что в России сложилась смешанная модель: административный порядок по ст. 1360 ГК (через решения правительства) и судебный — по ст. 1362 ГК. По его словам, первый сегодня работает относительно прозрачно: действует межведомственная подкомиссия, решения принимаются с участием Минэка, Минпромторга, Минздрава, Роспатента и ФАС, а с 2020 года правительство выдало 12 распоряжений о разрешении использования изобретений. Судебная практика же, напротив, вызывает вопросы.

Партнер, глава практики IP и IT BIRCH Екатерина Тиллинг подчеркивает, что единообразия нет. Суды нередко поверхностно исследуют доказательства, неверно применяют нормы права и допускают процессуальные нарушения. Есть и проблема «надуманных патентов», когда в фарме производители дженериков иногда получают зависимые патенты лишь формально, не используя собственное изобретение в реальном производстве, но получая доступ к чужой технологии.

Ключевой же проблемой, по словам старшего юриста правого отдела патентно-правовой фирмы «ЮС» Татьяны Кольцовой, остается критерий недостаточности использования изобретения, который суды связывают с нехваткой препарата на рынке. При этом единый подход пока не сформирован: иногда дефицит оценивают по числу заболевших, а не по реальной потребности, которую определяют органы здравоохранения. Эксперт считает, что СИП может решить эти проблемы, но от него потребуется разработка более обоснованного подхода к применению этой нормы права и оценки доказательств, необходимых для ее правильного применения.

Передача дел в Суд по интеллектуальным правам представляется логично, поскольку он имеет необходимую специализацию и опыт для рассмотрения сложных патентных споров. Еще это способно обеспечить единообразие правоприменительной практики и снизить риски необоснованного ограничения исключительных прав. Для инвесторов и технологических компаний это также важный сигнал о предсказуемости и профессионализме судебной защиты, без чего невозможно устойчивое развитие высокотехнологичных отраслей.

Бессрочный параллельный импорт

Минэкономики предложило сделать временный механизм параллельного импорта постоянной мерой. Сейчас он действует до конца года. По словам министра экономического развития Максима Решетникова, мера нацелена на сохранение доступности наиболее важных товаров, которым нет замены среди товаров отечественных производителей. К ним относятся лекарственные препараты, в отношении которых международный режим исчерпания права становится более простой и выгодной для всех сторон альтернативой принудительному лицензированию.

Введение в 2023 году международного принципа исчерпания права по отдельным категориям товаров вызвало серьезные опасения у юридического сообщества, напоминает юрист практики разрешения споров BFL | PATENTUS Алина Емкужева. Тогда эксперты прогнозировали рост доли контрафакта и указывали на противоречие между общим правилом — национальным режимом исчерпания — и исключениями, позволяющими свободно ввозить товары конкретных брендов.

По данным открытых источников, с 2023 года объем контрафакта, который ввозят и затем изымают таможенные органы, действительно увеличился. Насколько значительную долю рынка занимает попавший в оборот контрафакт — все еще дискуссионный вопрос. В то же время Емкужева отмечает, что международный режим исчерпания давно действует в ЕС и хорошо знаком иностранным правообладателям, в том числе тем, кто ушел с российского рынка. Более того, такой режим может даже увеличить продажи этих компаний: их продукцию покупают за рубежом, а затем ввозят в Россию по параллельному импорту.

Внесение товаров в список Минэкономразвития не означает, что его не будут проверять таможенные органы. Например, если товарный знак внесен в ТРОИС и при этом маркированный им товар находится в списке товаров, разрешенных к параллельному импорту, таможенный орган обязан проверить продукцию на предмет оригинальности.

План упрощения регулирования бизнеса до 2030 года

Правительство утвердило комплекс мер по снижению регуляторной нагрузки на бизнес до 2030 года. План закрепили распоряжением от 29.11.2025 № 3523-р. Документ охватывает регистрацию компаний, налоги, трудовое право и сферу интеллектуальной собственности. Например, планируют запустить сервис для расчета среднерыночных ставок лицензионных платежей и оценки стоимости прав на результаты интеллектуальной деятельности. План предусматривает возможность выделения долей в исключительных правах и самостоятельного распоряжения ими. Кроме того, маркетплейсы должны будут интегрироваться с ресурсами Роспатента для проверки легальности товаров и борьбы с контрафактом. Доступ к ним планируют открыть к апрелю.

