Практика
5 июня 2020, 12:03

Бастрыкин: уровень коррупции в правоохранительных органах падает

В 2019 году обвиняемых в коррупции сотрудников органов внутренних дел оказалось на 60% меньше, чем в 2011-м.

Председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин в интервью «Коммерсанту» рассказал о том, как его ведомство борется с коррупцией и почему для этого нужно вернуть конфискацию в УК.

Как сообщил Бастрыкин, в 2019 году Следственный комитет возбудил более 18 000 дел о коррупционных преступлениях. 8409 таких дел направили в суд. Самыми распространёнными коррупционными преступлениями председатель СК назвал дачу (20%) и получение (16%) взяток.

При этом он отметил, что благодаря системной работе СК, в том числе и профилактической, удалось значительно снизить  уровень коррупции в правоохранительных органах. В 2019 году обвинений в коррупции сотрудников МВД было на 60% меньше, чем в 2011 году. Такое снижение шло из года в год. При этом, как подчеркнул Бастрыкин, борьба с коррупцией в целом только усилилась, так что речь не идёт о том, что такие преступления стали хуже выявлять. Большую роль в снижении коррупции среди правоохранителей играют громкие дела о взяточничестве, которые возбудили в отношении ряда высокопоставленных должностных лиц.

Бастрыкин отметил решающее значение неотвратимости наказания при борьбе с коррупцией. Он подчеркнул, что даже сравнительно небольшие взятки, особенно если их берут систематически, наносят значительный ущерб доверию к госвласти. В качестве примера он привёл группу сотрудников ГИБДД в Краснодарском крае, которые на протяжении нескольких лет брали взятки с водителей и игнорировали нарушения. Общая сумма взяток составила, по данным следствия, порядка 50 млн руб.

Глава СК заявил, что его ведомство руководствуется принципом «неприкасаемых нет». В минувшем году СК привлёк к ответственности 479 лиц с особым правовым статусом, включая 13 региональных и 97 муниципальных депутатов, 75 адвокатов и 9 судей. Кроме того, дела возбудили в отношении 19 сотрудников самого Следственного комитета.

Бастрыкин подчеркнул, что потенциальные последствия коррупции могут быть гораздо серьёзнее, чем просто бюджетные хищения. Поставки некачественных товаров или нарушения техники безопасности, которые за мзду игнорируют ответственные лица, могут нанести вред здоровью граждан и привести к гибели людей, как это было в «Зимней вишне».

Наиболее крупные взятки, по словам Бастрыкина, связаны с отношениями предпринимателей и высокопоставленных чиновников. Так, замглавы аппарата администрации Сахалинской области Вячеслав Горбачев и экс-губернатор Александр Хорошавин совместно получили от бизнеса около 255 млн руб., считает следствие.

Очень сложно расследовать коррупционные преступления в сфере госзакупок, отметил председатель СК. Такие нарушения тщательно планируют, маскируют влияние личных интересов на конкурсную процедуру и заключение контрактов. Но и в этой сфере Следственный комитет выявляет преступления. Например, при реализации целевой программы по социально-экономическому развитию Крыма. Бывший зампред совета министров республики Виталий Нахлупин вместе с сообщниками, как считает следствие, за 16 млн руб. помогал определённым компаниям побеждать в аукционах при реализации программы. Сейчас следствие завершено, а обвиняемые знакомятся с материалами дела.

Бастрыкин заявил, что возвращение компенсации в Уголовный кодекс как дополнительного вида наказания необходимо для эффективной борьбы с коррупцией. Он отметил, что правонарушители редко сами идут на компенсацию причинённого ими вреда, а чем больше жертв, тем сильнее они стараются уйти от наказания. Судьи часто пренебрегают конфискацией, которая сейчас относится к иным мерам уголовно-правового характера. Применять её необязательно. Бастрыкин предлагает прописать её применение по коррупционным статьям, а также сделать основанием для конфискации незаконно нажитого имущества его передачу третьим лицам безвозмездно или за явно несоразмерную плату. Он также отметил, что Следственный комитет всегда старается дать прокуратуре необходимые материалы для ходатайства об обращении имущества коррупционера в доход государства.