Когда за затянувшееся дело положена компенсация: обзор ВС

Отсутствие процессуального действия — не повод отказать в компенсации

Заявитель потребовал компенсацию за предварительное следствие, которое длилось более четырех лет. Суды трех инстанций отказали, поскольку постановления о приостановке следствия не было.

Верховный суд пояснил, что право потерпевшего на компенсацию не зависит от того, выносил ли следователь постановление о приостановлении расследования. Если с момента подачи заявления о преступлении прошло более четырех лет, а подозреваемого или обвиняемого так и не установили, потерпевший вправе требовать компенсацию за нарушение разумных сроков судопроизводства. Но если четырехлетний срок не истек, заявление на компенсацию вернут.

Пункт 1 обзора

Декриминализация не обнуляет срок судопроизводства

Гражданин обратился в полицию после того, как его избили неизвестные. Предполагаемого нарушителя установили, но полиция неоднократно отказывала в возбуждении уголовного дела. Рассмотрение заявления о преступлении затянулось на 5 лет 9 месяцев. За это время деяние декриминализировали и перевели в разряд административных правонарушений. Потерпевший потребовал компенсацию за нарушение разумных сроков судопроизводства, но суд прекратил производство по делу. Он посчитал, что закон о компенсации не распространяется на производство по делам об административных правонарушениях.

Верховный суд отменил это решение и пояснил, что при расчете общей продолжительности судопроизводства нужно учитывать как период уголовного судопроизводства, так и время рассмотрения дела об административном правонарушении. Декриминализация деяния не позволяет исключить из расчета предшествующий период. Поэтому оснований прекращать дело о компенсации у суда не было.

Пункт 2 обзора

Сложность дела не оправдывает затягивание процесса

Обвиняемый добивался компенсации, поскольку предварительное следствие и рассмотрение дела в суде в общей сложности длились более восьми лет. Уголовное дело было объемным, с несколькими обвиняемыми, множеством потерпевших и свидетелей, сложными экспертизами.

Верховный суд учел сложность дела, но указал и на неэффективную организацию процесса. Так, более трех лет обвиняемые и их защитники знакомились с материалами уголовного дела, причем следствие неоднократно организовывало такое ознакомление. Длительным оказался и судебный этап: заседания назначали с разной периодичностью: от одного раза в два месяца до двух-пяти раз в месяц. По мнению ВС, такая организация не обеспечивала своевременного рассмотрения дела.

В результате Верховный суд признал общую продолжительность судопроизводства чрезмерной и частично удовлетворил требование о компенсации.

Пункт 3 обзора

Не всякое затягивание дает право на компенсацию

Заявитель потребовал компенсацию за длительное рассмотрение жалобы на решение административного органа. Сначала он обратился не в тот суд, поэтому дело передали по подсудности. При расчете срока заявитель учел время рассмотрения дела в обоих судах, но в компенсации ему отказали. Верховный суд поддержал отказ, поскольку оба суда действовали достаточно эффективно, а дело пришлось передавать из-за ошибки самого заявителя.

Камила Хасанова, юрист Ялилов и Партнеры обращает внимание на неоднозначность формулировки, что отложение разбирательства и передача дела по подсудности не расцениваются как обстоятельства, необоснованно увеличивающие срок рассмотрения заявления, поскольку такие процессуальные действия предусмотрены законом. Но законность процессуального действия еще не означает его эффективность, отмечает юрист. Важно учитывать, по чьей вине возникла задержка. Если она связана с действиями заявителя, это может объяснять увеличение срока. Если же дело передали из-за ошибки суда, такой период необходимо учитывать при оценке разумности срока.

Действующее законодательство и судебная практика до момента выхода обзора прямо не определяли порядок исчисления срока при изменении подсудности. Пункт 4 обзора стремится восполнить этот пробел.

Камила Хасанова, юрист Ялилов и Партнеры

В другом деле заявитель требовал компенсацию за то, что суд приостановил разбирательство. Рассмотрение дела продолжалось 2 года 3 месяца и 7 дней. Суд приостановил производство, поскольку до разрешения другого дела нельзя было рассмотреть спор по существу. Стороны не возражали против такого решения, а заявитель не стал его обжаловать.

Верховный суд разъяснил: при оценке разумности срока важно учитывать не только общую продолжительность разбирательства, но и причины задержек, а также эффективность действий суда.

Пункты 4–5 обзора

Что помогает получить компенсацию

Заявитель потребовал компенсацию за уголовное преследование, которое длилось более четырех лет. Следствие неоднократно продлевали и приостанавливали, а заявитель обжаловал постановления следователя в суде. Нижестоящие инстанции отказали в компенсации, поскольку заявитель не обращался в правоохранительные органы с просьбой ускорить расследование. Верховный суд отменил эти решения и пояснил, что обжалование постановлений о приостановлении следствия по ст. 123 и 125 УПК может считаться обращением за ускорением расследования.

