Репортаж
19 июля 2017

Судьи, чиновники и адвокаты обсудили детали судебной реформы

Судьи, чиновники и адвокаты обсудили детали судебной реформы
Сенатор, судья Верховного суда и адвокат обсудили, есть ли у российского правосудия обвинительный уклон. На круглом столе Совета Федерации теоретики и практики поделились мнениями, как правильно реформировать суд и следствие. Они согласились, что надо повысить независимость и снизить нагрузку судей. Но идеи выбирать председателей судов и ввести суд присяжных по экономическим статьям получили неоднозначную оценку.

18 июля, чиновники, ученые и адвокаты обсудили «Основные стратегические задачи и системные решения в рамках судебной реформы и реформы уголовного законодательства в экономической сфере». Таково название круглого стола в Совете Федерации, на котором оценили программу реформ «Стратегия роста», разработанную при участии Института экономики роста имени Столыпина. Как пояснил его председатель, бизнес-омбудсмен Юрий Титов, предлагается три направления движения: снижение административной нагрузки на бизнес, реформа законодательства и – пожалуй, самая важная – судебная реформа. Программа разработана по поручению Президента России Владимира Путина, которое он дал год назад, 14 июля 2016 года. 

Судебная реформа: независимость и обвинительный уклон 

Порядка 40% граждан не одобряют работу судов, огласил цифру ВЦИОМ партнер ЕПАМ Андрей Порфирьев. По его словам, некоторым кажется, что это не так уж много, особенно в сравнении с органами исполнительной власти. Но Порфирьев уверен, что «рейтинг» судов должен быть выше, ведь в случае споров с исполнительной властью последнее слово именно за ними. Чтобы исправить ситуацию, столыпинский институт предлагает ряд мер. Например, ограничить полномочия председателей судов, ввести их выборность и ротацию каждые два года. Это дало бы хорошие результаты, полагает Порфирьев. Он рассказал и о другой идее столыпинского клуба – «разбавить» кадровое единообразие судейского корпуса, который сейчас пополняют выходцы из аппарата судов и следствия.  Предлагается до 2019 года привлечь туда не менее 1000 адвокатов и 1000 прокуроров, а к 2015 году установить квоту, чтобы не менее 50% судей имели опыт работы адвокатами или прокурорами. Как набрать тысячу желающих адвокатов, Порфирьеву пока не совсем понятно, но саму идею он поддержал: хорошо, если она сломает тенденцию, при которой «система воспроизводит сама себя». 
 
Что касается самой системы, то внутри нее сильно недооценена роль аппарата, который способен помочь судьям справиться с непосильной нагрузкой, отметил Порфирьев. В то же время, помощников и секретарей не хватает, а те, что есть, могут меняться каждые 2-3 месяца. Нужно подчинить сотрудников конкретным судьям, а не председателю, и повысить их зарплату хотя был до средней по региону. «Когда они получают 7-12 тыс. руб. – отношение к этому понятно: я работаю бесплатно за перспективу лет через 8 стать судьей,» - отмечал докладчик. 
 
Независимость судей тесно связана как раз с их нагрузкой, полагает адвокат, член Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека Игорь Пастухов:
Судьи настолько завалены работой, что ошибки и нарушение сроков становятся неизбежны. Над судьями висит постоянная угроза дисциплинарных мер, и они становятся управляемыми. Поэтому предложение лишать председателей судов дисциплинарных полномочий должно быть увязано с показателем нагрузки - Игорь Пастухов, член Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека
А низкое число оправдательных приговоров (0,3-0,4%) показывает, что вопрос виновности фактически решает исполнительная власть (следствие), а не судебная, выразил беспокойство Пастухов. 

- В эту статистику попадает 70% дел, которые рассматриваются в особом порядке [если человек согласен с обвинением – Право.ru], - обратился к Пастухову первый замглавы комитета СФ по конституционному законодательству и государственному строительству Алексей Александров. – Тут люди говорят «да», как в ЗАГСе, и сложно отследить судебные ошибки.

- Почему столько соглашений? Да потому что легче все признать, а когда защищаешься – ты в худшем положении, - парировал Пастухов.

Мнением об обвинительном уклоне злоупотребляют, заявил судья Верховного суда по уголовным спорам Олег Зателепин. Он сомневается в показателях 0,4%, 1%, а точнее, способе их расчета. Из него, например, следует исключить дела в особом порядке, прекращение преследования по реабилитирующим основаниям, отказы прокурора от обвинения – уже получатся другие цифры, убеждал Зателепин. А если говорить, о приводимых зарубежных показателях, то они недопустимы: в иных государствах все дела могут попадать в суд, а в России далеко не каждое, отметил судья ВС. 

