ПРАВО.ru
Практика
19 апреля 2023, 11:03

ВС оценил перевод долга банкрота

Бывший руководитель дал своей компании крупный заем, что позволило ей выплатить долги по налогам, а руководителю — избежать уголовного преследования. ВС усомнился, что такой заем нужно возвращать.

В 2016 году управляющую компанию «Дом-Мастер» привлекли к ответственности за налоговые правонарушения. Инспекция заставила компанию заплатить 191,83 млн руб. налогов, штрафов и пеней. Владимир Фодин*, бывший руководитель компании, в начале 2017-го перевел «Дом-Мастеру» 114,5 млн руб. в виде займа под 10% годовых. Этими деньгами компания погасила налоговую задолженность. А потом Фокин продал право требования к компании Тимуру Курову* за 41,73 млн руб. Вскоре «Дом-Мастер» вернул деньги новому кредитору.

Но в 2020-м управляющую компанию признали банкротом, и кредиторы оспорили перевод 123,2 млн руб. Курову (дело № А40-274335/2019). Три инстанции отказались признать сделку недействительной. Они указали: договоры займа и цессии не оспорены, недействительными не признаны, а возврат займа не причинил вред кредиторам.

ВС разъяснил особенности банкротства умершего предпринимателя

Спор о сделке дошел до Верховного суда, который отменил решения нижестоящих судов и направил вопрос на новое рассмотрение в АСГМ. Жалобу в суд заявило общество «МОЭК». Кредитор настаивал на мнимости займа как такового и объяснил это участием «Дом-Мастера» под руководством Фодина в схеме подрядных правоотношений, используемой для вывода имущества управляющей компании. За это в отношении экс-руководителя возбудили уголовное дело, и деньги он переводил не в качестве займа, а чтобы прекратили его преследование. «Ввиду отсутствия займа деньги не могли быть изъяты у общества «Дом-Мастер» под предлогом его возврата», — считает кредитор.

То, что деньги фактически поступили от Фодина обществу «Дом-Мастер» и израсходованы последним по назначению, не оспаривался в суде. Вместе с тем самого этого факта явно недостаточно для квалификации правоотношений как заемных без учета прочих обстоятельств дела, позволяющих сделать убедительный вывод о действительной воле сторон этой сделки.

ВС указал при новом рассмотрении дела изучить эти обстоятельства. Кроме того, судьи отметили: вопреки выводам нижестоящих инстанций, не требовалось отдельного оспаривания договора займа. Ведь «МОЭК» настаивало на наличии в этой сделке пороков, влекущих ее ничтожность, а не возможность оспорить.

* Имя и фамилия изменены редакцией.