Новости
17 февраля 2017

Кредиты нужно возвращать в валюте, указанной в договоре, решил Верховный суд

Кредиты нужно возвращать в валюте, указанной в договоре, решил Верховный суд

Возврат суммы займа должен производиться в той же валюте, которая обозначена в договоре, а риск изменения ее курса лежит на заемщике, указал Верховный суд в обзоре судебной практики по гражданским делам. 

В качестве примера ВС привел дело заявителя И., которая через суд требовала от банка внести изменения в кредитный договор на €1 млн, заключенный в 2013 году. Денежное обязательство было установлено в рублях по курсу евро, действующему на момент выдачи кредита, однако за несколько лет курс существенно изменился, чего при заключении кредитного договора стороны предвидеть не могли.

Кроме того, заявительница отметила, что она является многодетной матерью и в конце 2014 года лишилась работы, которая гарантировала ей регулярный доход. Также она просила признать недействительными договоры ипотеки и залога автомобиля, заключенные с банком в обеспечение обязательств, и изменить график погашения суммы долга.

Суд первой инстанции требования удовлетворил, указав, что в период исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору в течение незначительного времени произошло существенное повышение курса валюты договора по отношению к рублю, значительно выходящее за пределы обычных колебаний курса. При этом суд также отметил, что в тот же период И. была уволена с работы. Апелляция с выводами суда первой инстанции согласилась. 

Все риски – на заемщике

Однако коллегия ВС по гражданским делам решения отменила и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ВС признал, что выводы судов сделаны с нарушением норм действующего законодательства. Так, например, в судебных актах не указано, каким образом "неизменное" исполнение кредитного договора нарушает баланс имущественных интересов сторон не в пользу И.

При заключении договора стороны добровольно договорились о займе в иностранной валюте. Таким образом, возвращать кредит нужно в той же валюте, что указана в договоре, с учетом уплаты процентов, указал ВС. А предположение заемщика о выгодности займа в той или иной валюте само по себе не означает, что стороны не могли и не должны были предвидеть возможность изменения курса валют. Таким образом, внося изменения в заключенный между банком и И. кредитный договор, суд возложил все риски (изменения курса валюты долга и изменения имущественного положения истца) только на одну сторону договора – кредитора.

Ссылка суда на то, что И. является многодетной матерью и не работает, также не может служить подтверждением существенного изменения обстоятельств, поскольку это не говорит о лишении истца того, на что она вправе была рассчитывать при заключении договора, заключил ВС (дело № 18-КГ16-102).