Практика
15 февраля 2024, 10:12

ВС определил, как банкротить иностранные юрлица в России

Экономколлегия впервые на судебном заседании рассмотрела жалобу о банкротстве иностранной компании. Три инстанции отказались ввести процедуру, сославшись на подсудность и отсутствие активов в стране. Но ВС решил иначе и выпустил акт с обобщением ранее сложившейся практики. Он разъяснил, как определять «тесную связь» должника с Россией и местонахождение центра его основных интересов. Еще судьи установили два подхода к банкротству иностранных юрлиц: основной и локальный. Опрошенные юристы подробно разобрали это нововведение.

Компания — иностранная, закон — российский

Кипрская компания Westwalk Projects Ltd. передала в уставный капитал дочерней фирмы AMN Commercial Property Advisers Ltd. три торговых центра в Подмосковье. Вместе с правом собственности на помещения к «дочке» перешли все права и обязанности по договорам аренды в ТЦ, в том числе по переводу обеспечительных платежей. Но Westwalk Projects Ltd. деньги не направила, и фирма просудила долг в 6 млн руб., а затем обратилась с заявлением о банкротстве иностранной компании (дело № А40-248405/2022). 

Арбитражный суд города Москвы требование кредитора отклонил и прекратил производство по делу. Он исходил из того, что должник — иностранное юрлицо, зарегистрированное на Кипре, значит, по российскому праву его ого обанкротить нельзя. При этом на тот момент организация подала заявление о прекращении аккредитации филиала, то есть закрепила, что больше не работает в РФ. Не осталось у компании и активов, их она передала компании-двойнику.

Еще суд обратил внимание, что кредитор — дочерняя компания должника, а органы управления обеих структур — родственники с одной фамилией. Это свидетельствует об аффилированности и внутрихолдинговом характере. Поскольку организации сами выбрали модель ведения бизнеса с регистрацией на территории другой страны, они не могут ссылаться на «затруднительный» для них порядок банкротства в иностранной юрисдикции. 

Первую инстанцию поддержали апелляция и кассация. Тогда AMN Commercial Property Advisors Ltd. подала жалобу в Верховный суд. 

Тесная связь и центр основных интересов

Интересы заявителя представляла советник, соруководитель практики банкротства и реструктуризации LEVEL Legal Services Лидия Солодовникова. Она настаивала, что возбуждению дела о несостоятельности Westwalk Projects Ltd. не мешает ни статус кредитора, ни отсутствие имущества. Тем более что банкротство иностранных юрлиц в России уже допускалось. По мнению представителя должника Сергея Дурыбичева, процедуру в отношении иностранных фирм вводили, чтобы защитить интересы отечественных кредиторов в условиях санкций. Но сейчас это злоупотребление. О том, как прошло заседание по этому делу, Право.ru рассказывало в репортаже «ВС разрешил банкротить иностранную компанию в России».

Мотивировочную часть определения ВС разбил на три части. В первой он указал, как определять подсудность по делам о банкротстве иностранной компании. Основным критерием для введения процедуры стал параметр «тесная связь». В акте экономколлегия перечислила обстоятельства, которые могут подтвердить такую связь должника с Россией:

компания вела постоянную деятельность в стране;бизнес был ориентирован на местных лиц;в стране находится центр основных интересов контролирующих компанию лиц;орган управления, филиал или представительство иностранного лица находится в России;у контролирующего должника лица есть российское гражданство, разрешение на временное проживание, ВНЖ либо корпоративные отношения с местными юрлицами;российский суд привлек к субсидиарной ответственности контролирующих компанию лиц;в стране есть имущественные активы организации, в том числе право аренды на земельные участки;значительная часть кредиторов — из России, плюс те, чья деятельность с ней тесно связана;многие сделки исполнялись в России;основные доказательства по делу находятся на территории страны.

Во второй части Верховный суд разъяснил, что после определения подсудности суд должен выявить, где находится центр основных интересов должника — в России или за ее пределами. В зависимости от этого можно будет возбудить основное или вторичное (локальное) производство по делу о банкротстве. Если иностранная организация зарегистрирована за пределами РФ лишь формально, а центр ее основных интересов находится здесь, то в отношении нее вводится основное производство по делу о банкротстве, которое будет распространять эффект на все остальные юрисдикции. 

