Актуальные темы
8 января 2018

Границы риска: как ужесточилась субсидиарная ответственность в 2017 году

Границы риска: как ужесточилась субсидиарная ответственность в 2017 году
Фото с сайта nnm.me

Известно, что кредиторы в банкротстве почти ничего не получают, особенно незалоговые. В их числе  ФНС с налоговыми долгами. Часто недобросовестным предпринимателям удается вывести все активы задолго до процедуры несостоятельности. В теории можно заставить их платить по долгам бизнеса, но институт субсидиарной ответственности пока малоэффективен. Поэтому в 2017 году законодатель решил ужесточить субсидиарную ответственность, чтобы легче было заставить недобросовестных предпринимателей платить по долгам разоренной ими компании. Был введен ряд презумпций, которые позволяют добраться до "теневого бенефициара" через корпоративную вуаль. В свою очередь, Верховный суд толковал новеллы ограничительно, чтобы защитить честный бизнес.

70% должников-юрлиц входят в процедуры банкротства уже без активов. В одних случаях бизнес действительно прогорел, в других – его довели до банкротства бенефициары, которые позаботились о выводе ценного имущества заранее. Теоретически их можно заставить платить по долгам разорившейся компании, но на практике это долго и дорого, а результат вовсе не гарантирован. Процедуры банкротства фирм, у которых есть лишь долги и нет активов, чаще всего контролируют сами должники. А это значит, что управляющий защищает интересы бенефициаров и не поддержит идею привлечь их к субсидиарной ответственности. Бизнесмены же скрывают факт своего влияния через подставных юридических и физических лиц, а кроме того, пользуются многочисленными схемами вывода активов – от самых простых до очень сложных.

Сделать институт субсидиарной ответственности эффективнее, чтобы «расплата» по долгам была неотвратимой, в уходящем году предложили законодатель, Верховный суд и ФНС. Напоминаем основные тезисы, которые они выдвинули.

Новые законы: субсидиарка вне банкротства и "сделка со следствием" для "номинала"

30 июля 2017 года вступили в действие два пакета поправок, разработанных Правительством. Они должны помочь сделать субсидиарную ответственность рабочим эффективным механизмом. Первый, № 488-ФЗ от 28 декабря 2016 года, приняли еще в конце 2016 года. Он устанавливает ответственность даже за пределами банкротства, если, например, на него не хватает денег, в частности, когда «бросили» фирму-однодневку. Кредиторы получили право привлечь контролирующее лицо к ответу после окончания конкурсного производства. Им на это дали дополнительно три года, если промедление объясняется объективными причинами (например, обстоятельства виновности бенефициара стали известны позже).

Второй пакет поправок от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ переносит на бенефициаров бремя доказывания своей невиновности и упрощает кредиторам задачу привлечения к ответственности. Контролирующие лица – это в том числе те, кто «извлекал выгоду из незаконного или недобросовестного поведения должника». Это определение поможет выявить бенефициаров, которые скрывают себя за корпоративными структурами. Уточняется, что признать лицо контролирующим можно в силу служебных связей или «по иным основаниям», прямо не указанным в законе.

«Номинальным» директорам предложили полностью или частично избавиться от ответственности, если они пойдут на «сделку» с судом и помогут выявить «теневых» собственников бизнеса. Одних свидетельских показаний при этом недостаточно, нужно представить весомые доказательства. Мера сработает в том случае, если формальным руководителям есть что терять. Нередко они уже «готовы» к банкротству, и взять с них нечего.

Закон вводит несколько презумпций: при определенных условиях необязательно доказывать, что именно виновные действия конкретного лица привели компанию к финансовому краху. К примеру, контролирующие лица несут субсидиарную ответственность при невозможности полностью удовлетворить требования, если они совершили, одобрили или получили выгоду от сделки, причинившей ущерб кредиторам. Кроме того, предполагается, что лицо контролировало компанию, если получило выгоду от незаконного или недобросовестного поведения директора.

Другой повод – процессуальный: если «подозреваемое» лицо не написало отзыв на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности или ограничилось формальной отпиской, ему придется доказывать свою невиновность, если так решит суд.

Судебная практика: защитить добросовестных бизнесменов

21 декабря Пленум ВС принял постановление о субсидиарной ответственности, которое развивает положения недавних новелл. Практика по ним еще толком не успела сложиться, поэтому инструкции пригодятся судам. В них ВС предпринял попытку отграничить «кассовые разрывы» (временный недостаток денег) от действительного банкротства, а также защитить свободу делового решения добросовестного бизнесмена.

Постановление дает широкое усмотрение судам, потому что в нем много оценочных понятий. Контролирующим можно признать лицо, которое определило «существенные условия сделок, изменивших экономическую и (или) юридическую судьбу должника». ВС дает узкое толкование презумпции, по которой контролирующее лицо извлекало выгоду из незаконных действий директора: она имеется в виду не любая, а лишь существенная. Конкретики в постановлении нет: эту границу придется проводить суду в каждом конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств.

Постановление рассказывает, когда стоит, а когда не стоит наказывать за неподачу на банкротство своей компании. Это самостоятельное основание для субсидиарной ответственности директора, который проигнорировал «симптомы» несостоятельности своей компании. Но на практике формальные признаки банкротства фирмы не всегда означают ее хронической неплатежеспособности: иногда это просто временная «черная полоса» бизнеса, который, как известно, ведут на свой страх и риск. В этом случае у честного директора есть шанс избежать ответственности: для этого нужно доказать, что он действовал согласно разумному бизнес-плану и рассчитывал вскоре преодолеть трудности. Суду, в свою очередь, придется оценивать экономические показатели работы фирмы.

Постановление разъясняет, что надо сделать номинальному директору, чтобы «сделка с судом» освободила его от ответственности. Нужно помочь выявить фактического руководителя, его имущество или имущество компании, для чего раскрыть информацию, которая не была общедоступной. Суд должен оценить, насколько полезной оказалась эта помощь. Если он решит освободить директора от ответственности частично, то в оставшейся части по обязательствам солидарно отвечают номинальный и фактический руководитель (то есть взыскивать долг можно с любого из них).

ФНС: Жесткий подход, реальные взыскания

ФНС проявила наиболее жесткий подход к бенефициарам и руководителям. Ее письмо от 16 августа 2017 года № СА-4-18/16148@ нацеливает территориальные инспекции добиваться не только решений суда, но и реальных взысканий. Под выгодой, которую получает бенефициар от незаконного поведения директора, здесь предлагают считать «любые благоприятные изменения» у первого, а не только существенные. Выгода – это также доход, полученный в нерыночных условиях: например, когда фирма ничего не получила взамен или прикрывалась фиктивным договором.

Кроме того, ФНС дает свое толкование «иных» оснований привлечения к субсидиарной ответственности, которые не перечислены в законе о банкротстве. Перечисляются неформальные личные отношения (в том числе установленные следователями), например, совместное проживание (в том числе «гражданский брак»), совместная служба (гражданская или военная) или обучение (одноклассники, однокурсники) и т. п. Другая презумпция направлена против контролирующих лиц, если документы бухучета или отчетности не содержат обязательной информации или она искажена. Здесь привлекать к ответственности можно не только директора, но и тех, кто непосредственно ведет хранение и учет документов, – бухгалтеров, юрисконсультов, других лиц в рамках их должностных обязанностей, говорится в письме. «Это, однако, не освобождает от доказывания их статуса как контролирующих должника лиц», – делает ремарку ведомство.