Раскритиковав идею ротации и выборности председателей судов, он тоже обратился к зарубежной статистике.
Не думаю, что выборность председателей и их ротация за 1-2 года – это панацея, которая обеспечит экономический рост. В абсолютном большинстве европейских стран главы судов работают по 4-7 лет, они назначаются, а не выбираются и ограничены двумя сроками - Олег Зателепин, судья Верховного суда.
Кроме того, Зателепин ответил на слова Порфирьева в том, что «экономическое» крыло ВС недостаточно занято формированием практики. По словам Порфирьева, многие юристы сранивают ВАС, который выбирал значимые для практики дела, с Верховным судом, который главным образом занят точечным исправлением ошибок. А Президиум ВС за год рассматривает порядка 2-4 экономических споров, и в таких условиях нельзя говорить о четких и ясных правилах для бизнеса. Многие эксперты, сообщил Порфирьев, предлагают сформировать в полном объеме экономколлегию Верховного суда и наделить ее задачей обобщать практику. На это Зателепин возразил, что ВС вполне изучает и обобщает практику. Он сослался на цифры: за неполные три года принято больше 15 постановлений Пленума и 10 обзоров с «экономическим» содержанием.

Многие предложенные инициативы Верховный суд поддерживает. 13 июля 2017 года он утвердил законопроект о создании экстерриториальных апелляций и кассаций, чтобы гарантировать их независимость (см. «Верховный суд предложил реформу судов общей юрисдикции»). Зателепин также согласился с необходимостью снижать нагрузку на судей и рассказал о работе, которую ведет ВС, чтобы научно обосновать критерии такой нагрузки. Нужно повышать зарплату и престиж работы аппарата, а помощников судей можно наделить ограниченными процессуальными полномочиями, сказал Зателепин. 

Он негативно отозвался об идее повысить ответственность за неправосудные решения. Впрочем, ее не поддержал никто из собравшихся. 

Реформа следствия: исправить Уголовный кодекс и подключить прокуратуру

Другая большая тема, которую обсудили на круглом столе, - как изменить уголовное преследование в экономической сфере. По словам Титова, риски для бизнесменов здесь остаются высокими.
 

Из тех, кто подвергался уголовному преследованию, 80% полностью или частично потеряли свой бизнес - Юрий Титов, бизнес-обмудсмен.

Чтобы улучшить обстановку, предложено отдать следствие по экономическим некоррупционным статьям на откуп единому органу, а не как сейчас – МВД, ФСБ и так далее. «Следователи могут не знать, какие есть виды налогов, они абсолютно далеки от экономики и выполняют лишь одну задачу – наказать,» - - предупреждал Титов. Кроме того, предлагается усилить роль прокуратуры, чтобы она сдерживала прыть следствия. Прокурор будет санкционировать возбуждение уголовного дела, следственные действия, гласные оперативно-розыскные мероприятия, обращение с ходатайством об избрании меры пресечения, предлагает столыпинский институт. Нельзя обойти вниманием ответственность должностных лиц (например, за незаконные обыски). Возбуждать дела против спецсубъектов должна прокуратура.

Другая проблема связан со ст.159 Уголовного кодекса (мошенничество). Она самая «резиновая», признал Титов.
 
Каждое десятое зарегистрированное в России преступление – это мошенничество.
По 159-ой возбуждают уголовные дела за невыполнение контрактов и невозврат кредита, не удосуживаясь доказыванием умысла, сокрушался Титов. При этом до суда, конечно, доходит немного дел, а правоохранители «кошмарят» бизнесменов на крючке. Решение от столыпинского института – это, во-первых, переработать ст. 159, исключив ее применение к хозяйственным спорам, а во-вторых – ввести суд присяжных хотя бы по ч. 4 и 7 ст. 159 («простое» и предпринимательское мошенничество в особо крупном размере). Эти меры работают, подтвердил  своим примером старший партнер ЗКС Андрей Гривцов: когда он был следователем, его коллеги осторожно относились к возбуждению дел по ст. 210 УК («Организация преступного сообщества»), потому что дела по этим статьям были подсудны суду присяжных, и прокуратура на это смотрела.

Идею дать больше полномочий прокурору поддержал старший партнер адвокатской фирмы «Тарло и Партнеры» Московской областной коллегии адвокатов Евгений Тарло.
 
Суд обязали давать санкцию на арест – судья ночью в тапочках ее дает. Но в нормальной системе вероятность получить свободу выше, если санкцию дает прокурор, а в суде это можно обжаловать - адвокат Евгений Тарло.
Ст. 159 следует переформулировать более четко, чтобы отграничить экономические неурядицы от умышленных преступлений, согласился Тарло. В то же время, адвокат предупреждает, что судом присяжных легко манипулировать: «Достаточно одного их них со стороны бандитов или правоохранителей – и все будут как шелковые». Собрать 12 или даже 8 присяжных – это большая проблема, будут в лучшем случае домохозяйки, а в худшем – специально подготовленные люди, опасается Тарло.
В целом, признал он, доклад аккуратный и дельный, но нет ни одного предложения, которое Федеральное собрание могло бы рассмотреть уже завтра. У самого Тарло такое предложение есть – отнести 159-ую к делам частного обвинения. По его словам, сейчас без взятки возбудить дело невозможно, даже если есть состав. Поэтому вкладчику, дольщику и так далее надо дать возможность обращаться сразу в суд - такую идею предложил обдумать и доработать адвокат. В целом, считает Тарло, нет смысла говорить о либерализации и гуманизации, они ничего не дают. Ведь, например, в США за мошенничество могут дать и все 300 лет. Стремиться, уверял Тарло, надо к законности: "Пусть тот, кто виновен, будет наказан, а тому, кто невиновен, ничего не будет".