Must-read
31 августа 2018, 9:29

10 лучших судебных монологов в истории кино: часть первая

В кино эффектнее всего выглядят красивые жесты: точный выстрел или удар в бою, хлесткая шутка. Когда фильмы снимают о судебных процессах, то постановщики часто предпочитают один и тот же красивый жест – эпичный монолог. В первой части пятерка лучших.

Иногда это строгая программная речь о свободе и равенстве, иногда – неожиданное разоблачение настоящего преступника, а иногда и вовсе комедийный или музыкальный номер. Но в любом случае красивый монолог в судебной драме воспринимается зрителем не просто как крутая сцена, а скорее как победа в войне разумов, в юридической схватке добра и зла.


«Убить пересмешника» (1962)

Кто произносит монолог: адвокат

Кто играет: Грегори Пек

О чем фильм: один из величайших текстов в американской истории написан изначально не для кино, а как литературное произведение. Роман Харпер Ли (больше она не написала ни одного крупного произведения), по которому снято это классическое кино, в США изучают в большинстве школ. 

Чернокожего мужчину Тома Робинсона ложно обвиняют в изнасиловании молодой белой женщины. Эпоха борьбы за права расовых меньшинств еще не пришла, поэтому присяжные наверняка проголосуют за то, что афроамериканец виновен, и шансов на спасение от несправедливого правосудия будет мало. Тогда за дело берется Аттикус Финч, почти единственный, кто готов поверить в невиновность Робинсона. 

Речь о единственном общественном институте, уравнивающем в правах и обязанностях столь разных жителей огромной страны, несомненно, стала программной и образующей целый пласт смыслов в массовом американском сознании. Суд как место, где можно беспристрастно дознаться до правды, добиться законности, – это одна из фундаментальных гарантий государства перед обществом.

Наконец, самое удивительное, что после этого гениального монолога фильм вовсе не заканчивается гремящими фанфарами: прозрение, как и справедливость, всегда приходит слишком поздно, и здесь не стоит ждать простого финала. 


Цитата: «Вот вам один из самых нелепых примеров: педагоги переводят из класса в класс тупиц и лентяев наравне со способными учениками и пресерьезно объясняют, что иначе нельзя, ибо все люди созданы равными, и дети, оставляемые на второй год, невыносимо страдают от сознания своей неполноценности. Но мы знаем, люди не созданы равными в том смысле, как кое-кто хочет нас уверить: одни выделяются умом, у других по воле случая больше возможностей, третьи умеют больше заработать, иным женщинам лучше удаются пироги, – короче говоря, некоторые люди рождаются значительно более одаренными, чем остальные.

Но в одном отношении в нашей стране все люди равны, есть у нас одно установление, один институт, перед которым все равны – нищий и Рокфеллер, тупица и Эйнштейн, невежда и ректор университета. Институт этот, джентльмены, не что иное как суд. Все равно, будь то Верховный суд Соединенных Штатов, или самый скромный мировой суд где-нибудь в глуши, или вот этот достопочтенный суд, где вы сейчас заседаете. У наших судов есть недостатки, как у всех человеческих установлений, но суд в нашей стране великий уравнитель, и перед ним поистине все люди равны».


«Несколько хороших парней» (1992)

Кто произносит монолог: свидетель

Кто играет: Джек Николсон

О чем фильм: в этой продолжительной и солидной с виду судебной драме почти нет типичного для поджанра расследования событий и противостояния правды и лжи. Есть главный герой, который по ходу дела частично перевоспитывается и превращается из слюнтяя в настоящего военного (Том Круз), и сумрачный, хотя и профессионально работающий злодей (частый образ для Николсона). 

Фильм длится больше двух часов, и действие строится будто внутри этих героев, одного из которых мы почти не видим в кадре. В итоге к настоящему виновнику смерти – ни в чем не повинному солдату на отдаленной американской военной базе, где и случился весь сыр-бор, – нас выводит не какая-нибудь улика, а только лишь абсолютная уверенность преступника в собственной правоте, в необходимости зла для выполнения великой цели.

