Топ мартовских убытков: беспилотники, фиктивный документооборот и налоговые штрафы
4,42 млн руб. убытков из запрошенных 4,42 млн руб.
Финансовый управляющий банкрота Виктора Мистратова взыскал с саморегулируемой организации арбитражных управляющих выплату из компенсационного фонда. Ранее суд установил, что бывший управляющий должника Оксана Малахова не обеспечила сохранность имущества (дуговой сталеплавильной печи) и причинила конкурсной массе убытки на 10,2 млн руб. После выплаты 5,8 млн руб. страховой компанией «Евроинс» непокрытым остался ущерб на 4,42 млн руб., поскольку второй страховщик — «Сапфир» — платить отказался и суд признал этот отказ законным.
Ассоциация возражала, что истец пренебрег досудебным порядком и преждевременно обратился с иском, поскольку сначала должен был попытаться взыскать убытки с самой Малаховой. Суд оба довода отклонил. Он указал, что закон о банкротстве не устанавливает обязательную претензионную процедуру для таких требований к СРО, а 60-дневный срок на выплату касается исполнения обязательства, а не условий для обращения в суд.
Суд также отметил, что условия обращения к СРО по ст. 25.1 закона «О банкротстве» исчерпывающие: недостаточность страхового возмещения и неудовлетворение требования управляющим. И оба условия выполнены. Исполнительное производство в отношении Малаховой уже окончено, потому что приставы не нашли ни ее саму, ни имущество. При этом после выплаты СРО сможет предъявить к управляющему регрессное требование.
Дело № А40-246060/2025
6,01 млн руб. убытков из запрошенных 9,4 млн руб.
Компания «Эковайн» потребовала с бывшего гендиректора Дмитрия Кучерова убытки, которые возникли из-за налоговых нарушений в период его руководства с марта 2020-го по декабрь 2023 года. Налоговая провела проверку и установила, что компания создала фиктивный документооборот с шестью контрагентами, чтобы незаконно получить вычеты по НДС и завысить расходы по налогу на прибыль. Налоговая признала нарушения умышленными, доначислила компании 3,39 млн руб. штрафа и 6,01 млн руб. пеней.
Фирма потребовала взыскать с Кучерова обе суммы, но суд удовлетворил иск только частично. Он сослался на Постановление КС от 30.10.2023 № 50-П, согласно которому налоговые штрафы нельзя перекладывать на контролирующее лицо в составе убытков. По оценке суда, штраф остается мерой публично-правовой ответственности самой компании, а его взыскание с директора привело бы к смешению разных видов ответственности.
Иной подход суд применил к пеням. Он признал, что это реальные имущественные потери общества, которые возникли из-за несвоевременной уплаты налогов, а причиной стали действия бывшего руководителя. Поэтому с Кучерова взыскали 6,01 млн руб. Ответчик устно ссылался на отсутствие состава убытков по ст. 15 ГК, но никаких доказательств своей добросовестности не представил.
Компания также просила обязать Кучерова вернуть печать, устав и бухгалтерскую документацию. Суд в этой части отказал: истец не доказал, что документы находятся именно у ответчика. После увольнения ему заблокировали доступ в офис, сменили замки, а на уведомлении нового директора уже стояла печать общества. Инвентаризацию при смене руководства не проводили, уголовное дело по факту хищения документов так и не возбудили.
Дело № А40-200979/2024
6,98 млн руб. убытков из запрошенных 6,98 млн руб.
«Сбербанк Лизинг» передал «Бизнес-Консалтингу» грузовик JH6 по договору выкупного лизинга в октябре 2023 года. Когда лизингополучатель перестал платить, лизингодатель в феврале 2024 года в одностороннем порядке расторг договор, изъял машину и затем продал ее третьему лицу за 4 млн руб.
После реализации «Сбербанк Лизинг» рассчитал сальдо встречных обязательств. В пользу лизингодателя сложилась разница в 6,98 млн руб. В нее вошли: невозвращенное финансирование, плата за пользование им, пени за просрочку лизинговых платежей (30 146 руб.), расходы на хранение изъятого грузовика (79 000 руб.), оценку (5000 руб.) и страховую премию, которую лизингодатель выплатил вместо лизингополучателя (81 600 руб.).
Изначально истец заявил требование как неосновательное обогащение, но суд переквалифицировал его в убытки по ст. 15 ГК с учетом ст. 453 ГК: изменение правовой квалификации не меняет предмет и основание иска. «Бизнес-Консалтинг» в суд не пришел, отзыв не представил, поэтому суд применил ч. 3.1 ст. 70 АПК и признал неоспоренные обстоятельства установленными.
Дело № А40-190944/2025
8,07 млн руб. убытков из запрошенных 8,07 млн руб.
