Практика
20 сентября 2018, 8:01

Экономколлегия ВС отменила налог на воздух

Экономколлегия ВС отменила налог на воздух
Компания снесла здание, но исключила его из реестра недвижимости только через полгода. За этот период инспекция доначислила ей 3 млн руб. налога по кадастровой стоимости. Фирма обжаловала это решение в суде, но три инстанции встали на сторону чиновников. Они напомнили, что право собственности на здания появляется и прекращается в день регистрации факта в реестре. Компания с этим не согласилась и дошла до Верховного суда. Но на заседании его судья задала больше всего вопросов представителям налоговой.

Должна ли компания платить налоги на объект, который уничтожен, но значится в реестре недвижимости, решали суды в деле № А40-154449/17. «Прачечная «Очаково» снесла свое здание 15 апреля 2015 года, что подтвердила актом обследования. Но с кадастрового учета его сняли лишь 24 сентября. Поэтому ФНС доначислила ему 3 млн руб. за те самые пять месяцев, что здание еще числилось в реестре прав на недвижимость (ЕГРН).

Разные выводы из одного кодекса

Компания отправилась обжаловать решение ведомства в суд, но три инстанции встали на сторону чиновников. Они согласились с точкой зрения ФНС, что налог на недвижимость на основании кадастровой стоимости рассчитывается на основании сведений из ЕГРН, и сослались на п. 1 ст. 378.2 Налогового кодекса. «Обязанность уплачивать налог на имущество возникает с момента госрегистрации прав на объект недвижимости и прекращается также со дня внесения записи о прекращении права», – напомнили три инстанции.

С решениями судов не согласился заявитель, чью жалобу экономколлегия рассмотрела 19 сентября. По смыслу НК, налог надо платить за объекты, которые существуют в действительности, а не только на бумаге, заявил представитель «Прачечной «Очаково» Дмитрий Шеховцов. По его словам, снесенное здание перестает быть имуществом, ведь его нельзя использовать или продать. Эту позицию он обосновал ссылкой на общие ст. 373, 374 НК о налогоплательщике и объекте налогообложения. «Нельзя платить за фикцию!» – заключил Шеховцов.

«А как быть налоговому органу с администрированием и контролем? – поинтересовалась председательствующая судья Татьяна Завьялова. – Как он должен действовать, если здание исключили из реестра через несколько месяцев после сноса?»

Шеховцов сообщил, что «администрирование не меняется» и что законодатель, по-видимому, «не захотел связываться с актами [подтверждающими снос – «Право.ru»]». Юрист также сослался на позицию ВАС 2011 года о том, что госрегистрация не является основанием для уплаты налога.

Объекта нет – налог есть

А по мнению ФНС, обязанность по оплате налога прямо связывается с датой возникновения и прекращения права собственности на объект. Такую точку зрения высказала представитель ведомства Юлия Прусакова со ссылкой на ст. 378.2, 382 НК. Когда налогоплательщик подавал авансовый расчет по налогу – он числился собственником. Никто не знал, что здание уже снесли, объясняла Прусакова. По её мнению, ссылки на позицию ВАС 2011 года неактуальны, ведь с тех пор Налоговый кодекс заметно изменился в спорной части.  

– Если объекта физически нет – возникает объект налогообложения? – поинтересовалась судья Завьялова.

– Да, если налог платится на основании кадастровой стоимости, – ответила Прусакова.

– Налогоплательщик по каким-то причинам год, два не обращается в Росреестр – вы ему начислите за это время налог? – продолжила судья.

– При наличии права собственности – да. Это особенность уплаты налога по кадастровой стоимости, – объяснила Прусакова.

– Сначала же объект, а потом расчет, – отметила Завьялова. – А по-вашему, первичен расчет, он влияет на объект.

«Если здание снесли, но в Росреестре не зарегистрировали – мы начисляем налог, если он платится по кадастровой стоимости».

Тут с места вскочил коллега Прусаковой Михаил Денисаев. Он заявил, что нет никакой связи между общей нормой и порядком учета, а речь идет об исключении из правил. Представитель ведомства привел пример с финансовым лизингом: «Если торговый центр сдается, по условиям договора он учитывается на балансе лизингополучателя и он платит налог, хотя собственник другой, – излагал Денисаев. – Если центр включен в перечень и база определяется как кадастровая стоимость – то налог платит собственник, лизинговая компании».

По словам Денисаева, «Прачечная «Очаково» могла пойти другим путем: добиваться исключения из перечня объектов, налоги за которые платятся по кадастровой стоимости. Чиновник привел в пример дело гостиничного комплекса «Мир», которому удалось это сделать (дело № 5-АПГ 17-26).

– Тут проблема, до какого числа платить, – сказала Завьялова. – В случае перехода права законодатель выбрал дату 15 число месяца, а в случае сноса что? Правильно я понимаю, что владелец должен обратиться в Росреестр, чтобы здание исключили из ЕГРП?

«Да, своевременная госрегистрация решает этот вопрос, фиксирует событие постфактум», – ответил Денисаев. Если здание было в залоге и снос не зарегистрирован – тогда можно добиваться исключения из перечня, убеждал представитель ведомства.

– Перечень – это что? – уточнила Завьялова.

– Он позволяет рассчитать налог, – ответил юрист.

– По вашей версии, перечень – основание для уплаты налога, – поправила судья.

– Получается, что так, – признала Прусакова.

«По вашей версии, перечень – основание для уплаты налога».

В заключительной речи юрист заявителя Шеховцов назвал ситуацию с регистрацией «простой и немного абсурдной»: «Мы обратились в палату, она вернула документы и потребовала подтвердить, что объект снесен, хотя это было незаконно. Мы четыре месяца бегали по инстанциям. А обжаловать отказ Росреестра – это время».

Слова, что заявитель обращался в госорганы, не подтверждаются материалами дела, возразила Прусакова из ФНС. Она еще раз подчеркнула, что компания обратилась за регистрацией через пять месяцев. Она повторила основные доводы налоговой. Но «тройку» экономколлегии эти доводы не убедили. Она отменила акты нижестоящих инстанций и признала незаконным доначисление налога на снесенный дом.