Наконец, очень необычно, что на этом суде именно свидетель произносит такой финализирующий монолог, что после него продолжать становится просто бессмысленно.


Цитата: «Правда тебе не по зубам, сынок! Мы живем в мире, стены которого охраняют люди с боевым оружием. Кто будет это делать? Ты? На мне лежит такая ответственность, какая тебе не могла и присниться. И мое существование, столь нелепое и непостижимое для тебя, спасает жизни! Тебе не нужна правда! Мы используем слова «честь», «кодекс», «верность». Мы опираемся на эти слова, посвятив свою жизнь защите других, а ты используешь их в качестве шутки.

У меня нет ни времени, ни желания объясняться перед человеком, который спит под одеялом той самой свободы, которую я ему обеспечил. А потом еще предъявляет ко мне претензии! Лучше скажи мне спасибо, и отправляйся восвояси! А иначе бери свое оружие и становись на пост!»


«Народ против Ларри Флинта» (1996)

Кто произносит монолог: адвокат

Кто играет: Эдвард Нортон

О чем фильм: формулировка одного из многих дел, в которых ответчиком выступал американский издатель Ларри Флинт, вынесенная в название фильма о его жизни, как нельзя лучше подытоживает его же биографию. Он отвесил чувствительную пощечину общественному вкусу США и чувству прекрасного, печатал в своем легендарном журнале Hustler всё: «обнаженку» (в том числе самую неприкрытую, например женские гениталии), гадости, скабрезности, пошлости. За это его неоднократно судили, травили и даже пытались убить. 

Адвокат Флинта, которого играет Нортон, в первой же сцене суда в фильме (а их там достаточно) вкратце произносит все важное о том, что нужно понимать о концепции свободы слова: публиковать можно что угодно, и точка. Пусть цветут сто цветов, а там разберемся. 


Цитата: «Сегодня вы услышали многое, и я не собираюсь повторять все это. Но сейчас вы удалитесь для принятия решения. Перед тем как вы уйдете, я хочу кое-что для вас прояснить.

Я не требую, чтобы вам нравилось то, чем занимается Ларри Флинт. Мне самому это не нравится. Но мне нравится то, что я живу в стране, где мы с вами можем сами принимать решения. Мне нравится то, что если я захочу, то куплю Hustler и прочту или, если захочу, выброшу этот журнал на помойку. Или еще лучше: я могу выразить свое мнение и не купить его. Мне нравится иметь такое право. Я живу в свободной стране. И вы тоже.

Но за эту свободу надо платить. Мы должны уметь терпеть то, что нам может быть и не нравится.

Вы идите в ту комнату и думайте о журнале, что хотите. Но спросите себя, хотите ли вы принять решение за всех нас? Свобода, которую мы так любим, находится в ваших руках.

Если возводить стены вокруг всего, что нам кажется непристойным, то стены могут возникнуть и там, где мы их совсем не ждём. И тогда мы ничего уже не сможем сказать или сделать. А это уже не свобода. Так что будьте осторожны. Спасибо».


«Чикаго» (2002)

Кто произносит монолог: адвокат

Кто играет и еще танцует чечетку: Ричард Гир

О чем фильм: хороший мюзикл характеризуется ощущением легкости, ненавязчивости происходящего, словно актерам, певцам и танцорам ничего не стоит так скакать по сцене или в кадре, непринужденно брать любые ноты и так далее. Собственно, то же можно сказать и о грамотно построенной линии защиты в суде. 

Чтобы показать, насколько и то, и то похоже, режиссер киноверсии мюзикла «Чикаго» Роб Маршалл смонтировал параллельно две сцены. В одной герой Ричарда Гира ведет допрос свидетельницы, а в другой – тот же Гир красивейшим образом отбивает чечетку на пустой сцене театра. Чем точнее, острее и быстрее словесные выпады в суде, тем быстрее колотятся каблуки по полу в другой реальности. Красивая визуальная метафора. 

