Российский бизнес часто использует Белоруссию для отдельных задач. Через белорусские компании покупают автомобили по более низкой цене, принимают платежи через агента или выделяют часть бизнеса с небольшими оборотами.
Многие собственники до сих пор считают, что можно остаться в тени и оформить бизнес на друга. Обычно так пытаются уйти от ответственности за будущие действия компании. Иногда реальный владелец заранее знает, что будет нарушать закон.
Экономические суды Белоруссии все чаще рассматривают иски о субсидиарной ответственности. В первом полугодии 2026-го они рассмотрели 50 таких дел и в 38 случаях удовлетворили требования. При этом дела, где ответчиками становятся не только бенефициар, но и третьи лица, встречаются редко.
Раньше учредители и теневые руководители обычно избегали серьезных последствий. Сейчас ситуация изменилась, и одно белорусское дело хорошо это показывает. Оно прошло все стадии — от налоговой проверки до субсидиарной ответственности в банкротстве.
Схема держалась на «черном» нале
В 2021 году в Минской области зарегистрировали компанию «К». Единственным учредителем по документам значился гражданин Узбекистана Ш. Директором с 2021 по 2023 год была гражданка Белоруссии М.
Проверки и уголовное расследование показали другое. Реальным владельцем и руководителем компании был гражданин Узбекистана Э., предположительно родственник номинального учредителя.
Компания закупала товар в России без накладных и других первичных документов. В Белоруссии она продавала его за наличные без кассовых аппаратов, а выручку не приходовала. Чтобы создать видимость обычной работы и занизить налоги, бухгалтерия подавала в налоговую заведомо ложные декларации.
Сначала — приговор, потом — банкротство
В 2023 году правоохранительные органы раскрыли схему. Суд Минского района вынес обвинительный приговор трем участникам. Э. суд признал организатором. Бухгалтер помогала ему: открывала счета, регистрировала компанию, подписывала фальшивые документы и подавала ложные декларации. Третий осужденный официально в компании не работал, но помогал оформлять фиктивные документы. Э. и бухгалтер вину признали.
По приговору с осужденных взыскали только часть недоплаченных налогов, в том числе около 140 000 бел. руб. подоходного налога. Всю задолженность перед бюджетом и другими кредиторами приговор не покрыл.
В 2024 году суд признал «К» банкротом. В конкурсном производстве выяснилось, что имущества и денег компании хватит на погашение менее 3% долгов. Основную часть задолженности в 442 000 бел. руб. составили неуплаченные налоги за 2022 год, пени и штрафы. Собрание кредиторов, в котором преобладала налоговая инспекция, поручило антикризисному управляющему подать иск о субсидиарной ответственности.
Что нужно доказать для субсидиарной ответственности
Учредители, участники и другие лица, которые могут определять действия компании, отвечают субсидиарно при двух условиях. Имущества должника не хватает на расчеты с кредиторами, а к банкротству привели их виновные, то есть умышленные, действия. Это следует из ст. 9 банкротного закона Белоруссии (№ 227-З) и п. 5.6 Декрета Президента Республики Беларусь от 23.11.2017 № 7 «О развитии предпринимательства».
На практике суд проверяет пять условий:
У лица есть право давать компании обязательные указания или иная возможность определять ее действия.
Лицо этим правом или возможностью воспользовалось, действием или бездействием.
Между его действиями и банкротством есть причинно-следственная связь.
Имущества должника недостаточно для расчетов с кредиторами.
Лицо действовало с прямым или косвенным умыслом.
Управляющий опирался на приговор
Иск о субсидиарке подала компания в лице антикризисного управляющего. Ответчиками сначала стали Э., бухгалтер и третий осужденный. Позже суд привлек еще двух соответчиков: номинального учредителя Ш. и директора М.
Управляющий настаивал, что к банкротству привели умышленные действия ответчиков, ссылаясь на вступивший в силу приговор. Сокрытие выручки он назвал выводом активов. Искаженная отчетность, по его словам, создавала видимость платежеспособности, пока долги росли. Между преступлениями и банкротством, считал управляющий, есть прямая причинно-следственная связь.
Сумму иска в 442 237 бел. руб. управляющий рассчитал как неудовлетворенные требования кредиторов — налоговой, поставщиков и фонда соцзащиты. Из нее он вычел то, что уже взыскали по приговору, чтобы избежать двойного взыскания.
Третий осужденный возражал, указывая, что он не был должностным лицом и не мог управлять делами компании. Суд этот довод отклонил. Для субсидиарной ответственности необязательно быть директором — достаточно реальной возможности определять действия компании. Остальные ответчики в суд не пришли и отзывов не направили, поэтому дело рассмотрели заочно.
В июле суд удовлетворил иск. Он взыскал с реального бенефициара, бухгалтера и третьего осужденного солидарно всю заявленную сумму, а в иске к номинальным учредителю и директору суд отказал. Суд указал, что истец не доказал главного: банкротство не вызвали умышленные действия номинальных фигурантов. Если формальные учредитель и директор не участвовали в преступной схеме и приговор такого участия не установил, они не должны отвечать по долгам реального владельца бизнеса.
Чему учит это дело
Дело хорошо показывает, как изменилась судебная практика в Белоруссии.
Отсутствие формальной должности не защищает от ответственности. Бухгалтер и третий осужденный не были учредителями, но суд признал их соучастниками. Тот, кто подписывает фальсифицированные документы, рискует личным имуществом, в том числе квартирой и машиной, наравне с владельцем бизнеса.
Приговор становится для управляющего почти готовым доказательством. В этом деле ему не пришлось доказывать вину ответчиков: факты из уголовного дела суд счел установленными. Так работает преюдиция по ч. 3 ст. 185 Кодекса гражданского судопроизводства. Если человека осудили за уклонение от уплаты налогов, избежать субсидиарной ответственности по долгам обанкротившейся фирмы ему будет крайне сложно.
Субсидиарная ответственность охватывает все долги компании, а не только сумму из приговора. С ответчиков взыскали не 140 000 бел. руб. подоходного налога, а весь долг перед бюджетом и контрагентами, который возник из-за их действий.
Солидарная ответственность позволяет взыскать всю сумму с любого из ответчиков. Истец может прийти с исполнительным листом к тому, у кого есть деньги или имущество, и получить с него все 442 000 бел. руб. Дальше этот ответчик сам взыскивает доли с остальных в порядке регресса.
Бизнес компании держался на незаконной схеме, и отвечать за нее пришлось не только теневому владельцу, но и его помощникам, которые принимали решения в компании. При этом суд четко разграничил роли. Тот, кто управлял делами и подписывал поддельные документы, отвечает. Тех, кто только числился в учредительных документах и не знал о преступлениях, суд от взыскания освободил. По крайней мере, истец не доказал, что они знали.
Материал подготовлен на основе открытых судебных актов экономического суда Минской области.