«Нефтетранссервис» потребовал от РЖД возместить убытки за семь вагонов-цистерн, которые перевозчик использовал для воинских перевозок без согласия владельца (такое право дает постановление правительства). Пять вагонов пострадали 3 июля 2024 года на перегоне Потанино — Козырево: на нерегулируемом переезде произошло ДТП, у цистерн с дизельным топливом повредило подножки и лестницы котла. Истец отремонтировал их за свой счет. Два других вагона уничтожил беспилотник ВСУ 21 сентября 2024 года на станции Стульнево в зоне ответственности «Железных дорог Новороссии». Эти вагоны списали.
РЖД ссылались на отсутствие документов о страховании и на то, что не виновато в повреждениях. Страховщик «Ингосстрах», привлеченный как третье лицо, пояснил, что лимит по договору страхования исчерпан. Суд отклонил оба довода. По ст. 105 Устава железнодорожного транспорта перевозчик отвечает за повреждение и утрату вагонов. А постановление прямо предусматривает такую цепочку: перевозчик возмещает ущерб собственнику, а потом сам получает компенсацию от заказчика воинских перевозок. И даже если страховка есть, это не снимает ответственности с перевозчика.
Суд взыскал полную сумму: расходы на ремонт пяти вагонов и рыночную стоимость двух уничтоженных.
Дело № А40-151154/2025
24,46 млн руб. убытков из запрошенных 24,46 млн руб.
«Ванаварская энергетическая компания» в 2022 году снабжала электроэнергией поселения Эвенкийского муниципального района. Тариф на этот период рассчитывали осенью 2021 года исходя из действовавших тогда цен на топливо, но уже в 2022-м рыночная стоимость дизельного топлива, мазута и нефти резко выросла. В результате реальные расходы компании оказались выше тех, что заложили в тариф.
Администрация Эвенкийского района приняла постановление о субсидиях на покрытие разницы. Компания получила 94 млн руб., но этого не хватило: осталась непокрытая часть в 24,46 млн руб. Министерство промышленности и торговли Красноярского края доплачивать эту сумму отказалось.
Компания обратилась в суд с иском к казне Красноярского края. Дело рассматривали с 2023 года, и значительную часть времени заняла процессуальная борьба: профильные министерства перекладывали ответственность друг на друга, и суд квалифицировал это как процессуальное злоупотребление. Министерство промышленности и торговли также требовало привлечь к делу Счетную палату и прокуратуру, назначить экспертизу и исключить первичные документы истца. Суд все ходатайства отклонил, указав, что они направлены на затягивание разбирательства.
Арбитражный суд Красноярского края исходил из того, что если тарифное регулирование приводит к межтарифной разнице, ресурсоснабжающая организация вправе требовать возмещения экономических потерь с публично-правового образования, принявшего тарифное решение. Первичную документацию — счета-фактуры, накладные, платежные поручения — суд признал достоверной. Перед выплатой субсидии ее проверяли, и ни у кого сомнений не возникло. Компенсировать разницу через будущие тарифы компания тоже не могла: с 2025 года деятельность по энергоснабжению передали другому лицу.
В итоге суд взыскал убытки в полном объеме за счет казны Красноярского края.
Дело № А33-21156/2023
24,86 млн руб. убытков из запрошенных 24,86 млн руб.
Банк «Развитие», находящийся в конкурсном производстве, в 2018 году передал «Стандарту» два нежилых помещения в Калуге по договору безвозмездного пользования. В августе 2020-го банк отказался от договора и потребовал вернуть помещения, но «Стандарт» этого не сделал. Вместо этого компания сдавала их в аренду пяти разным арендаторам — от коллегии адвокатов до строительной фирмы. Банку пришлось идти в суд за выселением, и только в конце 2024 года исполнительное производство завершилось.
После этого банк потребовал возместить убытки за период незаконного удержания помещений — с августа 2020-го по июль 2024 года. Размер рассчитали исходя из арендной платы, которую банк мог бы получать за это время.
«Стандарт» возражал по трем основаниям. Сначала компания ссылалась на пропуск срока исковой давности, но суд указал, что во время спора об освобождении помещений этот срок не длился. Затем ответчик заявил, что банк якобы согласовал субаренду. В подтверждение он представил скриншот письма, направленного на адрес некоего «Михаила К.», но не доказал, что этот человек вообще имел полномочия действовать от имени банка. Кроме того, письмо исходило от адвокатской коллегии, которая не была стороной договора. Наконец, «Стандарт» утверждал, что банк и не собирался извлекать доход из помещений, раз изначально передал их безвозмездно. Суд отклонил и этот довод, указав, что банк, напротив, активно добивался возврата имущества через суд, а утверждения ответчика ничем не подтверждены.
При проверке расчета истца суд обнаружил арифметическую ошибку: за один из периодов банк насчитал пять месяцев вместо шести. Убытки за этот период на самом деле составили 4 млн руб., а не 3,4 млн руб. Но поскольку суд не вправе выйти за пределы заявленных требований, взыскал ровно 24,86 млн руб. Ответчик контррасчет не представил и экспертизу не заявил.
Дело № А23-9598/2024