Ричард Гир, на место которого пробовался Хью Джекман (актер значительно моложе), блистательно играет непобедимого адвоката Билли Флинна, который то ли действительно разоблачает обманщиков, спрятавшихся в зале суда, то ли одной лишь ловкостью и хитростью отводит от себя всякие подозрения. Он непрерывно забрасывает противника почти что наверняка голословными обвинениями и не дает на них ответить, придумывает на ходу целую теорию заговора, кричит все громче и громче, тараторит все быстрее и быстрее, пока не доводит свое соло до почти оргазмической кульминации. 


Цитата: «Скажите, мисс Келли, что вам обещал [прокурор] мистер Харрисон? Может быть, снять с вас обвинения в обмен на показания в этом суде? Мисс Келли, вам слово лжесвидетельство известно? И вы знаете, что это преступление? И если, к примеру, окажется, что вам было известно о добавленной в дневник фальши, вам придется гнить в тюрьме следующие десять лет, что особенно печально теперь, когда вы только освободились? А, так вы не находили в камере дневник Рокси Харт? [Кто же это сделал?] Так, попробуем разобраться сами. Некто, пишущий о голословных обвинениях… Назовите меня психом, но не юрист ли это? Юрист! Юрист, у которого есть образец почерка моей подзащитной. Мистер Харрисон, вы случайно не просили Рокси написать признание? Нет-нет, только не говорите глупостей, это же полный, абсолютный абсурд. Хотя, раз вы сказали… Это возмутительно! Сама мысль, что прокурор способен пойти на подлую сделку с одиозной Вэлмой Келли и сфабриковать с ней улику в обмен на свободу и приблизиться к заветному месту губернатора! Это просто не укладывается в моей голове! Нет, это просто немыслимо! Но если все же предположить, то не пора ли нам сказать: колитесь, мистер Харрисон, колитесь! Даже в Чикаго подобная коррупция недопустима, и мы не допустим! Я согласен, Ваша честь, достаточно! У защиты все». 

«Процесс Жанны Д’Арк» (1962)

Кто произносит монолог: обвиняемая

Кто играет: Флоранс Деле

О чем фильм: конечно, больше всего поджанр судебной драмы с традиционными для него победоносными монологами больше свойственен американскому кинематографу: у них неоднократно случался взлет популярности таких фильмов, в том числе и в 50-е, и в 90-е. Но и, например, у французов был свой известнейший судебный процесс, даже судилище, где обвиняемой была знаменитая Орлеанская дева – Жанна Д’Арк.

Да, главной героине в этой концептуальной экзистенциальной драме не дают произнести полноценный монолог: её заваливают однообразными вопросами, из которых пытаются вывести мнимую вину подсудимой даже не перед народом или законом, а сразу перед богом. Но, как все мы знаем, суд над Д’Арк не закончился на вынесении приговора.

Это по-монашески сдержанный фильм о природе веры, в данном случае даже не в бога, а в собственную правоту. Д’Арк готова не только погибнуть на костре за то, что говорит в суде о голосе Всевышнего, беседующего с ней и ведущего на войну за свободную Францию. Причем это вовсе не богословское кино: зрителю, как и инквизиторам, оставляется возможность трактовать откровения Жанны как помешательство, её христианскую исступленность – как психическое заболевание. Собственно, освобождение, о котором она заявляет в лицо ангажированным судьям, можно понимать двояко: это может быть физическое освобождение из-под стражи и отсоединение души от тела и вознесение её к желанному собеседнику, носителю неземного голоса.


Цитата: «Я перепоручаю свою душу богу, святой деве Марии и всем святым... В своих бедах я не виню ни короля, ни простых людей. Я приветствую всех присутствующих. Архангел Михаил! Святая Катерина! Святая Маргарита! Тот голос исходил от бога!.. Все, что я делала, я делала по Его приказу! Нет, голос не обманул меня! Я получила откровение от бога!»

Автор: Егор Беликов, кинокритик, редактор раздела культуры ТАСС