В деле Владимира Щербинина суды удовлетворили заявление кредитора Юрия Бисерова о признании обязательства должника перед ним на общую сумму 34,5 млн руб. общим обязательством должника и его супруги.
В обоснование суды указали, что полученные на основании договора займа $185 000 были потрачены на строительство жилого дома, право собственности на который зарегистрировано за супругой должника, в связи с чем обязательства должника подлежат признанию совместными с супругой.
Судья Елена Борисова передала кассационную жалобу супруги должника на рассмотрение в экономколлегию (дело № А40-249733/2022).
Выводы нижестоящих судов представляются ошибочными. Ключевым условием для признания обязательств совместными в этом случае выступает момент осведомленности кредитора об обстоятельствах, позволяющих квалифицировать долг как общий. Из судебных актов по делу следует, что кредитор еще до инициирования дела о банкротстве — по состоянию на 15 марта 2020 года — был осведомлен об обстоятельствах, которые могли повлечь признание обязательства общим. При этом в реестр требований кредиторов задолженность на основании решений Останкинского районного суда Москвы от 4 февраля 2021 года и 17 мая 2021 года включена определением от 13 февраля 2023 года. Соответственно, обратиться с этим заявлением кредитор мог еще в течение месяца после включения требований в реестр. Однако с соответствующим требованием он обратился только 13 февраля 2025 года, тем самым пропустив срок исковой давности. При таких обстоятельствах оснований для признания обязательства общим у судов не имелось.
Представляется, что Верховный суд с высокой долей вероятности встанет на сторону супруги должника, указав на пропуск кредитором срока исковой давности.
При этом существенное значение будет иметь и природа самого обязательства. Долги, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности, по смыслу п. 46 обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан являются личными долгами супруга. Поэтому одного лишь факта нахождения супругов в браке для возложения обязательства на второго супруга недостаточно. Кредитору необходимо доказать, что полученные средства были использованы на общие семейные нужды либо что обязательство иным образом возникло в интересах семьи.
Вероятнее всего, экономколлегия продолжит позицию, сформированную при рассмотрении жалобы в деле Максима Иванова (определение ВС от 24.10.2025 № 307-ЭС25-6752 по делу № А56-13766/2023). Тогда ВС указал, что на требование о признании обязательства супругов общим, как и на иск о присуждении, распространяется общий срок исковой давности. Для решения вопроса о его пропуске судам необходимо установить, когда кредитору стало известно об обстоятельствах, которыми он обосновывает свое требование.
На практике это может привести к значительному сокращению числа требований, предъявляемых к супругам банкротов по долгам, возникшим много лет назад. У судов уже не остается возможности для трактовки требования о признании долга общим как изъятого из-под действия исковой давности, а повторное обращение коллегии к этому вопросу должно окончательно закрыть эту тему.
Кредиторам, в свою очередь, придется заявлять требование о признании долга общим обязательством супругов, как только стало известно о расходовании заемных средств на нужды семьи, и более тщательно фиксировать обстоятельства, с которыми они связывают начало течения срока исковой давности, а также собирать доказательства его возможного прерывания, например из-за предъявления претензии или совершения платежа.