Партнер «Городисский и Партнеры» Валерий Нарежный отмечает, что сама идея формирования ориентиров по среднерыночным ставкам лицензионных платежей давно обсуждается профессиональным сообществом и концептуально выглядит разумной. По его словам, такой сервис потенциально мог бы помочь при структурировании сделок с интеллектуальной собственностью, например при залоге прав, и в налоговых спорах, где сегодня рыночный уровень роялти подтверждают преимущественно экспертные заключения оценщиков и специализированных организаций. Вместе с тем практическая ценность инструмента напрямую зависит от источников данных и методики расчета. Действующее законодательство не обязывает стороны раскрывать размер лицензионного вознаграждения в большинстве документов, подаваемых в Роспатент, а значительная часть лицензионных договоров вообще не подлежит госрегистрации. В результате официальный массив данных объективно ограничен и не отражает реальную структуру рынка.

Дополнительный риск заключается в том, что даже если есть формализованная статистика, то средние ставки по определению не учитывают индивидуальные характеристики конкретного объекта интеллектуальных прав. Стоимость лицензии зависит от множества факторов: силы и узнаваемости бренда или технологии, если речь идет о патентах, объема и территории использования, срока лицензии, эксклюзивности, отрасли, бизнес-модели сторон и иных коммерческих условий. Унифицированный средний показатель в этом смысле может создавать иллюзию объективности, но не быть корректным ориентиром для конкретной сделки.

Исходя из этого Нарежный считает, что такой сервис должен носить исключительно справочно-аналитический характер и не восприниматься как универсальный или нормативный способ определения рыночной ставки роялти. Его полезность будет зависеть от прозрачности источников данных, методики расчета и четких границ допустимого использования информации в обороте и правоприменении.

В части выделения долей в исключительном праве эксперт обращает внимание, что в плане правительства этот вопрос пока фигурирует лишь в формате доклада, но решать его можно только через поправки к четвертой части ГК. Соответствующий законопроект уже прошел первое чтение в декабре 2023 года, и, по его оценке, правительство намерено вернуться к доработке совместно с депутатами. По словам Нарежного, проблема выделения долей носит комплексный характер. С одной стороны, отдельные совладельцы смогут свободнее распоряжаться своей частью права. С другой — это может осложнить управление объектом ИС в целом и изменить саму правовую природу интеллектуальной собственности как неделимого объекта. В итоге в этой идее пока больше нерешенных вопросов, чем убедительных аргументов в ее пользу, считает юрист.

Маркетплейсы начнут отслеживать происхождение товаров

Премьер-министр Михаил Мишустин поручил создать на базе маркетплейсов систему верифицированных цепочек поставок с использованием технологий отслеживания происхождения товаров, чтобы гарантировать их подлинность и сократить оборот контрафакта.

Для этого Минпромторг, Минэкономразвития, МИД, Минфин, Минтранс, Минцифры, ФТС, «Цифровая экономика» и Российский экспортный центр должны разработать дорожную карту по защите от продажи нелегальной продукции. Документ также призван упростить таможенные процедуры и поддержать экспорт российских товаров. Отчитаться правительству ведомства обязаны до 31 марта. Параллельно Минфин, Минэкономразвития, Минтранс, Минцифры и ФТС до той же даты должны подготовить предложения по пилотному проекту с использованием цифровых платформ для передачи таможне документов на импортируемые товары. По замыслу правительства это позволит аккумулировать оформление на базе платформ и упростить работу бизнеса.

Патент на бюджетной основе

Минобрнауки подготовило поправки к четвертой части ГК, которые впервые вводят единые правила распределения прав на результаты интеллектуальной деятельности (РИД), созданные за счет субсидий и грантов. Для этого предлагают ввести новую ст. 1240.2. По общему правилу право на патент и исключительное право на РИД закрепят за исполнителем проекта. Исключение: случаи, когда результат нужен для государственных или муниципальных функций — тогда правообладателем станет публичная власть. Если в проекте есть частный соинвестор и право не закрепляется за государством, он сможет получить права на РИД единолично либо совместно с исполнителем.