В акте коллегия перечислила, что можно принять во внимание при определении центра основных интересов должника:

где находится основное имущество; где находятся большинство кредиторов; где находятся производственные ресурсы; где ведется предпринимательская деятельность; где получают основные доходы; место реорганизации; характер основных обязательств (место их возникновения и исполнения); где находятся контролирующие лица и центр их основных интересов.

Еще экономколлегия указала, что для возбуждения дела о трансграничном банкротстве суд должен руководствоваться правилами закона «О банкротстве» и определять процедуру исходя из финансового положения должника. Такое производство должно распространяться на все его имущество независимо от страны местонахождения и на всех кредиторов, включая иностранных.

В итоге ВС отменил акты трех инстанций, а дело вернул в АСГМ для рассмотрения по существу.

Влияние на практику

Процедура банкротства иностранных лиц в РФ — тренд последних двух лет, отмечает партнер практики разрешения споров и банкротства BGP Litigation Сергей Лисин. Ранее правопорядок полностью исключал такую возможность. Причем этот тренд задали не судьи высшей инстанции, а рядовые судьи регионов. По словам адвоката, юридическое сообщество давно ждало какого-то дела в ВС, который поставит точку и определит единые правила игры по обсуждаемому вопросу.

Тщательность подобранных формулировок и глубинность мотивировочной части означает, что Верховный суд прорабатывал его как фактически новый «закон» и новые правила.

Сергей Лисин

Теперь установлены два подхода к банкротству иностранного юрлица, разъясняет Лисин. Первый основан на прежней практике региональных судов: регистрация в иностранной юрисдикции носит формальный характер, а основной центр экономических интересов (транзакции, активы, органы управления) у такого лица России. Второй подход — это чистое нормотворчество и революция, считает адвокат. Теперь, если иностранное юридическое лицо доказало, что центр его экономических интересов не в России (где идет только часть его глобальной деятельности), то его можно банкротить. Правда, процедура вводится в отношении не самой компании, а ее имущества, расположенного в России, уточняет Лисин. Банкротство такой имущественной массы будет происходить с отдельным реестром требований кредиторов, с оспариванием подозрительных транзакций и сделок, а что самое интересное — с привлечением иностранных топ-менеджеров к субсидиарной ответственности. 

Новый подход судьи назвали «вторичным производством по делу о трансграничном банкротстве». Для его запуска будет достаточно доказать, что основная юрисдикция должника враждебна по отношению к России и там могут возникнуть сложности с эффективной судебной защитой кредиторов. Например, с поиском адвокатов, признанием и привидением в исполнение судебных актов РФ, большими суммами гонораров, пошлин и иных затрат по делу, нахождением собственников компании кредитора в санкционных списках, перечисляет Лисин. 

ВС четко указал на факторы, которые считаются основанием для возможности как введения «основного» банкротного дела на территории России, так и вторичного производства по делу о трансграничном банкротстве.

Анна Кремнева

Основным критерием для введения процедуры банкротства иностранного должника стала «тесная связь». Если ее нет, но есть иные признаки «связанности» компании с Россией, тогда Верховный суд допустил возможность введения в отношении компании вторичного (локального) производства о банкротстве, рассказывает адвокат Юков и партнеры Анна Кремнева. Для этого в стране у должника должно быть постоянное представительство или имущество. 

Несмотря на формальное перечисление критериев, вопрос определения компетенции остается на усмотрение суда, поскольку перечень не закрытый, отмечает партнер Рустам Курмаев и Партнеры Олег Пермяков. Старший юрист судебно-арбитражной практики ЕПАМ Александра Медникова прогнозирует, что этот список будет дополняться судебной практикой, а кредиторы начнут использовать новую позицию ВС как возможный способ для удовлетворения своих требований к должникам. «ВС задал правила игры для нижестоящих инстанций, а те уже должны будут выявить иные признаки для возможности введения процедур банкротства в отношении иностранных лиц в России», — считает Кремнева.

Помимо теоретических задач, позиция ВС преследует и практические цели — снизить финансовые, политические и трансанкционные издержки российских участников рынка по банкротству иностранных должников.

Антон Красников, партнер Сотби

По мнению Верховного суда, цель локального производства — обеспечить защиту интересов российских кредиторов в отсутствие у них эффективного доступа к правосудию в иностранных юрисдикциях, отмечает Артур Черныхов, старший юрист практики разрешения споров, реструктуризации и банкротства АЛРУД Этот вывод продолжает сложившуюся практику ВС по защите российских санкционных лиц и перенесению споров с такими лицами в российскую юрисдикцию по ст. 248.1 АПК.

