Репортаж
15 июня 2015

ВС РФ не разобрался с вопросом "отмывания" преступных доходов

ВС РФ не разобрался с вопросом "отмывания" преступных доходов
Фото Право.Ru

Редколлегии придется доработать постановление Пленума ВС РФ о "легализации". Росфиннадзор предрек международные экономические неприятности, связанные с отсутствием "антиотмывочной" практики. А эксперты усмотрели в одном из положений нарушение презумпции невиновности и пожурили авторов проекта за "не юридические" формулировки.

Первым редакционной комиссии было направлено постановление "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем". Оно призвано регламентировать применение практики по 174 (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем), 1741 (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления) и 175 (приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем) УК РФ. Предыдущий документ высшей судебной инстанции государства по делам связанным с отмыванием преступных доходов, был принят в ноябре 2009 года. Однако в "старом" постановлении легализации было посвящено лишь девять пунктов из двадцати семи, остальная часть документа касалась незаконного предпринимательства.

Павел Ливадный, статс-секретарь Росфинмониторинга отметил, что сейчас правоприменительная практика по делам, связанным с легализацией преступных доходов, "оставляет желать лучшего". "Это недопустимо как с точки зрения внутренних национальных интересов, так и с точки зрения наших международных обязательств, прежде всего, перед FATF [Financial Action Task Force – группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег – "Право.RU"], которая обладает рычагами, чтобы при плохом действии национальных "антиотмывочных" систем обрушить экономику страны", – выразил он свою точку зрения. При этом, как считает Ливадный, отсутствие практики по "антиотмывочным" статьям для FATF, которая будет проверять, как обстоят дела в РФ в 2018 году, будет являться "красной чертой", перейти которую для нас – недопустимо.

Согласен с ним и наш эксперт Александр Базыкин, управляющий партнер консалтинговой компании "Heads", который считает, что новое постановление расширяет положения закона, и толкует спорные моменты не в пользу лица, пытающегося легализовать преступные доходы. "Проблема состоит в сложности квалификаций по указанным составам, – говорит он, – поскольку эти статьи не раскрывают понятий, которыми оперируют, в результате, по указанным составам либо не привлекают к ответственности, либо исключают из совокупности преступлений, либо оправдывают". Все потому, что помимо "старого" постановления 2004-го года и "профильных" статей УК РФ, нормативно правовое регулирование включает в себя лишь ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма".

"Отмывание" в старом и новом форматах

Проект признает утратившими силу ст. 19-27 (касающиеся легализации) постановления Пленума ВС РФ "О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем", которое было принято в ноябре 2004 года.

В нем предметом преступлений, предусмотренных ст. 174 и 1741 УК РФ, считались денежные средства, ценные бумаги и иное имущество, независимо от формы и способов осуществления с ними сделок, направленных на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав и обязанностей. В новом постановлении сделками названы действия, которые призваны создавать видимость возникновения или перехода гражданских прав и обязанностей, финансовыми операциями – любые операции с денежными средствами. Там же говорится, что указанные сделки и финансовые операции должны содержать попытку скрыть преступный источник получения имущества (основное преступление) путем запутанности и непрозрачности, использования подложных документов.

Наш эксперт, адвокат Елена Бухарина не совсем довольна формулировками в этом пункте проекта. "Уголовный закон требует точных формулировок и термины "запутанный, непрозрачный характер" в такой интерпретации всегда будет иметь уголовно-правовой уклон для подозреваемого лица", – считает она. Кроме того, по мнению адвоката, сюда же следовало бы добавить указание для правоохранительных и судебных органов активнее привлекать специалистов и экспертное сообщество для составления соответствующих экономических заключений и экспертиз по экономическим и финансовым сделкам и операциям.

В новой редакции предметом преступлений названы деньги или иное имущество, приобретенные преступным путем. При этом, таким имуществом считается не только то, что было добыто в результате совершения конкретного преступления (хищения, например), но и полученное в качестве материального вознаграждения за преступные действия (к примеру, убийство по найму) либо в качестве оплаты за сбыт предметов, ограниченных в гражданском обороте.