Если правообладателем станет государство или третье лицо, разработчик сохранит возможность безвозмездно использовать созданный РИД по неисключительной лицензии. Новые правила не распространяются на разработки, связанные с обороной и безопасностью, и на иные специальные случаи, прямо указанные в законе.

Старший юрист ППФ «ЮС» Александр Слепенков подчеркивает, что цель поправок — не само создание РИД, а его практическое внедрение и получение социальных и экономических эффектов. Особую значимость будет иметь регулирование проектов с софинансированием. Это снизит риски частных партнеров и делает участие бизнеса в наукоемких проектах более привлекательным.

Юрист практики разрешения споров BFL | PATENTUS Таисия Николаенкова напоминает, что до сих пор в ГК регулировались только РИД, созданные по госконтрактам, тогда как значительная часть исследований финансируется через субсидии и гранты (IT, медицина, биотехнологии). Сейчас нормы разбросаны по разным законам, а в спорных случаях распределение прав нередко определяли суды. Основная новелла — это презумпция принадлежности прав разработчику, тогда как ранее суды чаще исходили из того, что права принадлежат государству. Вместе с тем Николаенкова указывает, что исключение для случаев, когда РИД нужен для государственных функций или госуслуг, может стать источником споров: эти понятия оценочны, а суды уже сейчас трактуют их широко.

Отдельно вводится обязанность государства подать заявку на патент в течение шести месяцев после уведомления разработчика. Если этого не произойдет, право на патент перейдет к исполнителю. Николаенкова поясняет, что эта норма направлена на предотвращение ситуаций, когда право на получение патента принадлежит государству, но оно не реализует это право.

Спор с иностранным администратором домена

АСГМ по иску «Газпрома» запретил иностранной компании Datahost Ltd. использовать домен gazprom-arena.ru и признал его регистрацию нарушением прав правообладателя (дело № А40-207146/2022). Ранее две инстанции обязали регистратора «Сэйлнэймс» перерегистрировать домен на «Газпром», но СИП в декабре 2023 года отменил эти решения из-за неизвещения Datahost и направил дело на новое рассмотрение.

При повторном рассмотрении АСГМ вновь поддержал «Газпром», но лишь частично: запретил Datahost использовать обозначение gazprom в домене и взыскал госпошлину, но отказался обязывать регистратора перерегистрировать домен. Ранее регистратор настаивал, что он ненадлежащий ответчик и для защиты прав «Газпрома» достаточно лишь констатации нарушения со стороны администратора домена, а не возложения на него обязанностей по перерегистрации.

Доказательства из интернета

В 2018 году «Полихим-Воронеж» получил приоритет на изобретение — устройство для заполнения аэрозольных баллонов, а в 2019-м оформил евразийский патент, действующий в России. В декабре 2024 года третье лицо оспорило патент в Роспатенте, заявив об отсутствии изобретательского уровня. В июле 2025 года ведомство согласилось и полностью аннулировало патент, сославшись в основном на интернет-статью из Web Archive.

Тогда компания обратилась в Суд по интеллектуальным правам (дело № СИП-969/2025). Он установил, что Роспатент не смог подтвердить дату публикации статьи, а данные Web Archive не позволяли надежно датировать источник. В итоге СИП признал такую распечатку непригодной для оценки уровня техники на дату приоритета. Кроме того, суд указал, что Роспатент необоснованно связал признаки изобретения (поршневое кольцо, зажатое нажимной гайкой) с повышением износостойкости: в спорной статье таких выводов не содержалось. В результате СИП отменил решение ведомства и восстановил действие патента в России.

