Без масок, но с видеосвязью
Президиумы Верховного суда и Совета судей в своем совместном постановлении указали судам на необходимость проводить в период всеобщей самоизоляции только безотлагательные процессы. В уголовных делах к ним относятся определение и продление меры пресечения. По существу разбирательства почти не проводят, говорит адвокат МКА «Вердиктъ» Дмитрий Джулай: «В Тверском районном суде вообще не рассматривают, а в Бабушкинском районном суде идут только те, которые начались еще до карантина».
При этом на входе в суды приставы теперь просят надеть маску и обработать руки антисептиком, рассказывает адвокат КА «Юстум» Илья Журавков. Правда, сотрудники ФССП в столичных судах к собственному здоровью относятся менее бережно. Ходят без перчаток и без масок, возмущается Дмитрий Данилов из
: «На мои комментарии, в чем тогда смысл мне надевать маску, ссылаются на распоряжение председателя суда. Только ознакомиться с этим документом не дают». Более того, судьи и сотрудники аппарата суда тоже не носят маски и средства индивидуальной защиты, добавляет Данилов: «Из рук в руки принимают письменные возражения и другие документы от участников процесса».
Без проблем сейчас получается рассматривать дела, в которых все стороны согласны ходить на заседания даже в период всеобщей самоизоляции, а обвиняемый не находится в СИЗО. Единственная особенность заключается в том, что попасть в здание суда можно лишь по спискам, которые передают приставам помощники судей, рассказывает Артем Чекотков из . По его словам, значительно сложнее приходится с проведением тех разбирательств, где подсудимый находится под стражей.
Даже сами аресты в СИЗО сейчас продлевают с применением видео-конференц-связи. УФСИН отказалось доставлять обвиняемых и подсудимых в суды, рассказывает партнер АБ Торн Сергей Токарев. Но существующая техническая инфраструктура не позволяет эти вопросы разрешать оперативно. Адвокат говорит, что приходится долго ждать начала таких заседаний: «Камер и IP-адресов в изоляторе явно недостаточно для всех судов Петербурга и Ленинградской области. Судьи занимают друг за другом очередь». Сама связь оставляет желать лучшего, замечает Токарев: «Слышно подзащитных временами плохо, часто приходится повышать голос и переспрашивать, повторять».
![](https://storage.pravo.ru/image/106/53322.jpg?v=1588083810)
Знакомые судьи из региональных судов мне рассказывают, что стараются не проводить процессы через Zoom или Skype. Аргумент у них простой: «Мы лучше отложим эти разбирательства, чтобы нам потом решения по ним не «снесли» в апелляции или кассации за какие-нибудь процессуальные нарушения».
Но некоторые судьи рассматривают уголовные дела через Skype. В таком виртуальном заседании поучаствовал адвокат ЦКА города Владимира Максим Никонов. Проводил его Первый кассационный суд общей юрисдикции. С сотрудником аппарата суда мы до процесса созвонились и проверили качество связи, рассказывает защитник: «Никаких технических проблем не возникло». Дистанционное участие не помешало Никонову добиться отмены обвинительного приговора и апелляционного постановления. Дело направили на новое рассмотрение в первую инстанцию. Сам адвокат считает, что такое заседание «через телевизор» является полумерой, но в сложившихся условиях допустимо на уровне кассации, а также при обязательном согласии доверителя.
![](https://storage.pravo.ru/image/106/53312.jpg?v=1588081774)
У меня недавно был процесс в Президиуме Верховного суда. Дело о признании незаконными решений по мерам пресечения после актов ЕСПЧ. Я присутствовал в здании ВС, но выступал не в зале Президиума ВС, а в небольшом зале судебных заседаний по видео-конференц-связи. Ощущения необычные. Видишь себя на экране монитора, а видеосвязь передает движения с небольшим опозданием. Отсутствует и то, что опытные адвокаты называют «атмосферностью». Это сужает возможности для эффективной защиты.
Неоднозначная ситуация складывается и по вопросу предварительного ознакомления с материалами ходатайств, которые следователи направляют в суды. Некоторые судьи говорят, что документы удастся посмотреть лишь непосредственно перед процессом, рассказывает Данилов: «Это нарушает право на защиту». Но в других случаях, по словам эксперта, адвокатам идут навстречу: «По одному из дел секретарь отправил мне возражения прокурора на нашу апелляционную жалобу по электронной почте».
