27 июня 2015 года Лариса Виноградова дала Юсупу Османову в долг под проценты 2,7 млн руб. Он должен был вернуть все до июля 2018 года, но свои обязательства не выполнил. А в феврале 2020 года другой кредитор (Эргобанк в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ») инициировал банкротство Османова (дело № А40-301015/2019). Тогда Виноградова решила включиться в реестр с долгом, который к тому времени вырос до 8,3 млн руб.
Первая инстанция выяснила, откуда взялись деньги для займа. Как узнал суд, Виноградова получила дивиденды от ООО «Магнус плюс», в котором была участником, а еще деньги в помощь от своей близкой родственницы Анны Семеновой (суммы в актах не указаны). Семенова тоже была участником «Магнус плюс», а еще вела совместный бизнес с Османовым.
Из этого АСГМ решил, что должник и кредитор аффилированы. Суд сослался на Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от 29 января 2020 года, который посвящен субординации, то есть понижению требований аффилированных кредиторов.
В итоге первая инстанция понизила очередность требований Виноградовой, то есть резко уменьшила ее шансы получить что-то из конкурсной массы. Ее долг будет оплачен «в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты». С этим решением согласились апелляция и кассация, поэтому кредитор пожаловалась в Верховный суд. В кассационной жалобе он указала, что суды ошибочно применили разъяснения обзора от 29 января 2020 года. Она обращает внимание на то, что требование возникло из гражданско-правовой сделки – договора займа, который не носил корпоративный характер.
«Решила заработать»
19 июля дело рассмотрела тройка судей ВС под председательством Ивана Разумова. Понижение очередности возможно только для контролирующего должника лица, а Виноградова им не является, заявил ее представитель Алхаз Каппушев. Ведь контролирующее лицо – это то, кто дает обязательные для должника указания или по-другому определяет его действия. «Мы считаем, что каждое физлицо обладает автономией воли, и другие физлица не могут давать ему обязательные поручения», – убеждал Каппушев.
«Мы считаем, что каждое физлицо обладает автономией воли, и другие физлица не могут давать ему обязательные поручения».
Юрист попросил ВС отменить акты трех инстанций, которые допустили субординацию. Ирина Подобнова, которая представляла интересы Османова, поддержала эту позицию и повторила, что требования Виноградовой не являются корпоративными, и понижать их нельзя.
Сергей Домнин, финуправляющий Османова, с этим не согласился. Он напомнил, что действующее законодательство не содержит положений о субординации. «А раз регулирование отсутствует, то нет и запрета использовать субординацию по аналогии», – пояснил Домнин. По его мнению, аффилированность кредитора и должника подтверждается не только общим бизнес-партнером. В частности, Домнина заинтересовали действия Виноградовой: «Нетипичная ситуация, когда родственник помогает тебе деньгами, а ты передаешь их под проценты».
«Нетипичная ситуация, когда родственник помогает тебе деньгами, а ты передаешь их под проценты».
Финуправляющий обратил внимание и на то, что долг Османов должен был вернуть в 2018-м, но Виноградова не пыталась взыскать с него деньги до процедуры банкротства. Она ждала один год и 8 месяцев.
Каппушев парировал, что взыскать деньги через суд можно в течение трех лет. Срок исковой давности не прошел, а когда стало известно о банкротстве должника, то смысла обращаться с иском уже не было. Представитель добавил, что материальная помощь для Виноградовой не была «последним куском хлеба». Кредитор, по его словам, решила заработать и поэтому дала деньги под проценты.
– Заработала? – уточнил Разумов.
– В итоге, к сожалению, нет, – признал Каппушев.
– А клиентов по объявлению искала, на ком заработать собиралась? – спросил председательствующий.
–Мы не отрицаем, что они были знакомы. Но руководить действиями друг друга они не могли, – стоял на своем Каппушев.
А Домнин подкинул еще фактов, которые, по его мнению, подтверждают аффилированность – это общий представитель по другим спорам и отсутствие возражений должника не возражает против включения требований в реестр. На это Подобнова заметила, что ее клиент Османов не отрицает факт получения денег от Виноградовой, поэтому и не против включения ее требований в реестр.
После этого «тройка» удалилась в совещательную комнату, а выйдя из нее, огласила решение: акты трех инстанций отменить, дело вернуть в АСГМ.
Не хватает регулирования
Дело Османова не первое в практике ВС по вопросу субординации в банкротстве физлиц, подчеркнул Виктор Филипенко, юрист ПБ . В деле № А40-192270/2018 нижестоящие суды субординировали требования ООО «Алмаз Капитал» к Сергею Махову. Но ВС указал на то, что конструкция контролирующего должника лица, по сути, не приспособлена к применению в деле о банкротстве гражданина. Тогда коллегия решила, что требования общества не подлежат субординации.
Филипенко рассуждает, что с одной стороны, у гражданина тоже могут быть аффилированные лица, которые могут оказывать влияние на его поведение или даже контролировать. С другой стороны, подчеркивает Филипенко, из-за того, что правила о контроле, заинтересованности и возможности субординации в банкротстве физлиц не проработаны, можно пуститься в абстрактные предположения о взаимосвязанности любых лиц, контактирующих с гражданином. В пример Филипенко привел супружеские пары.
![](https://storage.pravo.ru/image/142/71036.jpg?v=1623776106)
Если супруг банкрота влиял на действия банкрота, то можно при желании применить «санкции» и к нему?
Концепцию субординации развивать необходимо, в том числе и в банкротстве физлиц, убежден Филипенко. По его словам, экономическая ситуация гарантированно поставит перед правоприменителем этот вопрос еще не один раз, поэтому стоит разработать более гибкие механизмы его решения и в банкротстве граждан. Возможно, это произойдет в ходе формирования судебной практики.