Рашид Долаков оформил кредит на 3,6 млн руб. в Сбербанке и в тот же день взял еще 1 млн руб. в ВТБ. Через три дня он перевел 3 млн руб. на вклад, а потом снял их. Вскоре должник перестал обслуживать оба кредита и инициировал банкротство (дело № А18-3334/2023). Требования Сбербанка включили в реестр, и кредитор попросил суд не освобождать Долакова от дальнейшего исполнения обязательств. Это требование он обосновал тем, что при оформлении кредита должник предоставил заведомо ложные сведения о своем финансовом положении. Банку он сообщил, что зарабатывает 240 000 руб. в месяц, хотя по справкам 2-НДФЛ его доход составлял только 27 109 руб.
АС Республики Ингушетия подтвердил, что должник не позволил банку объективно оценить его платежеспособность при решении вопроса о предоставлении кредита. На этом основании суд не освободил Долакова от обязательств перед Сбербанком после завершения процедуры реализации имущества.
16-й ААС занял противоположную позицию и отклонил требование кредитора. Суд отметил, что Сбербанк, как профессиональный участник рынка, обладает широкими возможностями для оценки кредитоспособности потенциального заемщика и сам несет риски, связанные с выдачей кредита. Позднее это решение подтвердил и АС Северо-Кавказского округа.
Сбербанк оспорил эти доводы в Верховном суде. По мнению заявителя, должник намеренно скрыл, что берет сразу два кредита, чтобы получить крупную сумму и не возвращать ее. В таком случае правила об освобождении от долгов неприменимы, поскольку Долаков принял на себя обязательства без намерения их исполнять.
ВС признал, что одновременное кредитование в двух банках без раскрытия этой информации говорит о недобросовестности, а это исключает списание долгов. Экономколлегия отменила акты апелляционной и кассационной инстанций и оставила в силе решение АС Республики Ингушетия.