Непросто приходится и тем адвокатам, которым нужно ехать или лететь на процесс в другой регион. Партнер Дарья Константинова рассказывает, как ее коллеге судья не дал времени, чтобы ознакомиться с материалами уголовного дела. Сразу с самолета защитник отправился участвовать в процессе, отмечает она: «О самом заседании нам стало известно лишь за сутки, хотя речь шла об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отсутствие обвиняемого, находящегося в международном розыске». Просьбы адвоката отложить заседание хотя бы на несколько часов суд отклонил.
Следственные действия с паузами и без
Проведение следственных действий в нерабочие дни тоже оставили на усмотрение следователей, которые ведут себя по-разному. В общем порядке идут допросы свидетелей и лиц, которых привлекают к уголовной ответственности, рассказывает управляющий партнер Сергей Егоров. Правда, допросы малозначительных свидетелей все же перенесли на период после нерабочих дней, отмечает Токарев: «Кто-то из следователей просит прислать ходатайство с текстом а-ля: прошу не проводить следственные действия с моим доверителем до окончания эпидемии». Другие приостанавливают производство по делу. Очные ставки тоже откладывают, добавляет партнер Тимур Хутов.
Если сроки расследования позволяют, то сотрудники правоохранительных органов стараются реже вызывать на допросы подозреваемых и обвиняемых. Еще один вариант «вынужденной оптимизации» – проводить несколько следственных действий за одно посещение, говорит Журавков: «Сразу знакомят с результатами экспертиз, предъявляют обвинение и тут же допрашивают». Но в тех ситуациях, когда «поджимают сроки» или дело «на контроле», все идет своим чередом, без каких-либо отложений и отмен, подчеркивает Токарев. Одним словом, неотложные следственные действия проводятся в стандартном режиме. По делу, которое возбудили несколько дней назад, следственные действия проводятся очень активно, рассказывает Данилов: «Идут обыски, осмотры помещений и допросы людей».
Константинова говорит, что они с коллегами ходатайствуют об отложении следственных действий, которые не носят безотлагательный характер, а подзащитные находятся в зоне риска заболеть с тяжелыми последствиями: «Мы ссылаемся на то, что недопустимо создавать опасность для жизни и здоровья». На этом основании им уже удалось добиться отложения экспертизы, где требовалось участие доверителя.
Еще один вариант – заявить ходатайство о проведении «действий» по месту жительства подзащитного, чтобы не подвергать доверителей опасности и не ездить в полицию и СКР, добавляет Джулай: «Правда, сотрудники правоохранительных органов на них все равно приезжают без масок».
![](https://storage.pravo.ru/image/60/30156.jpg?v=1553609961)
Следователи ведут себя по-разному: кто-то откладывает производство следственных действий на более позднюю дату, кто-то просто отменяет следственные действия и не обозначает новую дату, а кто-то, несмотря ни на что, настаивает на явке. При этом одни следователи могут отложить срочные и важные следственные действия, а другие добиваются участия в незначительных процессуальных действиях, носящих больше технический характер.
Попасть в СИЗО, пережить карантин в розыске
Правила прохода в СИЗО для адвокатов тоже изменились. В Петербурге защитников в изолятор пускают свободно, но в перчатках, бахилах и масках. Сотрудники ФСИН и подзащитные при этом без средств защиты, замечает Токарев: «Где-то на входе измеряют температуру. С подзащитными общаемся в кабинетах для свиданий, но через стекло». А в столичное СИЗО «Печатники» адвокатов пускают лишь в костюме химзащиты.
Другая проблема – запрет на передачи лекарств и продуктов от родственников. Мой подзащитный – гипертоник. Он из петербургского изолятора жаловался, что медицинская помощь им сейчас вовсе не оказывается, говорит Токарев. В Москве тоже все очень плохо с врачами и питанием в данный момент, признает Федяров: «В некоторых регионах ситуация даже получше».
У тех, кто избежал ареста и находится за границей (в международном розыске), есть другие трудности. Кто-то не может получить новый загранпаспорт. Срок действия старого документа истек, а новый сейчас не выдадут, рассказывает о ситуации одного из своих доверителей Федяров: «При этом у человека уже отменен арест, но экстрадировать его никто не будет». Другому клиенту юриста еще сложнее, так как у него просрочены заграничный и российский паспорта. То есть де-юре гражданство есть, но фактически он является апатридом – лицом без гражданства, обращает внимание эксперт.
Правда, в некоторых случаях обвиняемых могут экстрадировать даже сейчас, несмотря на закрытые границы. В конце марта Польша выдала России Вячеслава Вишневского, экс-главу компании, которая владела ТРЦ «Зимняя Вишня». Для передачи обвиняемого специально открыли границу России и Польши в Калининградской области.