ПРАВО.ru
Репортаж
9 апреля 2013, 23:26

"Цель была слить его в прокуратуру"

"Цель была слить его в прокуратуру"

Игорь Мызгин за свою жизнь успел попробовать себя в нескольких профессиях, связанных с правом: работал и судьей, и адвокатом. Теперь к его биографии добавилась судимость. Верховный суд "засилил" решение первой инстанции, которая оштрафовала Мызгина, защищавшего подозреваемого в изнасиловании, за покушение на взятку потерпевшей и следователю. Попытка убедить коллегию, что он сам намеревался сдать "бесчестного" оперативника, провалилась.  

Летом 2011 года адвокат Палаты Забайкальского края Игорь Мызгин взялся за защиту мужчины, подозреваемого в изнасиловании 18-летней девушки, а потом и сам попал в руки следствия. Его обвинили в попытке подкупа потерпевшей: Мызгин якобы предложил ей за 25 000 руб. изменить показания и снять претензии к своему обидчику. Далее, по версии правоохранителей, Мызгин обратился к следователю, в производстве которого находилось дело, и попросил его в обмен на и за 40 000 руб. дело прекратить, а подзащитного освободить. Тот сообщил о предложении в региональное управление ФСБ и адвокат был задержан, когда собирался передать деньги.

Дело поступило в Забайкальский краевой суд, и 23 ноября 2012 года судья Антон Щукин признал Мызгина виновным по ч.3 ст.30 ч.1 ст.309 УК РФ (покушение на подкуп потерпевшего с целью дачи им ложных показаний) и ч.3 ст.30 ч.3 ст.291 УК РФ (покушение на дачу взятки должностному лицу за совершение заведомо незаконных действий), но реального срока наказания назначать не стал, ограничившись штрафом в 1,6 млн руб. Также Мызгину было запрещено в течение полутора лет заниматься адвокатской деятельностью. На это решение он пожаловался в Верховный суд.

- Без адвоката приехали? – поинтересовался у заявителя председательствующий Василий Зыкин

- Я до настоящего дня сам считаюсь адвокатом и считаю, что в силу своего образования и статуса могу себя защищать, — ответил Мызгин и после доклада дела принялся излагать свои доводы.

По его словам выходило, что его подзащитный и потерпевшая собирались примириться, так как родственники взяли деньги. Однако не у него, а у совсем другого человека, которого, впрочем, никто почему-то не искал и не допрашивал. Как только о возможном примирении узнал следователь, то переквалифицировал инкриминируемую статью на более тяжкую – с ч.1 ст. 131 (изнасилование лица в беспомощном состоянии) на п.а ч.3 этой статьи (изнасилование несовершеннолетней), по которой примирение невозможно. За обратные изменения, по утверждению Мызгина, следователь потребовал с родственников подозреваемого 40 000 руб.

- Он должен был сам это сделать по закону! — горячился заявитель, пояснив, что сам намеревался поймать вымогателя за руку.

- Я в машине собирался лишь показать деньги и проверить реакцию, а если бы тот деньги взял, то зарегистрировал бы это на видеорегистратор. Моя цель была слить его в прокуратуру. Уже не в первый раз у меня такая с ним история.

- Вы утверждаете, что следователь вымогал взятку и вы решили его изобличить. Почему не обратились в соответствующие органы? – спросил Зыкин.

- Я узнал об этом в СИЗО от подзащитного. Информация скользкая, доказать я ничего не мог, — начал объясняться Мызгин.

- Вы могли обратиться и сообщить, — прервал его судья.

- Не был уверен, поэтому выехав из СИЗО, сразу отправился к следователю и начал его расспрашивать… Он мялся, но потом признался, что был такой договор. 

Еще одним аргументом адвоката стало то, что рассмотрением дела в Забайкальском суде заниматься было нельзя – Мызгин утверждает, что председатель Николай Доровский находится в неприязненных отношениях с его матерью (сейчас — судья в отставке) и с ним самим. Именно председатель, по словам заявителя, в свое время поспособствовал увольнению Мызгина из Читинского райсуда, где тот, по собственным словам, работал федеральным судьей с 2001-го по 2004 год.

- В этом суде ко мне предвзятые отношения. Моя мама собиралась на этого Доровского жалобу в Верховный суд писать…

- Вы заявляли отводы судьям? – прервала его член коллегии Татьяна Ермолаева.

- Нет, самого-то Щукина [председательствовал по делу Мызгина — "Право.Ru"] я не знал, — ответил заявитель

- Понятно, что-то еще добавите?

- Не было суда и следствия, мой мотив не исследован. Вот в итоге подзащитный мой срок получил в особом порядке, а при мне бы он ничего не получил. Они бы примирились.

- Вы потерпевшей предлагали написать заявление, что она его оговорила?

- Мне они [семья потерпевшей] позвонили и сказали, что согласны на примирение, но я ответил, что теперь статья не допускает. Считаю, что ее специально переквалифицировали, чтобы они не смогли примириться. А они ко мне приезжали, и я им объяснял, что теперь можно сделать.

Судьи переглянулись и уточнили позицию Мызгина.

- Вы чего просите?

- Поскольку я чувствую, что оправдания не будет, прошу отправить на новое рассмотрение, — заявил тот.

По мнению прокурора Сергея Кузнецова, никакого нового рассмотрения не нужно: "Имея юридическое образование он не предпринял ни одной попытки сообщить в ФСБ о якобы незаконных действиях следствия, а потом и заявить отвод, поэтому его доводы несостоятельны". В свою очередь свидетельские показания самой потерпевшей, ее родственников и другие доказательства, по словам прокурора, говорят о том, что приговор законен и обоснован.

Коллегия совещалась более двадцати минут. Вернувшись из совещательной комнаты, судьи огласили, что в удовлетворении жалобы Мызгина отказано.