![](https://storage.pravo.ru/image/194/97231.png?v=1668687150)
С 2006 года юридическая фирма арендовала здание в Москве, которое признано памятником истории и культуры. По договору компания обязалась провести за свой счет реставрацию кровли и фасада. На работы юрлицо потратило 233,5 млн руб. Это позволило в 2013 году договориться с Министерством культуры о льготной ставке за аренду до 1 июля 2028 года.
Но в феврале 2019 года государство, как собственник объекта культурного наследия, передало здание под управление АО «Дом.рф». Этой организации дали право совершать любые сделки с недвижимостью. В марте 2020-го общество уведомило юрфирму о досрочном расторжении договора, но арендатор с этим не согласился. Поэтому «Дом.рф» обратился в суд с требованием разорвать соглашение и обязать «Городисский и партнеры» вернуть имущество. Компания заявила встречный иск. Она настаивала, что средства за реставрацию здания ей не компенсировали (в том числе путем зачета в счет арендной платы). А значит, при досрочном расторжении договора на стороне истца возникает неосновательное обогащение на 233 млн руб. Эту сумму плюс проценты за пользование чужими деньгами (8,4 млн руб.) юрлицо потребовало взыскать с процессуального оппонента.
Первая инстанция решила, что заявленная во встречном иске сумма затрат не неосновательное обогащение, а расходы, которые арендатор обязан нести по договору. Поэтому суд вынес решение в пользу «Дом.рф», а во встречном иске отказал. Апелляция и кассация такую позицию поддержали.
Экономколлегия согласилась с тем, что у «Дом.рф» было право досрочно расторгнуть договор аренды. Но Верховный суд отметил, что если к этому моменту арендатор не возместил стоимость понесенных затрат на восстановление объекта культурного наследия, то арендодатель обязан выплатить ему невозмещенную сумму. СКЭС отменила акты трех инстанций в части отказа во встречном иске и вернула спор на новый круг (№ А40-94683/2020).
В историческом центре Москвы расположено много зданий, признанных объектами культурного наследия. И пользоваться им на праве аренды взаимовыгодного для государства и частных лиц: за ремонт или реставрацию такого объекта предоставляют существенную льготу по уплате арендной платы, говорит юрист Алена Дурнева.
В рассматриваемом деле арендатор столкнулся, по сути, с изъятием задания, говорит юрист. Решение о передаче объекта под управление к АО «Дом.рф» принимают на основании акта правительственной комиссии. На сайте последней, по словам Дурневой, опубликовано более 140 решений о целесообразности передачи участков и объектов на них АО «Дом.рф». Эксперт обращает внимание, что нет четких критериев для обоснования решений комиссии. Их принимают на основании оценки эффективности использования объекта и целесообразности его передачи, что существенно затрудняет оспаривание такого акта.
![](https://storage.pravo.ru/image/175/87854.jpg?v=1647512757)
АО «Дом.рф» в любой момент может расторгнуть договор аренды на основании закона. В подобных ситуациях арендатор не защищен и может требовать только возмещения убытков, которыми в рассматриваемой ситуации будут некомпенсированные расходы на ремонт объекта культурного наследия.
Дурнева обратила внимание, что арендатор заявил в иске весь размер затрат на ремонт и реконструкцию — 233,5 млн руб. Но сумму частично компенсировали, так как фирма платила льготную арендную плату. Видимо, сумма неосновательного обогащения будет скорректирована, если договором не предусмотрены иные варианты компенсации.
Сергей Пакин* задолжал кредиторам больше 2 млн руб. В рамках исполпроизводства приставы узнали, что у мужчины в собственности есть квартира площадью 47,4 м², а еще коттедж с участком.
14 января 2020-го сотрудники ФССП арестовали квартиру. Акт об этом направили должнику, но документ он не получил. Письмо вернулось в связи с истечением срока хранения. Потом судебный пристав решил оценить другое имущество. Оказалось, что его стоимость составляет 2,5 млн руб. Постановления о привлечении оценщика и принятии результатов оценки отправили Пакину, но бумаги до него снова не дошли.
30 марта 2021-го арестованные активы продали с торгов АО «ИИАСК», а следом с юрлицом подписали договор купли-продажи. После этого Пакин обратился в суд, чтобы признать торги и заключенное соглашение с организацией недействительными.
Первая инстанция ему отказала. Суд согласился, что возможные нарушения при аресте квартиры и оценке имущества не имеют отношения к процедуре торгов. А значит, из-за таких причин нельзя их аннулировать. Апелляция оказалась другого мнения. Она учла объем и значения документов, которые не получил должник. Суд решил, что в такой ситуации должника лишили возможности реализовать свои законные права. Торги и заключенный договор признали недействительными, восстановив право собственности на квартиру за истцом. Но кассация согласилась с решением первой инстанции.
Верховный суд указал, что перечень оснований для аннулирования торгов из ст. 449 ГК («Основания и последствия признания торгов недействительными») не исчерпывающий. И публичные торги можно признать недействительными, если судебный пристав допустил нарушения, из-за которых имущество должника незаконно передали для реализации. Например, если исполпроизводство возбудили без оснований или взыскание обратили на активы, которые нельзя продавать. Поэтому ВС вернул дело в кассацию на новое рассмотрение (дело № 19-КГ22-22-К5).
![](https://storage.pravo.ru/image/194/97232.png?v=1668687167)
На балансе колхоза «Дружба» находились жилые дома в деревнях Костромской области, где проживали его работники. В 1992 году «Дружбу» реорганизовали в одноименный производственный кооператив, а в 2008-м присоединили к ЗАО «Шунга». По передаточному акту к обществу перешли права на жилье, но конкретные дома и квартиры в документе не указали.