В другом деле фирма обратилась к председателю суда с заявлением об ускорении разбирательства, которое продолжалось более трех лет. Председатель рассмотрел обращение по правилам закона 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан», а не по процессуальным правилам. Из-за этого суд вернул заявление о компенсации. Верховный суд отменил возврат: значение имеют факт обращения и его содержание, а не то, по какой процедуре председатель суда его рассмотрел, объяснил суд свою позицию.

Если обращение за ускорением действительно было, нарушение порядка его рассмотрения не лишает заявителя права требовать компенсацию. Арсений Соловьев, юрист практики разрешения споров Versus.legal считает, что эта позиция разграничивает обязанности заявителя и председателя суда. Заявитель должен обратиться с просьбой ускорить разбирательство, но он не отвечает за то, как председатель рассмотрит обращение. По мнению юриста, это снижает риск отказа в компенсации по формальным основаниям.

Но не любое обращение по делу заменяет заявление об ускорении. Так, организация потребовала компенсацию за длительное рассмотрение своего заявления об ознакомлении с материалами дела. Суд отказал: такой организационный вопрос не разрешает спор по существу, поэтому время его рассмотрения нельзя использовать как основание для компенсации за затягивание основного судебного разбирательства.

Хасанова уточняет, что граница между организационными и процессуальными вопросами не всегда очевидна. Например, задержки с изготовлением мотивированного решения или передачей дела в вышестоящий суд влияют на общую продолжительность разбирательства, и их можно учитывать при оценке работы суда по основному делу. Юрист рекомендует при подготовке заявления об ускорении указывать на затягивание рассмотрения дела и на конкретные обстоятельства, которые это подтверждают.

Пункты 6–8 обзора

Если решение отменили, компенсацию не получить

Гражданин пытался получить видеозаписи судебных заседаний, в которых участвовал по ВКС. Он считал, что госучреждение нарушает его права, поскольку не запрашивает у судов разрешение на выдачу записей. Суд признал действия учреждения незаконными и обязал его получать такое разрешение. Учреждение не обжаловало решение в срок, и пристав возбудил исполнительное производство.

Поскольку решение не исполняли, гражданин потребовал компенсацию. Суды сначала удовлетворили его требование, но затем учреждению восстановили срок на подачу апелляционной жалобы, а апелляция отказала гражданину в иске. Верховный суд отменил решения о выплате компенсации, поскольку судебный акт, за неисполнение которого ее присудили, был отменен.

Позиция усиливает процессуальные возможности публичного должника: последующая отмена первоначального судебного акта может стать основанием для устранения ранее присужденной компенсации. Для взыскателей это означает дополнительный риск, особенно при восстановлении оппоненту пропущенного срока обжалования. В перспективе такой подход может ослабить компенсаторную защиту взыскателя в случаях, когда окончательное разрешение основного спора существенно затягивается.

Арсений Соловьев, юрист практики разрешения споров Versus.legal

Пункт 9 обзора

Компенсация зависит от причин задержки исполнения

Гражданин направил в Минфин исполнительный лист, чтобы получить деньги, но не приложил копию решения суда, на основании которого его выдали. Ведомство вернуло документы, и заявителю пришлось отправлять их повторно. В итоге исполнение решения затянулось почти на шесть месяцев вместо положенных трех. Гражданин потребовал компенсацию.

Суды отказали. Верховный суд пояснил, что срок исполнения отсчитывают с момента получения финансовым органом необходимых документов. В этом случае задержка произошла по вине самого заявителя, который изначально направил неполный комплект. После получения всех документов Минфин перечислил деньги вовремя.

В другом деле задержка произошла по вине суда. Первая инстанция присудила заявителю компенсацию за счет Минфина, но направила документы в ведомство только через 7 месяцев и 8 дней после получения ходатайства. В результате заявителю возместили судебные расходы лишь спустя десять месяцев. Верховный суд признал такой срок неразумным и удовлетворил требование о компенсации.

Руководитель корпоративной практики A.T.Legal Олег Карьков отмечает, что при оценке ответственности государства должна учитываться работа суда по исполнению принятого решения. Взыскатель не должен терять право на компенсацию из-за того, что задержка возникла при оформлении и направлении документов. Поэтому соблюдение Минфином трехмесячного срока не устраняет нарушение, допущенное судом, дополняет Хасанова. Аналогичный подход Верховный суд применил в решении по делу № АКПИ26-247, приводит пример юрист: исполнительный лист направили почти через 11 месяцев после ходатайства взыскателя, и довод Минфина о том, что трехмесячный срок еще не истек, не приняли.

При этом в обзоре не уточняется, какая задержка считается длительной и какие причины могут ее оправдать, добавляет Хасанова. Уважительными могут быть причины, связанные с действиями самого взыскателя, например, непредставление необходимых реквизитов или документов. Поэтому ходатайство о направлении исполнительного листа важно подавать сразу с полным комплектом документов: дата его поступления в суд определяет начало срока, который будут учитывать при оценке задержки.

