«Генеральной прокуратурой РФ будет инициирован вопрос о наделении дознавателей таможенных органов полномочиями по расследованию уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 193 и ч. 1 ст. 193 1 УК («Невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте в крупном размере, в том числе группой лиц по предварительному сговору»), и внесении соответствующих изменений в уголовно-процессуальное законодательство», – говорится в докладе Чайки о состоянии законности и правопорядка в России в 2018 году (цитата по РИА Новости).
В документе подчёркивается, что таможенники выявляют вывод средств за рубеж, но следственные органы направляют в суды не более 6% уголовных дел о преступлениях по ст. 193 («Уклонение от исполнения обязанностей по репатриации денежных средств в иностранной валюте или валюте РФ») и 193.1 («Совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте РФ на счета нерезидентов с использованием подложных документов») УК, поясняется в докладе. «Такая ситуация обусловлена отсутствием у следователей необходимых знаний в области таможенного дела и наработанной практики, имеющейся у должностных лиц таможенных органов», – отмечает генпрокурор.
![](https://storage.pravo.ru/image/61/30820.jpg?v=1554795608)
На практике получается так: таможенные органы шесть месяцев (предельный срок) расследуют подследственные им уголовные дела, а потом прокуратура передаёт их в следственные органы, которым в дальнейшем достаточно сложно направить их в суд в связи с многочисленными процессуальными нарушениями. Озвученные статьи сами по себе сложно доказываются, так как иностранные государства неохотно отвечают либо вообще не отвечают на международные поручения об оказании правовой помощи, а без них не направить уголовное дело в суд. Получается замкнутый круг.
Управляющий партнёр Вячеслав Яблоков считает, что у классических следственных органов действительно мало опыта в анализе и оценке трансграничных денежных операций, таможенному органу проще работать в этой области. «Оценивая процессуальные последствия высказанного Чайкой предложения, стоит обратить внимание на одно важное обстоятельство. Сроки дознания законодательно установлены меньше, чем сроки предварительного следствия. Естественно, что подобные дела расследовать в краткие сроки невозможно. В настоящее время уголовные дела по указанным статьям отнесены к подследственности органов внутренних дел», – рассуждает Яблоков.
![](https://storage.pravo.ru/image/38/19268.jpg?v=1532010704)
Меня настораживает внимание Чайки к теме трансграничных операций. По опыту реализации многих нововведений в нашей стране можно предположить, что реальные выводы активов останутся вне поле зрения правоохранителей, а в стремлении демонстрации показателей работы таможенный орган может трактовать законные бизнес-операции как преступные. Могут пострадать представители бизнеса.
Партнёр АБ Торн Сергей Токарев говорит, что эта инициатива говорит о том, что прокуратура расписывается в собственном бессилии – ненадлежащем надзоре и контроле за работой следователей МВД, что приводит к такой низкой результативности. «То есть попытка переложить с больной головы на здоровую у МВД не получается, вдруг получится у таможни. Если смотреть глубже (по принципу Qui bono est), то такое решение на руку таможне, поскольку приведёт к усилению их статуса и полномочий, расширит возможности, дополнительно профинансирует и т. п. Не говоря уже о коррупционном факторе перераспределения финансовых потоков», – считает Токарев.
Тимошин добавляет, что инициатива, по его мнению, бесперспективная и бесполезная, поскольку качество расследования уголовных дел у дознавателей таможенных органов ещё ниже, чем у следственных органов МВД, СКР. «Необходимо пересмотреть указанные статьи с учётом санкций и внести в них изменения, поскольку многие компании, работающие «в белую», не могут возвратить денежные средства из-за границы и тем самым формально подпадают под ст. 193, 193.1 УК РФ», – добавляет Тимошин.