Сюда же предложено отнести средства и имущество организаций и физлиц, за счет которых должно проводиться взыскание недоимки по налогам или таможенным платежам, возникшей за счет преступного уклонения от их уплаты. А также имущество, незаконно провезенное через границу РФ и Таможенного союза. В проекте постановления этот пункт предложено исключить. Этой точки зрения придерживается большинство выступавших. Так, Михаил Семченко, зампредседателя Калужского областного суда объяснил, что "эти средства и имущество приобретены лицом или компанией еще до совершения преступления", а значит, не могут иметь отношения к "отмывочным" статьям УК РФ. Возражая ему, Ливадный сказал, что когда скрытые налоги считаются легализованными преступными доходами, это "согласуется с международной практикой",.

Как и в прежнем варианте постановления, при квалификации содеянного по статье 174 ("или 175", добавлено в новой версии) суду необходимо установить, что виновное лицо заведомо знало о преступном происхождении имущества, с которым совершало финансовые операции и другие сделки, а также действия по приобретению или сбыту. "Первое, что бросается в глаза – это тот факт, что в данном постановлении не в полной мере раскрыт такой важный признак составов преступлений, предусмотренных ст. 174 УК РФ, как именно "заведомость" приобретения преступным путем денежных средств и иного имущества, – не соглашается с этой нормой руководитель Московской коллеги адвокатов "Талион" Роман Трубецкой. - То есть, каким образом суд должен устанавливать то обстоятельство, что подсудимый, проводя сделки, знал о преступном происхождении денег или иного имущества непонятно. В проекте постановления этот момент упомянут вскользь, и остаются вопросы, которые оставлены на "откуп" конкретного судьи".

Неизменной осталось положение о том, что при совместной легализации незаконно приобретенных денежных средств или имущества, ответственность несет и тот, кто приобрел его путем совершения основного преступления, и тот, кто стал следующим собственником. "Например, если лицом был заключен договор купли-продажи в целях легализации имущества, полученного им в результате преступления, и покупатель, осознавая указанное обстоятельство, приобрел это имущество для придания правомерного вида владению, пользованию или распоряжению им, то действия покупателя надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 174 УК РФ, а действия продавца – по соответствующей части ст. 1741 УК РФ", – указано в постановлении.

И в прежнем, и в новом постановлениях говорится, что ответственность за преступления, связанные с отмыванием незаконно полученных денег и имущества, может наступить при совершении одной финансовой операции с таким имуществом, если удастся установить, что она была совершена с целью придания правомерного вида владению им (например, заключение договора купли-продажи дорогостоящей недвижимости). В нынешней редакции также сказано, что если виновный провел от двух и выше сделок (финансовых операций) с имуществом, добытым преступным путем, при наличии единого умысла, содеянное следует рассматривать как единое продолжаемое преступление, подлежащее квалификации по соответствующим частям статьи 174 или 1741 УК РФ.

Здесь возник вопрос, как квалифицировать преступление, если виновный предполагал провести несколько сделок по легализации денег или имущества в крупном или особо крупном размере, но до конца это намерение не реализовал. В одном случае предлагалось все равно квалифицировать деяние как оконченную легализацию (отмывание), в другом – как покушение на совершение этого преступления. Мнения выступающих разделились приблизительно поровну.

Из пунктов постановления 2004 года, касающихся лиц, использующих для совершения преступления свое свое служебное положение, в которые включались "должностные лица, служащие, а также лица, осуществляющие управленческие функции в коммерческих и иных организациях", в новой версии отдельно выделены сотрудники банков и иных кредитных организаций. Судам предложено учитывать их профессиональные знания и опыт, которые позволяют "с большой долей вероятности выявить намерение клиента банка легализовать (отмыть) денежные средства, полученные преступным путем, а также характер и содержание совершенных им действий". В проекте этот пункт предложено исключить, однако большинство выступающих его поддержало, отметив, однако, что необходимо учитывать знания и опыт не только банковских служащих, но и других лиц, работающих в сферах, где профессиональные знания и опыт станут "подспорьем" для совершения преступления.

Далее говорится о соисполнителях преступления, многие из которых также пользуются служебным положением для осуществления юридически значимых действий, без которых совершение финансовой операции или сделки по легализации невозможно. Среди них все те же банковские служащие, государственные регистраторы, нотариусы, лица, занимающиеся операциями, связанными с учетом прав на ценные бумаги. Их "помощь" в легализации имущества, полученного преступным путем, квалифицируется как пособничество по ч. 5 ст. 33 УК РФ и по ст. 174 или 1741 УК РФ.