Пункты 10–11 обзора

Нехватка денег в бюджете не оправдывает задержку выплат

Комитет по управлению муниципальным имуществом задолжал организации оплату коммунальных платежей. Суд встал на сторону фирмы, однако госорган по исполнительному листу в срок не расплатился, ссылаясь на отсутствие денег в местном бюджете.

Верховный суд указал, что недостаток бюджетных ассигнований не освобождает органы власти от исполнения судебных решений. Бюджетный кодекс предусматривает механизмы для выделения необходимых средств, в том числе за счет изменений в сводной бюджетной росписи. Комитет даже не попытался инициировать такую процедуру, поэтому оправдывать задержку выплат нехваткой денег он не мог.

Карьков отмечает, что, хотя позиция ВС по этому вопросу не нова, разъяснение важно в разрезе изменения бюджетного законодательства. В 2025 году в Бюджетном кодексе появилось правило об исполнении судебных актов в пределах предусмотренных на текущий год ассигнований. Публичные должники могли использовать его как аргумент в пользу отказа в компенсации, ссылаясь на отсутствие запланированных расходов. Однако, подчеркивает эксперт, бюджетное планирование не должно превращаться в фактическую отсрочку исполнения судебного решения.

Соловьев считает, что разъяснение особенно важно для подрядчиков, проектировщиков и поставщиков, которые взыскивают задолженность с государственных и муниципальных заказчиков. Ссылки на отсутствие лимитов бюджетных обязательств или необходимость дополнительных согласований будут менее убедительными, если публичный должник не сможет подтвердить, что предпринимал меры для выделения средств и исполнения судебного решения.

Пункт 12 обзора

Не только решение по существу дает право на компенсацию

Заявитель потребовал компенсацию за то, что суд не исполнил в срок акт о взыскании судебных расходов. Первая инстанция удовлетворила требование, но вышестоящий суд отменил решение и прекратил производство. Он посчитал, что определение о взыскании расходов вынесли после разрешения основного спора, поэтому оно не дает права требовать компенсацию.

Верховный суд с этим не согласился. Право на компенсацию зависит от того, исполнен ли судебный акт, предусматривающий взыскание средств из бюджета. Неважно, разрешал ли этот акт спор по существу или касался отдельного вопроса, например, судебных расходов.

Хасанова напоминает, что закон предусматривает два разных основания для компенсации: затягивание рассмотрения дела и несвоевременное исполнение судебного акта. Правило о судебном акте, которым спор разрешен по существу, касается первого случая. Поэтому компенсацию можно требовать и за задержку выплаты судебных расходов, даже если их взыскали отдельным актом после завершения основного спора. Эксперт отмечает, что ВС уже придерживался такой позиции в кассационном определении по делу № 20-КАД22-3-К5. Теперь включение этого вывода в обзор закрепляет его как ориентир для судов при рассмотрении подобных дел.

Пункт 13 обзора

Не каждое бездействие пристава дает право на компенсацию

Суд обязал гражданина выплатить компании долг. Пристав возбудил исполнительное производство, но не предпринял мер для поиска совместно нажитого имущества должника и его супруги. Компания обжаловала бездействие пристава, и другой суд признал его незаконным, обязав найти имущество, оформленное на супругу должника. Но и это решение не исполнили. Тогда компания потребовала компенсацию за нарушение срока исполнения судебного акта.

Верховный суд отказал в компенсации. Он пояснил, что ее присуждают за нарушение срока исполнения судебных актов определенных категорий, в том числе о взыскании денег из бюджета. В этом случае первое решение касалось долга частного лица, а второе обязывало пристава принять меры для поиска имущества. Поэтому признание его бездействия незаконным не давало компании права на компенсацию.

Карьков считает этот пункт обзора дискуссионным, поскольку формулировка ВС может создать впечатление, что компенсацию присуждают только за неисполнение судебных актов о взыскании бюджетных средств. Между тем ч. 1 ст. 1 ФЗ № 68 распространяет компенсационный механизм и на судебные акты, которые возлагают на госорганы и должностных лиц другие имущественные и неимущественные обязанности. Это также следует из подп. «в» п. 2 ПП ВС № 11. Поэтому эксперт считает важным не распространять вывод из рассмотренного дела на все случаи, когда пристав не исполняет судебное предписание. Такое прочтение необоснованно сузило бы установленную законом защиту, убежден юрист.

ВС следовало четче объяснить, почему конкретное предписание приставу остается исключительно элементом исполнения частного обязательства и не образует самостоятельной публичной обязанности, защищаемой Законом о компенсации. Компенсация за нарушение разумного срока возмещает неимущественный вред от волокиты и не заменяет исполнение денежного обязательства должником. Для дальнейшей практики принципиально, насколько точно суды будут проводить это разграничение.

Олег Карьков, руководитель корпоративной практики A.T.Legal

Пункт 14 обзора