Жалобы в госорганы и банки после отказа в выплате дивидендов
Участники виноторговой компании «Форт» подали иск к своему партнеру с требованием компенсации вреда (дело № 02-0718/2024). Как указали истцы, он не согласился с решением об отмене выплаты дивидендов и продал свою долю в юрлице. После этого бывший участник компании не раз обращался в правоохранительные органы, обвиняя руководство в выводе активов, обналичивании средств и уклонении от ответственности. По итогам проверок нарушений не обнаружили, но ответчик продолжал направлять в органы компрометирующие сведения. Подобные письма он посылал и в банки, после чего компании отказали в кредите.
Тогда руководство «Форта» попыталось через суд добиться защиты чести, достоинства и деловой репутации и дополнительно потребовало компенсировать моральный вред. Но три инстанции встали на сторону ответчика, решив, что истцы не доказали порочный характер распространяемых сведений. При этом обращение в правоохранительные органы суды квалифицировали как реализацию конституционного права гражданина.
Верховный суд не согласился с таким подходом, отменил решения и направил дело на новое рассмотрение (дело № 5-КГ25-171-К2). Высшая инстанция указала, что суды не проверили, хотел ли ответчик защитить свои права или все же злоупотреблял правом на обращение. Более того, в материалах дела нет писем в банки, которые, по утверждению истцов, стали основанием для отказа компании в кредитах.
По мнению адвоката, руководителя проектов уголовно-правовой практики КИАП Дмитрия Калиниченко, решение ВС создает эффективный механизм, который позволяет отделять добросовестные действия от злоупотреблений и реально защищать деловую репутацию бизнеса.
Конституционное право или корпоративный экстремизм
В подобных спорах у судов сформировалась практика, основанная на позиции Конституционного суда, поясняет адвокат, партнер практики частных клиентов АБ Вертикаль Татьяна Микони. В определении № 3272-О от 5 декабря 2019 года КС указал, что обращение в госорганы или органы местного самоуправления само по себе не может считаться распространением порочащих сведений. Аналогичная точка зрения закреплена в п. 10 Постановления Пленума ВС от 24.02.2005 № 3. Из-за этого СОЮ и арбитражные суды часто самоустраняются от изучения обстоятельств подобных конфликтов, добавляет Калиниченко.
Сформировалась негласная презумпция: любое обращение в государственный орган, который в силу прямого указания закона обязан проверять поступившую информацию, по умолчанию исключает квалификацию действий заявителя как распространение порочащих сведений.
Дмитрий Калиниченко, адвокат, руководитель проектов уголовно-правовой практики КИАП
Такой подход закрепляет тренд на безнаказанность, а деловая репутация остается беззащитной перед лицом «корпоративного экстремизма», считает юрист. Поэтому решение ВС по делу компании «Форт» — это фундаментальный сдвиг в подходе к разрешению таких споров, говорит Калиниченко. По его словам, этот судебный акт дополняет позицию КС, изложенную в постановлении № 43-П от 4 декабря 2025 года. В документе сказано, что реализация конституционных прав не освобождает от обязанности соблюдать баланс с правами других лиц.
Как доказать злоупотребление правом
При новом рассмотрении дела судам предстоит выяснить, чем продиктованы действия ответчика: стремлением сообщить о правонарушении либо желанием причинить вред репутации компании. По словам Калиниченко, один из признаков недобросовестного поведения — «веерная рассылка», то есть многократная передача одних и тех же сведений. Чтобы доказать такое поведение, нужно запросить в госорганах заверенные копии обращений и проанализировать их тексты. Суд должен исследовать все обстоятельства: содержание писем, ответы компетентных органов, хронологию событий и поведение заявителя после получения результатов проверок, уточняет Микони.
О злоупотреблениях будет говорить:
повторная рассылка однотипных заявлений после того, как органы провели по ним проверку;
обращения после разъяснения, что вопрос не относится к подведомственности органа;
подача заведомо недостоверных сведений;
оскорбительные или категоричные формулировки.
Иная ситуация с обращениями в банки. Если жалобы в МВД защищены конституционным правом, то письма в финансовые организации — это уже распространение сведений среди контрагентов. И вопреки устоявшемуся судебному скептицизму, доказать связь между действиями бывшего партнера и изменением условий финансирования возможно, уверен Калиниченко. Главный инструмент для этого — адвокатский запрос руководству банка или службе внутреннего контроля. В таком запросе юрист рекомендует поставить прямой вопрос, почему банк приостановил кредитование заемщику, который ранее считался благонадежным.
После того как удастся установить, что были обращения в кредитные организации, суду предстоит выяснить, повлияли ли эти письма на решения банка. Для этого можно сопоставить даты их получения с датой решения банка, поясняет юрист. При этом отказ после получения писем не всегда свидетельствует о существовании связи, уточняет Микони. Поэтому необходимо тщательно исследовать совокупность всех обстоятельств, включая внутреннюю документацию банка, если ее истребует суд.