Когда лица, использующие свое должностное положение, являются не соучастниками, а исполнителями преступления, их действия предложено квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 3 ст. 174, п. "б" ч. 3 статьи 1741 или ч. 3 ст. 175 УК РФ соответственно, и по ст. 201 (злоупотребление полномочиями), 285 (злоупотребление должностными полномочиями) и 286 УК РФ (превышение должностных полномочий) соответственно. В другом варианте предлагается не использовать "дополнительную" квалификацию, если содеянное полностью охвачено ст. 174, 1741 и 175 УК РФ. Здесь выступающие в большинстве случаев говорили о квалификации по совокупности преступлений.

В случае использования для совершения преступления подставных лиц, не знающих о незаконности проводимых сделок или финансовых операций, исполнителями должны признаваться организаторы преступления, которые направляют и контролируют действия таких исполнителей.

Уточнения и новеллы

В постановлении уточняется, что должно пониматься под "денежными средствами" в ст. 174 и 1741 УК РФ. К ним причисляется валюта РФ и иностранная валюта, а также (дань современным технологиям) безналичные, в том числе электронные, денежные средства. "Иным имуществом" в тех же статьях УК РФ считается движимое и недвижимое имущество, имущественные права, документарные и бездокументарные ценные бумаги, а также имущество, полученное в результате переработки собственности, полученной преступным путем (например, дом, построенный из похищенных стройматериалов).

В этом же пункте обсуждаются варианты ответственности в том случае, когда предметом преступления становится имущество, гражданский оборот которого на территории нашей страны ограничен. К нему относятся драгоценные металлы, ядерные материалы и радиоактивные вещества, огнестрельное оружие, взрывчатые вещества и взрывные устройства, наркотические вещества (ответственность за их незаконный оборот предусмотрена, соответственно ст. 191, 220, 222, 2221, 2281 УК РФ). Предстоит решить, квалифицировать ли такие преступления по совокупности указанных выше статей со ст. 174 и 1741 УК РФ или только по соответствующим статьям как приобретение либо сбыт оружия, боеприпасов, наркотических средств и так далее. Докладчик – заместитель председателя ВС РФ, председатель судебной коллегии по уголовным делам Владимир Давыдов отметил, что часто возникают сложности в определении стоимости имущества, ограниченного в гражданском обороте, которое пытаются легализовать. По его мнению, квалифицировать такие преступления по совокупности с "отмывочными" статьями возможно только в том случае, когда существует способ узнать цену такого имущества. Ольга Жданова, судья Индустриального районного суда города Перми отметила, что она и ее коллеги выбирают вариант без квалификации по совокупности статей, "поскольку на практике сложно представить легальными незаконные сделки с оружием или наркотиками".

В новой редакции постановления указано, что преступный характер владения имуществом, которое виновный пытается легализовать, может устанавливаться судом не только на основании вступившего в законную силу обвинительного приговора по делу об основном преступлении, но и с учетом оценки иных имеющихся в материалах уголовного дела доказательств, подтверждающих его преступное происхождение (показаний подсудимого, свидетеля, потерпевшего и др.). При этом сказано, что все доказательства должны быть обязательно перечислены в мотивировочной части решения. Представитель следственного комитета отметил, что этот пункт "требует дополнительного обсуждения", поскольку его содержание "не в полной мере согласуется с принципом презумпции невиновности". Вадим Байбуз, старший партнер юридического бюро "Байбуз и партнеры" соглашается с этим утверждением и говорит, что "возможность установления судом преступного характера владения на основаниях иных, нежели вступившего в законную силу приговора создаст предпосылки для злоупотреблений со стороны правоохранительных органов". Семченко добавил, что для более четкого регламентирования применения "антиотмывочных" статей в этот пункт необходимо добавить уточнение о том, что "материалы дела должны содержать доказательства, свидетельствующие о наличии события и состава преступления". Наш эксперт Базыкин отмечает, что согласно этому нововведению, судья должен на основе имеющихся доказательств, оценить преступность первоначального деяния, на основании которого происходит легализация. "По сути это расширяет границы ответственности, и противоречит ст. 5 УК РФ (принцип вины), указывающей на то, что лицо, может быть привлечено к ответственности, только при установлении его вины, а вина устанавливается на основании вступившего в силу приговора суда", – комментирует он.

