Запрещенные соцсети, персональные данные и нормативные словари: главное о рекламе в цитатах

Кирилл Дьяков, старший юрист MWS AI: «ИИ не заменит юриста, ведь кому-то нужно будет ходить в суды. Например, в судах общей юрисдикции ознакомиться с материалами дела можно только очно. Даже сейчас при том уровне нейросетей, которые хорошо пишут претензии и иски, результаты их работы должен верифицировать человек — там встречается много ошибок, и от них нескоро удастся уйти».

С одной стороны, ФАС говорит, что работа Telegram ограничена на основании ст. 15.3 закона «Об информации». С другой — рекламодатель из специального реестра Роскомнадзора или рекламораспространитель получить информацию не могут, так как она доступна только для операторов связи. Как в таком случае они узнают,  запрещена ли та или иная соцсеть? Вопрос открытый. При этом ФАС фиксирует нарушения, если обнаруживает рекламу в этом мессенджере.

Александр Моисеев, руководитель группы юристов рекламного направления «Сбермаркетинга»: «Относительно новое явление — это корпоративные блогеры, которые выпускают контент, посвященный их работодателю, на своих страницах в соцсетях. Причем как самостоятельно, так и по договоренности. ФАС в прошлом году пояснила, что если в таком контенте присутствует привлечение внимания к конкретному производителю, продавцу или товару, то это признают рекламой. И если не будет маркировки — к ответственности привлекут и работодателя».

Штрафы за отсутствие маркировки и нарушение законодательства о рекламе бизнес иногда закладывает в бюджет рекламной кампании. Но когда речь идет о недобросовестной конкуренции, то здесь, кроме высоких штрафов, есть еще и репутационные риски, особенно в отношениях с иностранными контрагентами.

Максим Али, партнер, руководитель практики интеллектуальной собственности COMPLY: «Русский язык синтетический, и все вариации слов в словарях увидеть не получится. Нормативные словари обновляют раз в пять лет, за это время язык может развиться очень далеко. Например, слово „хайп” включено в нормативные словари, и его можно использовать, а вот слово „вайб“ — нет».

Юридические риски сегодня становятся ключевым фактором, определяющим выбор рекламных каналов и форматов. Граница между рекламой и информационным контентом продолжает размываться, требования к использованию англицизмов ужесточаются, а ответственность за нарушение запретов в заблокированных сетях становится все более ощутимой для бизнеса. Как следствие, есть запрос на юридически чистые инструменты продвижения. Это требует от бизнеса более тщательного предварительного правового аудита рекламных кампаний и интеграции юристов в процесс на ранних стадиях.

Желание юристов перестраховаться в неоднозначных ситуациях объяснимо. Так было с маркировкой рекламы, так происходит и с требованиями к государственному языку. Но такой подход опасен тем, что создает «мягкое» право, рыночные практики, на которые со временем ориентируются не только другие игроки, но и сам регулятор. Поэтому к внедрению новых ограничений следует всегда подходить аккуратно и не бежать впереди регулятора.

Виктория Сударенкова, руководитель службы правового сопровождения и монетизации «Яндекса»: «Реклама по закону должна быть достоверной. Но это не означает, что автоматически нужно ставить ссылки на различные исследования. То, что юристы требуют их добавлять, — это они облегчают себе работу в дальнейшем, когда придется давать объяснения регулятору».

Суть акции состоит в том, чтобы подписаться. Человек не получит скидку, не получит никакого поощрения, если не подпишется на рассылку. Информацию об акции следует в полной мере доводить до потребителя: проставить ссылку на ее правила и на сроки участия в ней.

Андрей Турчин, член IAPP (CIPP/E, CIPP/US, CIPT), заместитель руководителя направления правовой защиты данных и интеллектуальной собственности Сбербанка: «Согласно судебной практике, операторы персональных данных должны контролировать соблюдение их сохранности контрагентом. Иначе суд не снимет ответственность с оператора в случае их утечки. А чтобы защититься, нужно документировать весь процесс работы с этими контрагентами».

Утечка — один из главных рисков при работе с персональными данными. Это риск утраты огромного массива данных и дальнейшего шантажа для их возврата. Это высокие административные штрафы, вплоть до 3% от оборота. Еще есть риск выплат существенных компенсаций субъектам ПД, особенно при массовых утечках. Менее вероятный, но не менее серьезный риск — это уголовная ответственность. И наконец, репутационные риски, что, пожалуй, самое важное в деятельности бизнеса.

Ирина Шоткевич, руководитель правовой поддержки направления информационных технологий и защиты персональных данных «Арнест ЮниРусь»: «Компании взаимодействует с разными регуляторами по вопросам персональных данных. У каждого свои требования к составу данных и к срокам хранения, которые они запрашивают. Поэтому важно, чтобы в компании была внедрена универсальная система комплаенса и выстроено взаимодействие между разными подразделениями».

При оценке рисков в качестве ключевых индикаторов не рекомендуется учитывать те запреты, которые в текущий момент носят декларативный характер, то есть по которым нет практики. Нужно оценивать риски, которые дают больший эффект для компании: утечка, трансграничная передача и нарушение норм о локализации данных в России.

Ирина Горячева, data privacy manager «Акрихина»: «Маркетологи хотят донести информацию до конкретного человека. Бизнес — посчитать затраты на рекламу, проследить, как она работает, и постараться эти бюджеты окупить. А юристам нужно делать так, чтобы все это было в рамках закона: оформлять необходимые документы, следить, чтобы согласия потребителей были получены, не забывать об обработке персональных данных и оценивать риски, периодически пересматривая их».

При работе с данными в цифровых проектах риски часто бывают не только юридические. Есть риски продуктовые, когда из-за выбранной модели проект окажется невостребован. Например, могут не учесть, что из-за принятых решений пострадает репутация компании. Еще в таких проектах очень часто забывают об этике. Здесь важно задаться вопросами, к каким последствиям приведет использование технологии и не нарушает ли она права или границы человека.

Екатерина Егорова, руководитель правового управления по вопросам персональных данных банка «Точка»: «Любая база для использования в таргетинге (показе рекламы определенным группам пользователей) должна быть собрана на территории России. Иностранную базу данных можно использовать, но она должна быть импортирована на российские сервера».