Новые дела ВС: списание долгов «серийного должника» и субсидиарка мажоритария за владение долей

Заемщик за три дня оформил кредиты в четырех разных банках, указав в анкетах доход вдвое выше реального. В процедуре личного банкротства его финуправляющий заявил о прекращении процедуры и списании долгов (дело № А43-194/2023). Первая инстанция долги списала, кроме требований двух банков, усмотрев в действиях должника признаки злоупотребления правом — он резко увеличил задолженность за короткий период. Апелляция и кассация списали долги полностью, указав, что банки сами не проявили должную осмотрительность и не проверили сведения о заработке и текущей нагрузке клиента. Теперь Верховному суду предстоит решить, правомерно ли перекладывать на банки все риски проверки данных, если поведение заемщика при получении средств носило явно недобросовестный характер.

Это решение продолжает складывающуюся практику, согласно которой человека не должны освобождать от долгов, если он в короткий период получает кредиты одновременно в нескольких банках, не раскрывая каждому из них информацию о вновь возникшей кредитной нагрузке, отмечает партнер Lidings Александр Попелюк. По его словам, возможно, заемщик сознательно создал у банков искаженное представление о его платежеспособности. «Добросовестный заемщик должен сообщить кредитору о намерении получить необходимую ему сумму средств частями сразу в нескольких кредитных организациях. Он же об этом умолчал, следовательно, нарушил принцип добросовестного сотрудничества», — констатирует эксперт.

Формирование этого вектора, безусловно, не обошлось без решающего участия банков, которые, вероятно, посчитали объемы списанных долгов за минувшие годы. И все же хотелось бы верить, что и сами кредиторы, в свою очередь, будут готовы идти навстречу тем немногим должникам, кто в рамках процедуры банкротства искренне стремится к заключению мирового соглашения и к ним будет применен такой же индивидуальный подход.

Суды разошлись во мнениях о правомерности привлечения мажоритарного участника с долей 75% к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на 164,4 млн руб. (дело № А56-116261/2018). АС Санкт-Петербурга и Ленинградской области требования удовлетворил. Апелляция, напротив, отказала в иске, не обнаружив причинно-следственной связи между действиями участника и банкротством компании. Суд округа поддержал выводы первой инстанции о виновности контролирующего лица. Так, кассация согласилась с доводами заявителя, что мажоритарий практически отстранил от работы гендиректора должника и сам осуществлял управление. А еще при нем было утрачено движимое и недвижимое имущество компании на 165 млн руб. Участник обратился в ВС, указав, что для привлечения к ответственности недостаточно только факта владения долей. Важно доказать конкретные обстоятельства, составляющие презумпцию вины в доведении должника до несостоятельности согласно ст. 61.11 закона «О банкротстве».

Экономколлегии предстоит определить, правомерно ли возлагать на участника субсидиарную ответственность в размере всего непогашенного реестра требований кредиторов. При этом часть вменяемых ему нарушений и обстоятельств формирования структуры активов должника хронологически предшествовали его вхождению в состав учредителей.

По мнению эксперта, ВС направит дело на новое рассмотрение, чтобы нижестоящие суды детально исследовали вопрос ответственности за выбытие имущества в период контроля ответчика.

«Кузбасская энергосетевая компания» взыскала с «Россетей Сибирь» 2,5 млрд руб. задолженности и столько же неустойки за услуги по передаче электроэнергии в 2022 году (дело № А27-6115/2022). В Кузбассе действует «котловой» метод расчетов, при котором региональный регулятор распределяет общую выручку между сетевыми компаниями через индивидуальные тарифы. По сути, электричество перетекало из сетей «Россетей» в сети «Кузбасской энергосетевой компании», но тарифная комиссия назначила плательщиком именно «Россети», чтобы обеспечить истцу необходимую валовую выручку. Три инстанции иск удовлетворили, указав, что направление перетока энергии не имеет значения, если тарифным решением определен конкретный плательщик.

Ответчик обратился в Верховный суд, настаивая на абсурдности взыскания платы за услуги, которые он, по сути, сам оказал. Заявитель отметил, что регулятор уже компенсировал «Кузбасской энергосетевой компании» недополученные за 2022 год доходы, заложив их в тарифы на 2024 год, поэтому повторное взыскание приведет к неосновательному обогащению истца. Еще заявитель оспаривает многомиллиардную неустойку, утверждая, что просрочка возникла из-за ошибок самого регулятора, не определившего источник финансирования для этих платежей.

Администрация Нефтеюганска и Генпрокуратура оспаривают в ВС приватизацию предпринимателем Сергеем Шокиным единственного в городе кинотеатра «Юган» (дело № А75-1140/2025). После покупки здания новый собственник изменил вид разрешенного использования участка с «кинотеатра» на «магазины» и сдал помещения в аренду под торговлю. Первая инстанция в иске отказала, указав на пропуск срока давности. Апелляция признала сделку ничтожной, указав на нарушение ст. 30 закона «О приватизации», положения которой требуют сохранять назначение социально-культурных объектов. Но суд округа отменил это решение, посчитав, что нецелевое использование кинотеатра — это лишь основание для его выкупа муниципалитетом, а не для признания договора недействительным.