Признаками завершенности преступления авторы постановления предлагают считать в случае с финансовыми операциями – использование денежных средств для оплаты товара, размен, перечисление с одного счета на другой, в случае со сделками – реализацию хотя бы части возникших по ним прав. Когда создается лишь видимость заключения сделки с имуществом, а в действительности фактическая передача имущества по ней не предполагается, преступление будет завершено в момент подписания договора между сторонами (например, с момента подписания договора об оплате услуг, которым маскируется преступное приобретение соответствующих денежных средств).

Комментируя этот пункт, адвокат Бухарина вновь упрекает авторов документа в использовании не юридического термина "маскировка", который правоохранительные, надзорные, контрольные и судебные органы смогут использовать как основание для вмешательства в экономические отношения сторон. Также она считает, что в этом пункте отсутствуют необходимые разъяснения признаков мнимости и притворности сделок в области уголовного права. Байбуз же оценивает это нововведение положительно. "Определение признаков и момента завершенности преступлений по широкому перечню гражданско-правовых сделок, используемых при совершении указанных преступлений, создаст для судей, государственных обвинителей и защитников возможность правильно и своевременно квалифицировать состав преступления", – считает он.

В проекте разъясняется какие фактические обстоятельства свидетельствуют о цели легализации преступных доходов. Например, незаконные действия могут заключаться "в приобретении дорогостоящих объектов недвижимости, транспортных средств, произведений искусства, предметов роскоши в совершении финансовых операций и сделок по обналичиванию денежных средств, приобретенных преступным путем или в результате совершения преступления, в том числе с использованием расчетных счетов фирм–"однодневок" или счетов физических лиц, не осведомленных о преступном происхождении соответствующих денежных средств; в совершении сделок по отчуждению имущества, приобретенного преступным путем или в результате совершения преступления, в отсутствие реальных расчетов или экономической целесообразности в таких сделках". "Все это дает возможность расширить сферу применения существующих положений УК РФ", – уверен Александр Базыкин. Согласен с ним и представитель Росфинмониторинга, заявивший, что ведомство "довольно появлением в проекте постановления этого пункта".

Здесь адвокат Бухарина справедливо заметила, что необходимо "уточнить и дополнить, что легализация может произведена путем сделок, не влекущих переход права собственности на объекты имущества". В качестве примеров она приводит получение процентов от денежных средств (находящихся на счетах в банках) и акций (или иных ценных бумаг), а также от сдачи в аренду похищенного имущества (движимого или недвижимого).

При этом распоряжение денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем, в целях личного потребления (приобретение продуктов питания и товаров первой необходимости, получение бытовых услуг и т. п.) не свидетельствует о направленности умысла на легализацию преступных доходов. Елена Бухарина усматривает в данном пункте двойной стандарт к норме закона. "Легализация касается всех сделок и операций, в том числе, и для "личного потребления". Мы знаем и о дорогостоящих медицинских операциях, которые проводятся тоже в целях "личного потребления". Необходимо единообразное применение закона и в данном случае считаю данный пункт подлежащим исключению", – говорит она.

Когда основное преступление совершено организованной группой, а легализацией занимается кто-то один (при том, что остальным это известно), другие члены группы несут ответственность по п. "а" ч. 4 ст. 1741 УК РФ.

В постановлении подробно разъяснена разница между применением ст. 174 и ст. 175 УК РФ (заранее не обещанные приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем). Главное отличие в том, что такое деяние совершается без цели придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению имуществом.

В связи с возникшими замечаниями председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев отправил это постановление (текст здесь>>) на доработку. В состав редакционной комиссии традиционно войдут докладчик и все выступающие, представители ВС РФ, Минюста и Генпрокуратуры.

Также им предстоит работа еще над двумя проектами постановлений Пленума Верховного суда о применении практики по делам о преступлениях, связанных с наркотиками (тест здесь>>) и преступлениями, совершенными с применением насилия (текст здесь>>), которые также не были приняты сегодня (подробнее>>).