Авито
Новые правовые подходы в екоме
Реклама
ООО «КЕХ еКоммерц»; ИНН: 7710668349; erid: 2Vfnxvt2nqS
Оглавление
Как выглядит работа юриста
в e-commerce?
История торговли 1
2 Международное регулирование
Юрист в e-com 3
4 Взгляд в будущее
Мнение
Сергей Левичев

СЕО, партнер, руководитель практики разрешения споров UCL | Dr. Khaled

Юристы просят арестов, бизнес — денег: что показал опрос о спорах в ОАЭ

Юридическая фирма UCL | Dr. Khaled опросила участников конференции по разрешению споров в ОАЭ и получила неожиданный результат. Оказалось, что юристы и их клиенты хотят от спора разного. Одни думают о срочных мерах, другие — о том, как вернуть деньги. Ниже — о том, что волнует рынок, признают ли в Дубае российские решения и почему свободная зона не защитит должника от банкротства.

Кого и о чем мы спросили

Во время Дубайской арбитражной недели UCL провела конференцию о разрешении споров в ОАЭ. При регистрации участники отмечали темы, которые интересуют их больше всего. На вопрос ответили 230 человек из 241 зарегистрировавшихся. Это арбитражные и судебные юристы, инхаус-команды, медиаторы и предприниматели. Больше четверти — партнеры юридических фирм.

Это не репрезентативный опрос рынка, а срез аудитории, которая каждый день работает со спорами в регионе, и тем интереснее, насколько по-разному ответили юристы и бизнес.

Юристы и бизнес смотрят в разные стороны

Главная тема для рынка в целом — срочный арбитраж и обеспечительные меры: ее выбрали 73% ответивших. На втором месте выбор между onshore- и offshore-судами (66%), на третьем — взаимное признание судебных решений (54%).

Но внутри аудитории картина распадается. Среди арбитражных юристов срочные меры отметили 85%. Среди предпринимателей и инвесторов — только 38%, и это последнее место в их списке. На первом у бизнеса трансграничное банкротство Россия — ОАЭ (62%).

Инхаус-юристы оказались посередине: им важны и срочные меры (73%), и признание решений (67%).


Вывод простой. Консультант думает о процедуре, клиент — о результате. Его интересует не красивый приказ об аресте, а деньги на счете.


Суды ОАЭ загружены как никогда

Интерес к исполнению подтверждает и статистика. Суды DIFC в 2025 году рассмотрели 1509 дел — на 43% больше, чем годом ранее. За первую половину 2026 года поступило еще 810 дел на 10,02 млрд дирхамов. Число заявлений об исполнении за это полугодие выросло вдвое: 220 против 106. Арбитражный центр DIAC в 2025 году зарегистрировал 312 дел на $3,8 млрд, а стороны представляли 60 стран.

Почти каждое третье дело в судах DIFC стороны передали туда по собственному выбору. Форум перестал быть технической оговоркой в договоре — это часть стратегии защиты активов.

Признают ли в Дубае российское решение

Международного договора между Россией и ОАЭ о признании судебных решений нет. Это не приговор, поскольку суды обеих стран опираются на принцип взаимности.

Практика уже есть. В 2023 году суды Дубая признали решение Конаковского городского суда Тверской области. В мае 2025 года Кассационный суд Дубая оставил в силе признание решения Мещанского районного суда Москвы примерно на $9,5 млн. В обратную сторону механизм тоже работает: в сентябре 2025 года Арбитражный суд Северо-Кавказского округа признал решения судов Дубая, указав, что отсутствие договора не основание для отказа.

Но взаимность нужно доказывать. В декабре 2024 года тот же Кассационный суд Дубая отказал заявителю: тот не подтвердил взаимность и не представил российское право в нужном объеме.

С банкротствами сложнее. Денежные решения в onshore-судах ОАЭ признают, а подтвержденного примера признания российского банкротства там пока нет. В DIFC и ADGM действует режим на основе Типового закона ЮНСИТРАЛ: иностранный управляющий может просить признать процедуру и свой статус, и доказывать взаимность не требуется.

И еще одно. Признание — это только первый шаг. Управление активом, его продажу и получение документов придется просить отдельно. А перевод выручки в Россию банк может заблокировать, если среди кредиторов есть подсанкционное лицо.

Российским судам тоже есть что показать.

Отсутствие договора между Россией и ОАЭ само по себе не препятствие, но взаимность придется доказывать. Результат стоит оценивать не по факту признания, а по реальной возможности получить деньги.

Станислав Петров, партнер, руководитель практики разрешения споров и банкротства UCL | Dr. Khaled

Свободная зона не спасает от банкротства

Многие до сих пор считают, что компания в свободной зоне недосягаема для судов «материковых» ОАЭ. В марте Апелляционный суд Дубая подтвердил обратное: onshore-суды вправе рассматривать банкротство компании из зоны DMCC. Речь шла о группе с долгом свыше $2 млрд. Исключение составляют только компании DIFC и ADGM.

Кредитору при этом стоит выбирать инструмент. Если активы должника известны, выгоднее исполнительное производство: взыскатель получает все взысканное и не вносит судебное обеспечение в 5% от требования.


Банкротство нужно, когда активы спрятаны или смешаны с аффилированными лицами. Оно раскрывает банковские данные и позволяет оспорить сделки, совершенные за шесть месяцев до прекращения платежей.


Медиация: конвенция есть, привычки нет

Медиацию выбрали 42% участников — это последнее место из пяти тем. Среди самих медиаторов показатель 88%, среди судебных юристов — 26%. Бизнес снова выделяется: у предпринимателей медиация делит второе место с признанием решений (по 46%).

Повод присмотреться к теме есть. ОАЭ присоединились к Сингапурской конвенции о медиации, которая позволяет исполнять мировые соглашения за рубежом. Но страна сделала оговорку: конвенция применяется, только если стороны прямо на это согласились. Значит, формулировку нужно включать в соглашение заранее.

Что с этим делать

  • Думайте об ОАЭ до российского процесса. Еще на стадии подготовки спора стоит решить, кто будет взыскателем, какой судебный акт понадобится за рубежом и как сохранить активы до исполнения.

  • Готовьте доказательства взаимности. Подборка судебной практики обеих стран и заключение о российском праве — обязательная часть заявления о признании.

  • Выбирайте форум под актив. Onshore-суды, DIFC и ADGM — три разных правовых режима, и результат зависит от того, где находится имущество должника.

  • Не полагайтесь на свободную зону. Ни должнику, ни кредитору она больше не дает прежних гарантий.

  • Оценивайте не признание, а деньги. Спросите консультанта, какова вероятность реального взыскания с учетом банкротства и банковских ограничений.

К концу года UCL | Dr. Khaled выпустит расширенное исследование рынка разрешения споров в ОАЭ; о его старте фирма объявит в своих каналах. Полную версию существующего обзора можно прочитать на ресурсах UCL | Dr. Khaled.

Над исследованием также работали:

Доктор Халед Али Альхадрами

Cооснователь UCL | Dr. Khaled, профессор права University of Dubai и Abu Dhabi University

Станислав Петров

Партнер, руководитель практики разрешения споров и банкротства UCL | Dr. Khaled

Марина Трушина

Руководитель практики медиации UCL | Dr. Khaled

Новости партнеров

На главную