Потом «Шунга» обратилась в Арбитражный суд Костромской области с иском к местной администрации о признании за компанией права собственности на квартиры. Три инстанции удовлетворили требования частично — в отношении не всех зданий. Суды решили, что передача имущества произошла по всем правилам. Но жильцы квартир оказались против и обратились в Верховный суд.
Экономколлегия указала: предъявляя подобный иск, организация должна доказать, что право собственности возникло у нее и ее правопредшественника. Но в материалах дела нет документов, которые бы подтверждали, что спорные дома были в собственности колхоза на момент его реорганизации и что их передали кооперативу. Еще ВС подчеркнул, что передаточный акт от 2008 года без указания перечня жилья не доказывает возникновения у фирмы права собственности.
СКЭС отменила акты трех инстанций, а спор вернула в АС Костромской области (дело № А31-15546/2018).
Летом 2020 года ханты-мансийский Росприроднадзор обнаружил загрязнение лесного участка около месторождения нефти «РН-Юганскнефтегаза». Площадь загрязнения составила 82 850 м², а ущерб насчитали на 105 млн руб. Служба предложила компании компенсировать вред, но претензия осталась без удовлетворения, поэтому спор продолжился в суде. На тот момент уже вступило в силу решение по иску Нефтеюганского межрайонного прокурора: суд возложил на «РН-Юганскнефтегаз» обязанность рекультивировать земли лесного фонда (дело № 2-2687/2020).
Сославшись на подтвержденность причиненного лесам вреда, первая инстанция удовлетворила иск Росприроднадзора. Но апелляция и кассация отменили это решение. Они указали на преждевременность обращения службы с требованиями об убытках: рекультивация поможет частично восстановить состояние окружающей среды, а значит, в счет предъявленной стоимости ущерба нужно будет учесть стоимость затрат «РН-Юганскнефтегаза» на проведенные мероприятия.
Управление Росприроднадзора обратилось в Верховный суд. Экономколлегия подчеркнула, что отказать во взыскании вреда можно, если причинитель добровольно занимается восстановлением природной среды. То есть не только рекультивирует загрязненный участок, но и занимается лесоразведением, восстанавливая всю экологическую систему.
В противном случае рекультивация земли не освобождает от возмещения вреда в денежной форме. Чтобы избежать двойной ответственности за одно правонарушение и при определении размера вреда, компания может попросить о зачете затрат, но только если проводила работы на основании разработанного и утвержденного в разумные сроки проекта. Поэтому ВС отменил ранее вынесенные акты и вернул спор в первую инстанцию (дело № А75-19000/2020).
Выводы апелляции и кассации ошибочны, так как в российском праве имеется приоритет денежного взыскания по искам о причинении вреда природе, а возмещение вреда в натуре допускается только при наличии согласованного проекта восстановительных работ, говорит Азат Ахметов, советник Эксперт обратил внимание, что проект восстановительных работ изготовили спустя значительное время после загрязнения.
![](https://storage.pravo.ru/image/142/71025.png?v=1623768432)
Несмотря на наличие этого злоупотребления, ВС допустил зачет даже таких запоздалых работ в счет уменьшения суммы иска. Таким образом, если к моменту рассмотрения дела в суде работы только начаты, суд может зачесть стоимость восстановительных работ в счет уменьшения общей суммы иска.
Юрист подчеркнул, что подход ВС устраняет риски двойного взыскания.
![](https://storage.pravo.ru/image/194/97233.png?v=1668687185)
В 2015 году ПАО «РусГидро» утвердило для филиала «Чебоксарская ГЭС» нормативы предельно допустимых выбросов в атмосферу. В аннотации документа сказано, что его срок действия истекает в конце 2019 года.
В 2021 году межрегиональное управление Росприроднадзора проверило гидроэлектростанцию и выяснило, что при подсчете платы за негативное воздействие на окружающую среду в 2020-м организация использовала старые нормативы. Поэтому юрлицу выдали предписание об устранении нарушений и обязали пересчитать плату за негативное воздействие на окружающую среду с учетом повышающего коэффициента. ОАО «Русгидро» с этим не согласилось и оспорило его в суде.
Три инстанции встали на сторону истца, решив, что вопрос о сроках действия утвержденных нормативов законодательно не урегулирован, потому эти нормативы утверждает само общество. И использование цифр 2015–2019 годов само по себе не свидетельствует, что после 1 января 2020 года у общества не было утвержденных документов о допустимых уровнях выбросов. Чиновники с решениями не согласились и обжаловали их в ВС. В управлении посчитали, что продлевать на 2020 год нормативы, утвержденные управлением, своим внутренним локальным актом общество не могло.
ВС подчеркнул, что окружающая среда охраняется на основе принципа «загрязнитель платит». В качестве одной из мер для компаний, чья деятельность наносит урон природе, предусмотрена плата за негативное воздействие на окружающую среду.
Взимание средств необходимо, чтобы сподвигнуть организации к сокращению вредного воздействия на природу. Платить в повышенном размере нужно, если ранее утвержденные нормативы устарели. Но истец провел инвентаризацию на Чебоксарской ГЭС и понял, что корректировка по выплатам не нужна. Исходя из этого, экономколлегия отказала в удовлетворении жалобы управления Росприроднадзора и оставила акты трех инстанций без изменений (дело № А65-22734/2021).