Неутешительная статистика
Довольно распространенная практика при банкротстве — максимально быстрый переход к конкурсному производству, распродажа имущества должника по минимальной стоимости и ликвидация компании. Об этом говорит глава адвокатской практики Ulezko.legal Александра Улезко. В таких случаях кредиторы почти не получают денег, люди идут на улицу, а предприятие исчезает.
Возникает резонный вопрос: почему кредиторы выбирают ликвидацию должника и распродажу его активов, а не пытаются сохранить бизнес контрагента и в конечном счете получить 100% долга? Во-первых, кредиторы не верят, что арбитражные управляющие сработают как антикризисные менеджеры, а реабилитационная процедура позволит погасить долги. Улезко подчеркивает: «Этому не способствует ни законодательное регулирование, ни судебная практика. Поэтому лучше, как говорится, синица в руке, чем журавль в небе». Во-вторых, кредиторы зачастую получают выплату долга не напрямую от должника, а от его контролирующих лиц, выкупающих права требования. И наконец, с торгов можно выгодно приобрести имущество, поэтому порой кредиторы хотят скорейшей распродажи активов, чтобы выкупить интересные лоты, констатирует Улезко.
![](https://storage.pravo.ru/image/248/124001.jpg?v=1721055176)
Действительно, в российской банкротной практике реабилитационные процедуры не так популярны, и предпочтение отдается ликвидационному подходу. Такой выбор обычно связан с объективным отсутствием возможности восстановить платежеспособность должника, а еще с нежеланием самого должника и его контролирующих лиц участвовать в ее восстановлении.
Тезисы экспертов подтверждают и официальные цифры. По статистике Судебного департамента при Верховном суде, за прошлый год по итогам наблюдения в 5440 компаниях заключено лишь 143 мировых соглашения, 61 фирма получила внешнее управление и восемь решили финансово оздоровить. Остальные пять с лишним тысяч обществ-должников перешли к конкурсному производству и распродаже активов.
Новый подход
Одним словом, подписание мирового в банкротстве выглядит редкой практикой, если не сказать уникальной. Тем не менее время от времени находятся кредиторы, готовые пойти навстречу и спасти производства, столкнувшиеся с серьезными финансовыми трудностями. Так, в середине августа с помощью добровольных договоренностей удалось прекратить банкротное дело «Тимашевской птицефабрики» — крупнейшего агропромышленного предприятия Самарской области. Это получилось сделать благодаря активной позиции залогового кредитора должника — агрохолдинга ГАП «Ресурс» Виктора Наурузова в лице «Токаревской птицефабрики», которая входит в структуру.
Сегодня общий долг «Тимашевской птицефабрики» перед кредиторами третьей очереди составляет около 4,5 млрд руб., из них более 3 млрд — фирмам, подконтрольным ГАП «Ресурс». Плюс 1,2 млрд руб. требований по текущим платежам, из которых налоговые долги — около 500 млн руб.
Условия мирового соглашения в банкротном деле «Тимашевской птицефабрики» удалось летом зафиксировать на собрании кредиторов по инициативе ГАП «Ресурс», а потом и утвердить в Арбитражном суде Самарской области (дело № А55-29489/2019). Согласно договоренностям, сначала общество расплатится с теми, кому задолжало меньше всего: «Новакорм», «ТСК» и УФНС по Самарской области. А требования основных кредиторов, входящих в холдинг ГАП «Ресурс», на сумму более 2,6 млрд руб. должник будет гасить в последнюю очередь, да еще и с пятилетней рассрочкой.
Аналогичным образом ГАП «Ресурс» планирует спасти «Племрепродуктор Зеленчукский» в Карачаево-Черкесии, где разводили пекинских уток. Предприятие, которое находится в банкротстве, инициированном Сбербанком, планируют перепрофилировать под разведение кур. Осенью прошлого года долги «Племрепродуктора Зеленчукского» выкупила «дочка» ГАП «Ресурс» — «Ставропольский бройлер». Еще компания приобрела все акции репродуктора, принадлежавшие прежним владельцам, в том числе Владимиру Гичкину, пишет «Коммерсант». Теперь структура ГАП «Ресурс» планирует выплатить долги «Племрепродуктора Зеленчукского» в течение года по мировому соглашению.
При этом реабилитировать финансовое положение компании можно через разные процедуры. Их перечисляет Анастасия Лысенко, руководитель проектов : «Финансовое оздоровление, внешнее управление или мировое соглашение». Она подчеркивает, что все это разные процедуры, а их смешение встречается не так часто. При этом обычными условиями мирового соглашения становятся рассрочка платежа и дисконт, то есть частичное прощение долга, говорит Радик Лотфуллин, партнер По его наблюдениям, не все мировые соглашения исполняются успешно: «В моей практике было несколько примеров, когда после заключения таких договоренностей должник вновь уходил в банкротство».
После утверждения судом мирового соглашения дело о несостоятельности должника прекращают. То есть в отношении должника снимаются все ограничения, связанные с банкротными процедурами. А при финансовом оздоровлении дело о банкротстве, наоборот, не прекращается. В процедуре финансового оздоровления суд утверждает административного управляющего. Кроме того, при оздоровлении для должника будут ограничения. Например, не получится распределять прибыль между участниками должника и придется согласовывать некоторые сделки с управляющим и собранием кредиторов.
![](https://storage.pravo.ru/image/244/122167.jpg?v=1718367289)
Таким образом, с точки зрения реабилитации должника утвержденное судом мировое соглашение предпочтительнее как минимум из-за прекращения всех ограничений, связанных с банкротными процедурами.
Реабилитация через медиацию
Похожий по бизнес-целям подход позволил сохранить и другое крупное агропредприятие — «Белая птица – Ростов». Еще три года назад Михаил Мишустин отмечал, что первоочередная цель банкротной процедуры — помочь предпринимателю спасти свое дело. Премьер-министр тогда говорил: «Это нужно не только должнику, ведь сейчас банкротство больно бьет по всем участникам процесса». Чиновник тогда предложил активнее использовать реабилитационный механизм. При этом важная составляющая перехода к такой модели — рассматривать в рамках банкротной процедуры не отдельно взятого должника, а единый бизнес, как это и сделали с ростовскими активами «Белой птицы».
С участием арбитражных управляющих, налогового органа и мажоритарных кредиторов провели медиацию на базе «Площадки реструктуризации долга» (пилотный проект, инициированный ФНС совместно с деловыми общественными объединениями). Конкурсные кредиторы «Белой птицы — Ростов» при поддержке конкурсного управляющего приняли в отношении банкротных юрлиц («Белая птица», «Бройлер Дон», «Агрофирма Приазовская») решение о замещении актива для сохранения целостности птицеводческих предприятий и рабочих мест в регионе. Акции образованных компаний были выставлены на торги. По итогам торгов собственником созданных в порядке замещения обществ стал ГАП «Ресурс».
На большей части активов уже к весне прошлого года запустили производственную деятельность и восстановили более 500 рабочих мест на площадках почти во всех районах Ростовской области. Более того, в бюджет РФ уплатили около 700 млн руб. налогов. Не произошло разделения агрохолдинга, длительное время развивавшегося и расширявшегося.