Армен Джагарян, советник судьи Конституционного Суда РФ, кандидат юридических наук

В преддверии предстоящих президентских выборов принципиальное значение с учетом складывающегося социально-политического контекста имеет вопрос об условиях и правилах их проведения. Их соблюдение гарантировало бы легитимность как самих выборов, так и будущей президентуры, всей той системы политической власти, которая будет сформирована в России в поствыборный период.

Важнейшие из таких условий и правил закреплены в Конституции РФ. Выражая высшие национальные ценности правовой, социальной и политической справедливости, она содержит исходные критерии, позволяющие судить о правомерности или, напротив, о произвольности тех или иных политико-правовых процедур. В соответствии с этими критериями в общественном сознании, хотя бы и на интуитивно-чувственном уровне, определяется отношение, в том числе, к происходящим выборным событиям. Вот почему нельзя допустить, чтобы конституционные предписания, касающиеся избирательной системы в целом и президентских выборов в частности, становились предметом "политической игры", трактовались в намеренно искаженном свете, что создавало бы у населения иллюзорные представления о конституционности (неконституционности) и, как следствие, ложные оценки законности действий власти. Возникающая при этом система "кривых зеркал" вносит неопределенность в общественное конституционное правосознание, дезориентирует граждан. В результате происходит подрыв авторитета публичной власти и доверия к ней со стороны общества, создаются ощутимые угрозы правовой безопасности человека, народа, государства.

В последнее время в публичное пространство все настойчивее продвигается идея о том, что участие в выборах Президента РФ наиболее вероятного претендента на эту должность, Владимира Путина, неконституционно. Суть данной позиции в том, что ранее он уже дважды подряд занимал соответствующий пост, а значит, его избрание вновь Президентом РФ будет противоречить норме ч.3 ст.81 Конституции РФ, которая гласит: "одно и то же лицо не может занимать должность Президента Российской Федерации более двух сроков подряд". При этом признается, что приведенная норма, по своему буквальному смыслу, запрета на участие такого кандидата в выборах не предопределяет. Тем не менее, соответствующий запрет предлагается выводить на основе этой нормы с учетом ее системного анализа в единстве с общими принципами и "духом" Конституции РФ.

Эта позиция, среди прочего, означает (возможно, неосознанно для ее сторонников), что, даже если компетентные органы дадут ей официальную оценку (а обращение по этому поводу в Верховный Суд РФ предполагается) и отвергнут ее путем буквального применения процитированной конституционной нормы, то и в этом случае сомнения в конституционности выборов, а значит и в их легитимности, сохранятся, поскольку можно будет утверждать, что принятое решение является политически ангажированным и необоснованно не учитывает неких высших (трансцендентных) правовых принципов. Соответственно, такие сомнения не смогут оставаться вне факторов политической борьбы.

Оговариваясь, что я не отстаиваю в данном случае какие-то свои политические предпочтения, считаю необходимым высказать личную научную позицию по поводу изложенного мнения, полагая его необоснованным и неконструктивным.

1. Представляется в принципе недопустимым такой метод  интерпретации конституционных норм, при котором допускается игнорирование той или иной части конституционного текста, хотя бы и состоящей лишь из одного слова (например, слова "подряд" в ч.3 ст.81 Конституции РФ). Даже если обоснованием для этого служат некие высшие цели защиты определенным образом понимаемого общественного интереса.

Общеизвестно, что основным и главным, приоритетным способом уяснения смысла правовой нормы является грамматическое (лингвистическое) толкование, которое ориентировано на интерпретацию содержания нормы права в соответствии со смыслом и лексической связью слов, использованных в нормативно-речевой конструкции. Все остальные способы толкования (функциональный, исторический, системный и др.)  имеют субсидиарное значение и подлежат применению лишь в том случае, если после анализа текста нормы на основе правил русского языка ее смысл остается все еще не ясным, не вполне определенным, или же результат толкования приводит к абсурдным выводам. Подобная логика интерпретации не является искусственной, произвольной, а имеет под собой веские основания, в частности в виде принципов верховенства права, народовластия, разделения властей. Интерпретатор должен стремиться установить волю создателя нормы (каковым применительно к нормам Конституции РФ является многонациональный народ Российской Федерации), а не подменять эту волю своей.

Считать, что само по себе толкование и применение нормы Конституции РФ в ее буквальном смысле – "крючкотворство", "казуистика" и т.п. (а именно на этом настаивают сторонники неконституционности участия в выборах Владимира Путина), – значит оспаривать правомерность соответствующей конституционной нормы, т.е., в конечном счете, ставить под сомнение конституционность самой Конституции РФ. Это явным образом противоречит требованиям верховенства права, верховенства и прямого действия Конституции РФ (ее статьям 1 и 15). Нормы Конституции РФ должны соблюдаться безусловно, безотносительно к чьему-либо субъективному отношению к ним. В этом — исходный аксиоматичный императив конституционной демократии.

2. В условиях действующего конституционно-правового регулирования нет никаких формально-юридических оснований для того, чтобы считать недопустимым выдвижение кандидатом и последующее замещение должности Президента РФ лицом, которое, хотя ранее и находилось на соответствующем посту два срока подряд, впоследствии утратило данный правовой статус и на момент выдвижения не является Президентом РФ. Подобного подхода придерживаются все наиболее авторитетные комментаторы Конституции РФ, и он до сир пор никем всерьез не оспаривался.

