Экономические споры
Течение срока исковой давности в банкротстве должника
Агрохолдинг арендовал помещение, но не заплатил за него. Арендодатель обратился за взысканием задолженности в суд, а затем инициировал дело о банкротстве, заявив как ранее подтвержденные, так и непросуженные требования. Когда холдинг вернул часть денег, производство по делу о банкротстве прекратили. После этого арендодатель снова обратился с иском о взыскании оставшейся части задолженности и неустойки, но возник спор о сроке исковой давности (дело № А10-4707/2024). Арендатор говорил, что этот срок пропущен, а арендодатель возражал: в момент рассмотрения его заявления о банкротстве срок исковой давности приостанавливался, а значит, заявление подано в пределах этого срока (ст. 204 ГК).
Суды первой и апелляционной инстанций поддержали кредитора, сославшись на приостановку срока исковой давности в период производства по делу о банкротстве. Кассация заняла противоположную позицию. По ее мнению, возбуждение дела о банкротстве не лишает кредитора права предъявить обычный иск, поскольку процедура наблюдения введена не была. Значит, обращение с заявлением о банкротстве не было надлежащим способом защиты по непросуженной задолженности, решил суд округа.
Можно предположить, что коллегия поддержит должника и восстановит его право на судебную защиту. То, что при подаче заявления о банкротстве арендодатель соединил требования, установленные судебными актами, и те, что еще не подтверждены такими актами, не означает для суда невозможность их признания обоснованными. Наоборот, именно суд на стадии проверки заявления и проверит их обоснованность.
Елена Колесник, адвокат, партнер Бартолиус
Старший юрист практики разрешения споров SL Legal Игорь Соколов считает позицию кассационного суда чрезмерно формальной. По сути, он нивелирует роль заявления о признании должника банкротом как отдельного вида обращения в суд, говорит эксперт. По его мнению, ВС согласится с доводами арендодателя, поскольку тот обращался с заявлением о признании арендатора банкротом, ссылаясь как на просуженные, так и на непросуженные долги. Значит, арендодатель мог полагать, что исковая давность по всем этим требованиям не течет, говорит Соколов. Старший юрист Афонин, Божор и партнеры Дмитрий Берестень обращает внимание, что ранее ВС уже разъяснял возможность заявлять требования в рамках открытия процедуры банкротства, но только если это кредитные отношения (дело № А41-48945/2017).
Злоупотребление доминирующим положением участником рынка
«Семиреченская база снабжения» и «Продо зерно» заключили договор купли-продажи сельскохозяйственной техники. После этого база снабжения сообщила о повышении стоимости товара на 45,6%, объяснив это нестабильной экономической обстановкой, ростом цены за металл и комплектующие и транспортными затратами. Покупатель обратился в антимонопольный орган с жалобой на необоснованное повышение стоимости, и тот выявил нарушения в действиях продавца (ч. 1 ст. 10 закона «О защите конкуренции»). База снабжения обжаловала решение ФАС в суде (дело № А46-24167/2024).
Две инстанции признали существование коллективного доминирования и злоупотребления им на рынке. Суд округа с этим не согласился: он указал, что действия компании, занимающей доминирующее положение, нужно оценивать самостоятельно и вне зависимости от возможных нарушений других доминирующих игроков.
ВС должен уточнить критерии и допустимые доказательства при установлении злоупотребления доминирующим положением, включая случаи коллективного доминирования. Думаю, он создаст важный прецедент в оценке поведения субъектов, занимающих доминирующее положение на рынке.
Камилла Найдина, юрист антимонопольной и регуляторной практики VEGAS LEX
Аффилированность кредитора в деле о банкротстве
Тамара Филякова передала сельхозпредприятию «Седлистое» 18 млн руб. как краткосрочный заем. Когда должник не вернул деньги, она решила взыскать их через суд. В 2015 году ее требования удовлетворили в полном объеме, но деньги она так и не получила. В сентябре 2022 году суд проиндексировал эту сумму, взыскав в пользу Филяковой дополнительно 8,2 млн руб. При этом предприятие с 2018 года было убыточным, а в 2020 году руководитель уже должен был подать заявление о банкротстве. Но это произошло только в декабре 2022 года по заявлению Филяковой. Впоследствии она снова обращалась в суд за взысканием процентов за пользование чужими деньгами.
Когда в отношении «Седлистого» ввели наблюдение, требования Филяковой составляли уже 24,2 млн руб. Чтобы вернуть деньги, кредитор попросила привлечь к субсидиарной ответственности бывших руководителей за то, что они довели компанию до банкротства. По ее мнению, контролирующие лица нанесли ущерб более чем на 38 млн руб.
Три инстанции привлекли бывших руководителей к субсидиарной ответственности по обязательствам перед другими кредиторами, но отказали во включении требований Филяковой (дело № А06-10690/2022). Они решили, что она аффилированное лицо, которое предоставляло предприятию компенсационное финансирование без реального намерения получить деньги обратно на рыночных условиях. Поэтому суды понизили очередность удовлетворения требований Филяковой. Согласно абз. 3 п. 11 ст. 61.11 закона «О банкротстве», внутренние кредиторы не вправе получать удовлетворение за счет субсидиарной ответственности контролирующих лиц. Суды также отказали во взыскании убытков по статьям 15 и 53.1 ГК, указав на единую правовую природу этих требований.
Филякова настаивает, что она не была аффилирована с руководителями предприятия, когда те совершали противоправные действия, поэтому на нее не распространяется требование абз. 3 п. 11 ст. 61.11 закона «О банкротстве». Точку в споре поставит Верховный суд 6 апреля.