Признание Верховным судом сформировавшейся практики — важный шаг для защиты российских кредиторов. Это позволит применять для их защиты конкурсные механизмы: оспаривание сделок и субсидиарную ответственность.

Владимир Исаенко, адвокат практики банкротства Инфралекс

В решении Верховный суд опирается на опыт зарубежных стран: типовой закон ЮНСИТРАЛ, инкорпорированный в законодательство многих стран, законодательство ЕС и другие, отмечает Черныхов. Одним из таких ориентиров стал COMI-стандарт (center of main interests — центр основных интересов), который уже известен отечественной судебной практике. Так, в 2019 году ВС уже ссылался на понятие «центр тяготения экономических интересов» (дело № А63-9583/2018) и опирался на опыт применения COMI в вопросах банкротного туризма (дело № А41-40947/2018). Для правильного применения такого сложного понятия нужно и дальше развивать судебную практику и, возможно, менять законодательство о банкротстве, считает юрист.

Теперь COMI-стандарт прямо закреплен в определении ВС вместе с критериями, позволяющими определить центр основных интересов должника.

Артур Черныхов

Не все так однозначно

Впрочем, акт ВС смог ответить не на все вопросы юристов. Управляющий партнер Арт де Лекс Артур Зурабян считает, что, несмотря на положительные эмоции в правовом сообществе, Верховный суд определил достаточно широкий круг оснований, чтобы признать российские суды компетентными в решении спора. По его мнению, впоследствии придется уточнять тип банкротства иностранной компании: тотальное или локальное. 

Не был разъяснен и порядок исполнения решений. Красников предполагает, что кредиторы, решившие инициировать дело о банкротстве иностранной фирмы, столкнутся с известными трудностями в части исполнения судебных актов и получением сведений об имуществе должника в порядке международной правовой помощи. 

Неясно, что делать местным кредиторам, которым не хватило локального имущества. У них будет российский судебный акт, но не будет исполнения. Смогут ли они его применить в отношении активов иностранного должника в иной юрисдикции, отличной от места его регистрации?

Артур Зурабян

Зурабян не исключает, что такие банкротства будут пытаться инициировать в отношении субъектов типа Euroclear в попытке обойти очередность, установленную январским указом президента № 8. Он предусматривает невозможность исполнения решений в рамках ординарных (не банкротных) производств, вынесенных российскими судами против Euroclear, в нарушение порядка, который установлен подзаконным регулированием. Не исключены и попытки инициировать банкротство групп лиц, поскольку российские активы зачастую принадлежат нескольким иностранным компаниям одной группы, отмечает эксперт. Тогда в отношении должника могут вынести решение о солидарном взыскании в пользу местных кредиторов.

Иностранным компаниям стоит готовиться к росту числа споров с их участием, попыткам введения в отношении них процедур банкротства со стороны активных кредиторов. А еще — к применению мер ответственности в виде взыскания убытков и субсидиарной ответственности к контролирующим лицам таких компаний.

Александра Медникова

Пермяков полагает, что всплеска числа иностранных банкротств ожидать не стоит. Новое определение Верховного суда не породило новую практику, а систематизировало и разъяснило нижестоящим судами выводы, которые были сделаны в более ранних делах. Но тенденция сохранится, а вместе с ней и попытки злоупотребления, считает Кремнева. В частности, адвокат допустила подачу заявлений о признании иностранных компаний банкротами при отсутствии на то оснований. Того же мнения придерживается Красников, поскольку суд не рассмотрел родовые злоупотребления конкурсного процесса: предъявление номинальных требований и контролируемое банкротство. 

Сейчас, когда судебная практика только начала банкротить иностранцев, сложно предсказать, что именно будет происходить в практике. До недавних пор даже банкротство иностранных компаний в российских судах казалось невозможным.

Олег Пермяков

Новый подход существенно перенастроит правила игры и в скором времени мы можем увидеть банкротство имущественных масс крупных европейских и американских компаний в России, уверен Лисин. Эта волна может коснуться и банковского сектора. Эксперт напомнил о попытках банка «Зенит» обанкротить Credit Suisse (Швейцария) в России, которые окончились неудачно в конце 2023 года (дело № А40-166286/2023). «Но при новом порядке и институте вторичного производства по делу о трансграничном банкротстве такие мечты могут стать нашей реальностью», — предположил эксперт.