В деле суд применил подход, сформулированный в п. 1.1.3. информационной справки СИП от 14.09.2017 № СП-23/24: лица, участвующие в деле, могут представлять в качестве доказательств источники из интернета, но они должны содержать дату фиксации информации. При этом согласно п. 3.4 справки достоверность доказательств, которые участвующие в деле лица получили, зафиксировав сведения из интернета, суд оценивает как на предмет размещения такой информации в Сети в определенный период, так и на предмет достоверности этой информации, отмечает Слепенков.

«Я люблю свою семью» против «я ♥ свою семью»

ИП Карина Богуславская владеет товарным знаком «Я люблю свою семью» (приоритет от 13 января 2006 года). Знак зарегистрирован, в частности, для товаров 3-го класса МКТУ — бытовая химия, моющие средства, мыло. По лицензии этим обозначением пользуется «Нэфис Косметикс». В январе 2023 года она обнаружила, что компания «Синергетик» продает бытовую химию с обозначением «Я ♥ свою семью!» на упаковке (средства для стирки, мытья посуды, уборки, сантехники, мыло). Нарушение зафиксировали через осмотр карточек товаров на маркетплейсах и контрольные закупки. После этого Богуславская обратилась с претензией, но она осталась без ответа.

Тогда истец потребовала признать использование обозначения незаконным, запретить продажу и рекламу товаров, изъять продукцию из оборота и взыскать 7 млрд руб. компенсации (дело № А43-1470/2024). Но АС Нижегородской области отказал. Он сравнивал не только словесный элемент, но и упаковки в целом и пришел к выводу, что обозначение «Я ♥ свою семью!» не доминирует и не создает сходства со знаком истца. Суд также усомнился в размере заявленной компенсации.

1-й ААС отменил решение и удовлетворил ключевые требования истца. Апелляция прямо сопоставила фразы и указала, что символ ♥ потребитель воспринимает как замену слову «люблю», поэтому обозначение читается как «Я люблю свою семью» и сходно до степени смешения. Суд учел, что еще в 2018 году Роспатент отказывал «Синергетику» в регистрации похожих обозначений именно из-за конфликта с этим товарным знаком. Богуславская выбрала расчет компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных товаров. Объем продаж подтвердили данными аналитического сервиса по трем маркетплейсам. Первоначально сумму рассчитали как 7 млрд руб., но истец добровольно снизил требование до 766 млн. Апелляция этот расчет приняла, поскольку ответчик не представил альтернативных данных.

В конце 2025 года «Синергетик» подал кассационную жалобу в СИП. 13 января суд приостановил исполнение постановления апелляции.

Эксперты сходятся во мнении, что общеупотребимость фразы сама по себе не лишает ее охраноспособности: для бытовой химии выражение «Я люблю свою семью» не описательное, а значит, могло быть зарегистрировано. Если кто-то считал регистрацию неправомерной, ее следовало оспаривать в Роспатенте.

Ст. 1483 ГК содержит перечень оснований для отказа в регистрации обозначения в качестве товарного знака. В частности, не регистрируют обозначения, которые считаются общепринятыми символами и терминами. Общепринятые символы — это графические знаки, характерные для определенной сферы товаров или услуг. Например, символ «молния» общеупотребим для обозначения высокого напряжения. Общепринятые термины — лексические единицы, характерные для языка конкретных областей науки и техники, например «кегль» для шрифтов. Но термины, которые используют в одной сфере, можно зарегистрировать для товаров или услуг из другой.

Юрист «Городисский и Партнеры» Денис Кудрявцев видит в деле столкновение двух подходов. Один — позиция первой инстанции: общеязыковая фраза не выполняет индивидуализирующей функции, а значит, ее использование не вводит потребителя в заблуждение. Второй — позиция апелляции: раз знак зарегистрирован, его воспроизведение на однородных товарах образует нарушение независимо от бытового характера выражения.

При этом, по мнению Кудрявцева, существенным представляется еще один аспект, который в рамках спора исследовали лишь фрагментарно. Речь идет о реальном использовании товарного знака самим правообладателем. Отдельное требование о досрочном прекращении правовой охраны в связи с неиспользованием заявлено не было, и вопрос интенсивности использования знака не стал самостоятельным предметом доказывания. Между тем установление неиспользования либо минимального использования товарного знака могло повлиять на правовую оценку поведения истца с точки зрения злоупотребления исключительным правом и послужить основанием для существенного снижения размера компенсации.