Заявители обратились с жалобой в ВС, в которой настаивают, что кинотеатр «Юган» — единственный в Нефтеюганске, а в силу ст. 17 закона «О государственной поддержке кинематографии» такие объекты вообще нельзя приватизировать. Кроме того, отчуждение здания без обязательства сохранить его назначение лишило жителей города культурного досуга и нарушило интересы неопределенного круга лиц.

Организатор торгов установил жесткий лимит времени для аукциона на право водопользования — всего 20 минут. Из-за этого победителем признали участника, чье предложение было последним на момент истечения срока, хотя конкуренты были готовы предложить более высокую цену. Один из них обратился в суд, но три инстанции не нашли нарушений, посчитав, что его права не затронуты (дело № А56-35355/2025). Верховный суд заинтересовался спором, указав, что ограничение времени торгов, которое препятствует выявлению наивысшей цены, противоречит самой сути конкурентной процедуры и создает риск злоупотреблений. Еще нижестоящие суды проигнорировали решение антимонопольного органа, который ранее уже признал такой порядок проведения аукциона незаконным.

Владивостокская таможня взыскала с Ирины Сукач задолженность по таможенным платежам и пени за ввезенный из Южной Кореи автомобиль. Ведомство установило, что заявленная стоимость иномарки была существенно ниже рыночных цен на профильных корейских сайтах. Первая инстанция встала на сторону Сукач: почерковедческая экспертиза подтвердила, что на договоре с таможенным представителем и других документах не ее подписи. А сама она утверждала, что не приобретала машину и не ввозила, автомобилем не владеет, средств на его приобретении не имела (дело № 56-КАД26-5-К9). При этом таможенный представитель, который оформлял ввоз, настаивал на личном участии декларанта в оформлении ввоза.

Апелляция отменила решение, и с ней согласился Девятый КСОЮ: оформление товара проходило по действующему паспорту ответчика, а в транспортных документах (инвойсе и коносаменте) именно она значилась получателем. Кассация подчеркнула, что статус декларанта обязывает к уплате платежей, при этом в деле нет доказательств, что данные ответчика использовали третьи лица в противоправных целях.

По мнению партнера Lidings Дмитрия Кириллова, спор представляет интерес, поскольку в его основе лежит не вопрос права, а вопрос установления фактов.

Тонкость в том, что заявления таможенного представителя сделаны только во время таможенного контроля и, судя по судебным актам, при рассмотрении дела не проверялись. В такой ситуации возможен сценарий, когда дело будет возвращено на новое рассмотрение для проверки реальности участия декларанта в сделке. Если такое участие не подтвердится, могут возникнуть новые вопросы к таможенному представителю.

Региональное управление Росреестра сократило сотрудницу, не предложив ей другие имеющиеся вакантные должности. Центральный районный суд Волгограда восстановил ее на службе, взыскал средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда (дело № 16-КГ26-16-К4). Апелляция и кассация решение отменили в части компенсации за вынужденный прогул, поскольку госслужащие при увольнении получают выплату в размере четырехмесячного денежного содержания (ч. 3.1 ст. 37 «О государственной гражданской службе»). Суды указали, что эта компенсация подлежит зачету при расчете оплаты вынужденного прогула и ее сумма превысила размер среднего заработка за период спора.

Прокурор потребовал признать отсутствующим право собственности на часть участка, в состав которого входит береговая полоса озера (дело № 75-КГПР26-2-К3). Первая инстанция ему отказала по причине пропуска срока давности. Суд пришел к выводу, что прокурор заявил виндикационный иск (требование вернуть участок из незаконного владения — исчислять его нужно было с даты внесения сведения об участке в публичный реестр в 1999 году, а не с даты внесения в ЕГРН сведений о границах береговой линии). Истец заявлял, что иск негаторный (не связанный с лишением владения), что суд опроверг. Кроме того, суд исходил из того, что спорный земельный участок передали в собственность ответчика в 1999 году, когда действовал Водный кодекс РСФСР 1972 года. Тогда прибрежные полосы, береговые полосы, земли водного фонда не были включены в Единый государственный водный фонд, запрета на их передачу в частную собственность не существовало. Апелляция и кассация выводы поддержали, но жалоба прокурора заинтересовала ВС.

Строительную компанию «Трансмагистраль» ликвидировали в результате банкротства в 2023 году. В отношении ее бывшего руководителя возбуждали уголовное дело за неправомерные действия при банкротстве (ст. 195 УК), но его прекратили за истечением срока давности. Региональное УФНС в суде потребовало взыскать с него ущерб, причиненный преступлением (дело № 15-КГ26-5-К1). Налоговики указали, что директор знал о задолженности перед налоговой в размере 22,4 млн руб., но попросил контрагентов в счет взаимозачета направить более 20 млн руб. на погашение долгов перед кредиторами — коммерческими компаниями.

Три инстанции в иске отказали: течение трехлетнего срока начинается не с даты ликвидации организации-должника или завершения споров о субсидиарной ответственности, а с момента, когда налоговый орган узнал о невозможности взыскания недоимки с самой компании. В этом деле таким моментом следует признать дату вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. То, что налоговая пропустила срок давности из-за длительной процедуры банкротства, суды уважительной причиной не сочли.