В самом деле, норма ч.3 ст.81 Конституции РФ прямо и недвусмысленно запрещает в очередной раз избираться на должность Президента РФ именно и только тому лицу, которое непосредственно перед предстоящими выборами, в течение двух следующих друг за другом сроков замещало должность Президента РФ. При перерывах же в очередности указанный запрет не подлежит применению. Причем на это указывает не только использованное в формулировке названной нормы слово "подряд", но и слово "более" ("…не может занимать… более двух сроков подряд"), которое в данном случае употреблено, очевидно, в значении "сверх", "свыше", "дольше". Иначе говоря, нельзя непрерывно пребывать в соответствующей должности с превышением длительности, определяемой двумя установленными сроками президентуры, но и только.

3. Рассматриваемая конституционная норма, безусловно, существует не сама по себе, а в единой системе конституционного регулирования, и через нее обеспечивается реализация принципов демократии, народного суверенитета, политического многообразия, относящихся к основам конституционного строя России (ст.1, 3, 13 Конституции РФ). Это и в самом деле своего рода норма-гарантия, призванная противодействовать неумеренной консервации ("застою") власти и ее монополизации в руках одного человека (группы лиц). Однако соответствующие цели достигаются не произвольно трактуемым образом, а именно и только тем способом и в том объеме, каковые прямо предписаны названной специальной нормой.

Смысл ч.3 ст.81 Конституции РФ заключается не в том, чтобы любой ценой установить безоговорочный запрет для лица, дважды подряд пребывавшего в должности Президента РФ, занимать ее вновь при любых обстоятельствах. А в том, чтобы обеспечить возможность и необходимость демократической сменяемости руководителя государства на основе соблюдения баланса конституционных ценностей и общенациональных интересов, в соответствии с присущими конституционному праву принципами соразмерности, пропорциональности. Соответственно, предполагая обязательность смены лица, находившегося на посту Президента РФ два срока подряд, эта норма, тем не менее, не исключает право народа самостоятельно решить вопрос об избрании впоследствии на должность Президента РФ как человека, ранее никогда эту должность не замещавшего, так и любого из тех, кто уже пребывал в этой должности единожды или неоднократно (в том числе два срока подряд). В последнем случае не имеет значения, является ли для конкретного лица возможный очередной срок президентских полномочий отделенным от двух предыдущих одним сроком президентуры, осуществлявшейся другим человеком, или несколькими сроками.  

В принципе, надо полагать, что отношения, складывающиеся после исчерпания двух подряд сроков президентуры одним и тем же лицом и, соответственно, после прекращения его пребывания в соответствующей должности и вступления в нее кого-то другого, выходят за пределы действия положения ч.3 ст.81 Конституции РФ, не охватываются ее нормативным содержанием.

4. По своему характеру норма ч.3 ст.81 Конституции РФ является запретительной. Это выражается в следующем. Во-первых, она вводит определенное исключение (изъятие) из принципа всеобщности пассивного избирательного права на выборах Президента РФ. Во-вторых, – устанавливает соответствующий прежде сказанному ограничительный предел для реализации активного избирательного права, а именно – права гражданина Российской Федерации выдвинуть и избрать на должность Президента РФ конкретное лицо. В-третьих, – выступает неким проявлением демократического самоограничения народа, который при принятии Конституции РФ стеснил себя в возможности так реализовать собственные демократические права, чтобы это привело к неограниченному по длительности пребыванию в должности Президента РФ одного и того же лица и, тем самым, создало угрозу для самих демократических основ конституционного строя.

Поскольку речь идет о норме ограничительного (запретительного) характера, то содержащийся в ней запрет не может и не должен трактоваться расширительно. Иное не согласуется с конституционными принципами признания человека, его прав и свобод высшей ценностью, а народа – носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации (ст.2 и 3 Конституции РФ).

Вполне достаточным, с точки зрения конституционного законодателя (народа), для обеспечения его демократических прав является прерывание президентства после исполнения двух подряд сроков полномочий и замещение соответствующей должности другим лицом, с тем, чтобы впоследствии именно народ через установленные демократические процедуры решил, кто в дальнейшем займет этот пост.

5. Ошибочность рассматриваемой позиции заключается, наконец, в том, что вопросы, касающиеся распределения и перераспределения власти в Российской Федерации, включая наделение полномочиями Президента РФ, раскрываются ее авторами в фигурах не конституционно-правовых, а административно-распорядительных (бюрократических) отношений. Соответственно, все решения по поводу выдвижения конкретного лица на должность Президента РФ и собственно самих выборов рассматриваются как детерминированные волей определенной части высшей бюрократии, а вовсе не народа (корпуса избирателей).

Надо полагать, что российский народ заслуживает большего уровня политического доверия и убедительно доказал после прошедших парламентских выборов свои возможности и способность отстаивать демократические принципы. Он может ответственно определиться с тем, быть ли конкретному человеку будущим Президентом РФ. Это именно его неоспоримая конституционная прерогатива. 

http://pravo.ru/review/face/view/67820/