Таким образом, ключевой вопрос дела заключается не только в формальной охраноспособности зарегистрированной фразы, но и в том, выполняет ли она в конкретной ситуации индивидуализирующую функцию и используется ли исключительное право добросовестно. Именно от ответа на этот вопрос будет зависеть итоговая позиция Суда по интеллектуальным правам, говорит Кудрявцев.

В то же время эксперты сходятся во мнении, что ключевой спор смещается с факта нарушения к размеру компенсации.

Взыскание 766 млн руб. с учетом характера нарушения, степени вины нарушителя и других вышеописанных обстоятельств представляется чрезмерным и носит скорее карательный характер, нежели направленный на восстановление нарушенного права истца. Это не отвечает компенсаторной природе института компенсации.

Суд, по мнению Лапшиной, должен был оценить известность знака, реальный объем его использования, длительность нарушения, степень вины ответчика и роль спорного обозначения в бизнесе Synergetic — всего этого суд не сделал. Эти факторы могли бы существенно снизить размер выплаты.

Мировое соглашение не заменяет госрегистрацию

Предприниматель Владимир Шуравко потребовал обязать Роспатент зарегистрировать переход исключительных прав, заключенный по мировому соглашению с ИП Виталием Кривулиным в деле № СИП-173/2022. Проблема возникла из-за того, что после подписания договора, но до его регистрации в Роспатенте Кривулина признали банкротом и ввели процедуру реализации имущества. Три инстанции поддержали Шуравко, сочтя, что право перешло еще в момент заключения мирового соглашения. Верховный суд указал, что мировое соглашение только создает обязательство между сторонами, но государственную регистрацию, после которой переходит право на товарный знак, собой не заменяет. В итоге ВС отказал Шуравко в удовлетворении требований (дело № А40-180253/2024).

Когда знак превращается в видовое название

Президиум Суда по интеллектуальным правам подтвердил досрочное прекращение охраны товарного знака «Валеши» (дело № СИП-226/2025). Суд указал: обозначение становится видовым, если его используют разные производители как название одного и того же товара. В отношении «валешей» это подтвердилось: до 24 мая 2024 года слово массово применяли как родовое название коротких войлочных сапожек. Роспатент отказался прекращать охрану, но СИП признал его подход ошибочным, поскольку ведомство оценивало доказательства по отдельности и смотрело на ситуацию после подачи заявления, а не до нее. Дополнительно суд отметил, что правообладатель более десяти лет не пресекал такое использование, что ускорило утрату различительной способности знака.

«Ростагрокомплекс» пытается через суд вернуть бренд «Б. Ю. Александров»

В конце октября 2025 года «Ростагрокомплекс» подал иск в Арбитражный суд Московской области с требованием вернуть права на товарный знак «Б. Ю. Александров» (дело № А41-94784/2025). Предварительное заседание назначили на 2 февраля, но суд его отложил: истца обязали представить оригинал предварительного договора от 18 ноября 2019 года. К делу привлечен Роспатент в качестве третьего лица. Также суд запросил у «Ростагрокомплекса» доказательства того, что он унаследовал исключительное право на товарный знак № 341762.

Некоторое время «Ростагрокомплекс» использовал обозначения по лицензии, выплачивая Екатерине Александровой 10% выручки. Но в 2022 году она в одностороннем порядке расторгла договор и подала иски о взыскании убытков на 1,49 млрд руб. (производства приостановлены). Кроме того, исключительные права на знаки «Б. Ю. Александров» (№ 764825, № 341762, № 728847) были отчуждены в пользу ИП Екатерины Александровой. Но Черемушкинский районный суд признал этот договор недействительным и включил права на знаки в наследственную массу, применив последствия недействительности сделки.

Емкужева отмечает, что лицензионный договор следует за товарным знаком, а не за правообладателем. Поэтому «Ростагрокомплекс» сначала работал по лицензии с наследодателем, затем — с ИП Александровой; стороны расторгли договор по соглашению, заключили новый, который Александрова потом прекратила в одностороннем порядке. Но если она никогда не была правообладателем (что следует из недействительности сделки), то она не могла ни расторгать прежнюю лицензию, ни заключать новую.

