Мнение
4 августа 2017

В чем не правы чиновники: Гепрокуратура о нарушениях при закупках у единственного поставщика

В чем не правы чиновники: Гепрокуратура о нарушениях при закупках у единственного поставщика
Фото с сайта www.genproc.gov.ru

В этот раз в своей колонке официальный представитель Генпрокуратуры Александр Куренной решил затронуть важную проблему нарушения при закупке у единственного поставщика. Он говорит о том, что в последние три года прокуроры выявили и пресекли больше 370 000 нарушений (в том числе и коррупционных) на всех стадиях закупочной деятельности. Причем существенная их часть касалась работы с единственными поставщиками.

Чтобы бороться с этим, еще в конце прошлого года на заседании президиума Совета законодателей РФ при Федеральном Собрании прокуратура рекомендовала Кабмину минимизировать закупки у единственного поставщика для федеральных, региональных и муниципальных нужд. Вместе с этим прокуроры продолжают вскрывать серьезные нарушения в этой области.

Их вмешательство требуется в ситуациях, когда контракты заключают без проведения торгов, что нарушает конкурентные механизмы и само по себе противоречит принципу прозрачности контрактной системы. В числе нарушителей оказываются и исполнительные органы федеральной власти. Например, в этом году Генпрокуратура внесла представление министру культуры за то, что его ведомство в 2015–2016 годах заключило 15 "необоснованных" контрактов с единственным поставщиком, притом что в ряде случаев ФАС отказалась согласовывать эти сделки. Аналогичное представление получил и руководитель Роскомнадзора. Требования законодательства при заключении договоров с единственным поставщиком нарушали территориальные подразделения ФСИН, МВД, ФНС, МЧС, ФССП и Россельхознадзора.

Не отстают от "старших коллег" и органы власти регионов и муниципалитетов. К административной ответственности за заключение контрактов с единственным поставщиком без законных оснований после вмешательства прокуроров привлечены министр культуры Ингушетии и глава одной из администраций Магаданской области. Такие же случаи были во Владимирской, Ленинградской, Мурманской областях, Ненецком автономном округе и других регионах.

Часто заказчики не указывают в отчетах, почему невозможно или нецелесообразно было выбрать другой способ определения поставщика, например, провести открытый аукцион, хотя по закону обязаны это делать (республики Калмыкия и Тыва, Воронежская, Псковская, Ярославская области и др.). Так, в Калининградской области эту обязанность проигнорировали руководители медицинских учреждений, заключившие больше 20 контрактов с единственным поставщиком, за что им и были внесены представления.

Нередко для ухода от конкурентных процедур используются механизмы искусственного дробления заказов либо договоры заключаются в якобы чрезвычайных ситуациях, которые на самом деле таковыми не являются. Например, надымский городской прокурор (Ямало-Ненецкий автономный округ) привлек к дисциплинарной ответственности муниципального чиновника, который в один день заключил сразу восемь договоров на постройку железобетонного ограждения общей стоимостью в 800 000 руб.

АС Челябинской области по требованию прокурора признал недействительными несколько муниципальных контрактов на строительство детских садов, поскольку не нашел каких-либо непреодолимых обстоятельств, послуживших основанием для их заключения с единственным поставщиком. Такие же меры прокурорского реагирования приняты и в Мурманской, Псковской, Ярославской областях, Чукотском автономном округе и других регионах.

Наказывают заказчиков и за лоббирование интересов конкретных организаций, из-за чего, во-первых, сокращается количество участников закупки, а во-вторых, не соблюдается порядок предотвращения и урегулирования конфликта интересов из-за личной заинтересованности при заключении государственных (муниципальных) контрактов с единственными поставщиками. Губернатор Вологодской области после представления прокурора уволил в связи с утратой доверия чиновников регионального комитета градостроительства и архитектуры. Они систематически заключали договоры на разработку документов территориального планирования, правил землепользования и застройки с коммерческими организациями, которыми руководили из родственники. Конкурсы при этом, разумеется, не проводились. Аналогичные нарушения, потребовавшие вмешательства прокуратуры, обнаружены в Мордовии, Ивановской, Калужской, Оренбургской, Ярославской областях, ЗАТО Межгорье.

Мониторинг ситуации показывает, что основные риски при заключении контрактов с единственными поставщиками – завышение цен на приобретаемые товары (работы, услуги), а также оплата заказчиками фактически невыполненных либо некачественных работ, как правило, связанные с хищением бюджетных средств. Так, администрация Таврического района Омской области при заключении двух договоров на приобретение модульных котельных завысила их цену на 50%, заплатив 18 млн руб. вместо 12 млн. В Республике Коми один из руководителей администрации Корткеросского района заключил похожий контракт на выполнение работ по реконструкции водозаборных сооружений, а после подписал фиктивные акты выполненных работ. В этом случае ущерб, причиненный бюджету, составил около 3 млн руб. Уголовные дела в отношении недобросовестных чиновников возбуждены и расследуются в Карелии, Алтайском, Красноярском краях, Иркутской, Ленинградской, Тверской областях и других субъектах.

Стабильно высоким остается число нарушений, связанных с тем, что заключенные контракты не соответствуют требованиям законодательства, а также с тем, что заказчики неправомерно меняют их условия и не принимают мер по взысканию штрафов и неустоек (Калмыкия, Камчатский край, Владимирская, Калужская, Липецкая области и др.). Например, в Мурманской области прокуратуре пришлось вмешаться в ситуацию, когда региональное министерство здравоохранения расторгло контракт по соглашению сторон вместо того, чтобы оштрафовать исполнителя и внести сведения о нем в реестр недобросовестных поставщиков.

Также среди "типичных" нарушений, требующих прокурорского реагирования, случаи превышения установленного объема закупок у единственного поставщика, несоблюдения требований закона к информационному сопровождению контрактной системы и ненадлежащий контроль со стороны заказчиков и уполномоченных органов.