Надеюсь, что ВС разрешит этот спор в пользу кредитора и даст нам четкий ориентир: кредитор вправе требовать взыскания убытков, в частности и в порядке корпоративного законодательства, если доказаны все элементы правонарушения, независимо от того, учтено ли его требование в составе субсидиарной ответственности или нет.
Артем Ковбель, партнер, руководитель практики сопровождения банкротства и разрешения споров Московская Коллегия адвокатов «МАГНЕТАР»
Ответственность по договору транспортной экспедиции
«Эрэл Логистик» заключил договор транспортной экспедиции, по которому «Юнибалк» должен был организовать перевалку и хранение угля в морском порту Санкт-Петербурга. Экспедитор принял груз, а затем (с задержкой более чем на семь месяцев) выдал его чешской компании Mirifique, которая была конечным заказчиком и покупателем угля. Поскольку «Эрэл Логистик» не получил груз, компания потребовала взыскать 136 млн руб. как стоимость утраченного груза, указав на передачу угля третьему лицу без полномочий (дело № А40-148236/2024). Ответчик возражал: покупатель претензий не предъявляет, значит, убытков нет.
Суды трех инстанций поддержали истца и признали утрату груза. Верховный суд в ноябре прошлого года отказал в передаче жалобы, но в марте пересмотрел свое решение (дело № 305-ЭС25-11730). Зампред ВС Юрий Иваненко указал, что нижестоящие суды не исследовали всю цепочку договоров с участием собственника груза и не проверили довод, что задержку мог допустить сам истец. Кроме того, суды не установили, понес ли истец реальные убытки, учитывая отсутствие претензий со стороны собственника груза.
Признание договора купли-продажи недействительным
В деле о банкротстве Екатерины Счастной финансовый управляющий оспорил договор купли-продажи ее квартиры (дело № А56-96799/2023). Он счел, что квартира продана по заниженной цене: рыночная стоимость (9,4 млн руб.) более чем на 20% превышала уплаченные покупателем 5 млн руб. По мнению управляющего, неравноценное встречное исполнение считается основанием для признания сделки недействительной (п. 1 ст. 61.2 закона «О банкротстве»).
Три инстанции иск удовлетворили. Они исходили из заключения судебной экспертизы о существенной разнице между рыночной и продажной ценой при отсутствии объективных причин для такого снижения. Но делом заинтересовался ВС. Он обратил внимание, что нижестоящие суды не учли важные доводы ответчика: в деле были другие оценки квартиры, продали ее дороже, чем по кадастровой цене, и критерий кратности расхождения цен. По мнению Верховного суда, эти обстоятельства могли повлиять на вывод о недействительности сделки.
Гражданские и другие споры
Распространение порочащих сведений во время рассмотрения спора
Дмитрий Смирнов* обратился в суд с иском к Александру Петрову* о защите чести и достоинства, обязании опровергнуть порочащие сведения и компенсировать моральный вред (дело № 16-КГ26-1-К4). Истец указал, что во время параллельного судебного разбирательства Петров, возражая против взыскания с него денег в пользу супруги Смирнова, распространил среди присутствующих в суде порочащие сведения. Якобы Смирнов и его супруга получают доход от вымогательства, используя видеозаписи предположительно противоправного поведения граждан.
Две инстанции в иске отказали, поскольку дачу ответчиком объяснений в суде нельзя считать распространением порочащих сведений. Такие объяснения высказаны суду, оценены им в принятом решении и не могут быть оспорены и проверены по ст. 152 ГК. В постановлении по параллельному спору прямо указано, что высказывания ответчика признаны суждениями Петрова, носящими оценочный характер и отражающими его личную позицию.
Кассация отменила ранее принятые акты и направила дело на новое рассмотрение, так как суд не разъяснил сторонам право ходатайствовать о проведении лингвистической экспертизы. Первая инстанция рассмотрела возвращенное дело и снова отказала в удовлетворении иска. Во время процесса Смирнов сообщил, что не может оплатить услуги эксперта, а суд не стал назначать экспертизу по собственной инициативе.
Дачу пояснений по делу в поддержку своей правовой позиции нельзя расценивать в качестве распространения порочащих сведений. Этот вывод основан на п. 11 Постановления Пленума ВС от 24.02.2005 № 3 и на устойчивой практике, сформированной еще в определении Верховного суда от 02.08.2011 № 58-В11-4.
Елена Козина, управляющий партнер ЭЛКО профи
Старший юрист арбитражной практики VEGAS LEX Георгий Белоусов соглашается: дача объяснений в судебном разбирательстве не считается распространением сведений, влекущим обращение с иском о защите чести, достоинства и деловой репутации в порядке ст. 152 ГК. Поэтому ВС, скорее всего, решит, что необходимость получения экспертного заключения отсутствует, поскольку нет и самого распространения сведений, говорит эксперт. Иной подход противоречит принципу процессуальной экономии и влечет необоснованные расходы для бюджета.
Жалобы судей
Одну судейскую жалобу рассмотрит админколлегия — по обращению Андрея Корепина, который оспаривает решение о прекращении его отставки мирового судьи судебного участка № 155 Ставропольского судебного района Самарской области (дело № АКПИ26-146). Другая судейская жалоба будет разрешена апелляционной коллегией. Она касается бывшего судьи Смольнинского районного суда Каринэ Голиковой, которая обжалует отмену решения ВККС о даче согласия на возбуждение в отношении нее уголовного дела (дело № АПЛ26-75). Голикову подозревают в получении взятки (ч. 6 ст. 290 УК) в размере 2,5 млн руб. через бывшего председателя Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга Валерия Тарасова.
* Имя и фамилия изменены редакцией.