По оценке эксперта, сейчас компания пытается понудить наследников к заключению договора после завершения наследственного дела, хотя логичнее было бы требовать восстановления первоначальной лицензии. Вероятно, этот путь закрыт из-за истечения срока давности, поэтому истец выбрал понуждение к заключению договора и рискует отказом, если суд квалифицирует спор как попытку восстановить старую лицензию.

YouTube начал удалять низкокачественный ИИ-контент

YouTube приступил к массовой очистке платформы от низкокачественных видео, созданных с помощью искусственного интеллекта. Об этом сообщил The Verge. С платформы уже удалили несколько крупных каналов, среди них CuentosFacianantes (5,9 млн подписчиков, около 1,2 млрд просмотров) и Imperio de Jesus (более 5,8 млн подписчиков). Удаления начались спустя несколько недель после заявлений исполнительного директора YouTube Нила Мохана о борьбе с «мусорным» ИИ-контентом. Он пообещал применять действующие механизмы против спама и кликбейта к подобным видео. В 2025 году YouTube объявил курс на борьбу с недостоверным контентом и уже удалил два канала, которые публиковали сгенерированные ИИ фейковые трейлеры к фильмам.

Юрист направления IP и защиты данных White square Анна Ющенко отмечает, что с юридической точки зрения действия YouTube правомерны. Как администратор платформы, он вправе устанавливать собственные правила использования, если они не противоречат законам. Публикуя контент на платформе, креатор соглашается с условиями и политиками использования сайта. Право на удаление администрацией платформы неприемлемого контента предусмотрено в условиях использования, а требования к публикуемому контенту установлены в правилах сообщества.

При этом удалению подлежит не любой контент, созданный с помощью ИИ, а только противоречащий правилам сообщества. К нему относятся:

контент, созданный исключительно для искусственного завышения показателей просмотров;

фальсифицированный контент, в том числе измененный с помощью технических средств для введения пользователей в заблуждение;

контент, посредством которого создается впечатление о принадлежности канала другому лицу и подобное.

Роспатент аннулировал регистрацию бренда Kuromi на российскую компанию

Роспатент признал недействительной регистрацию товарного знака Kuromi на «Свит кэт шоп» после возражения японской Sanrio Company, правообладателя одноименного аниме-персонажа. Ведомство согласилось, что слово Kuromi — это часть охраняемого произведения дизайна, а его регистрация без согласия правообладателя нарушает п. 9 ст. 1483 ГК. Sanrio доказала известность персонажа в России, в частности данными опроса ВЦИОМ, и указала, что российская компания не представила разрешение на использование авторских прав.

Компенсация за нарушение прав

С 4 января заработали масштабные поправки к четвертой части ГК, которые изменили правила защиты исключительных прав. Главное новшество — ст. 1252.1 ГК. Она закрепила три способа расчета компенсации:

в твердом размере;

кратно стоимости контрафактных носителей;

кратно стоимости права использования объекта.

Верхний предел компенсации за нарушение авторских, смежных прав и прав на товарные знаки вырос с 5 до 10 млн руб. Нижний порог остался прежним — 10 000 руб. Для патентов (изобретения, полезные модели, промышленные образцы) установлен диапазон от 50 000 до 10 млн руб.

Изменили и статус лицензиатов. В ст. 1254 ГК добавили правило: если с иском к нарушителю одновременно обращаются правообладатель и лицензиат, их требования считаются солидарными. Закон также решил проблему «множественных нарушений» на одном носителе. Если на одном пиратском диске размещено несколько фильмов или на контрафактной вещи использовано сразу несколько персонажей и товарных знаков, суд теперь определяет единый размер компенсации в пределах закона, а не складывает выплаты за каждый объект. Дополнительно суд получил право менять выбранный правообладателем способ расчета компенсации: если он не подходит к обстоятельствам дела, суд может сам перейти к твердой сумме.