Арбитражный суд Московского округа в составе трех судей — Николая Мысака, Петра Морхата и Елены Зеньковой — рассмотрел кассационные жалобы Ивана Брилки и Ратибора Дербышева по обособленному спору о возврате в конкурсную массу недвижимости на улице Петровка (в рамках банкротного дела № А40-244841/15). На заседании председательствующего судью заинтересовало, менялся ли размер реестра требований кредиторов и кем являются кредиторы — физическими лицами или организациями. После совещания суд огласил резолютивную часть: в удовлетворении жалоб отказано. Брилка не смог доказать кассационному суду, что недвижимость на Петровке перешла к нему по действительной сделке. Кредитору Надежде Соколовой также отказали в вынесении частного определения в отношении судьи АСГМ Андрея Архипова.
Дело уже второй раз рассматривается в окружном суде. В первый раз кассация направила спор на пересмотр.
Рассмотрение спора осложнялось тем, что в 2024 году, то есть спустя семь лет после сделки, кредиторам были переданы деньги, которые, по заявлениям должницы, были получены ею по оспариваемой сделке в 2017 году. Мнения судов о том, как квалифицировать подобные действия, разделились: первая инстанция посчитала это доказательством реальности спорной сделки, а апелляция указала, что такое распределение не свидетельствует о реальности сделки. Позиция кассации станет известна после публикации мотивировочной части постановления.
История спора
Елена Филиппова в 2015 году заявила о личном банкротстве. В 2016 году она заключила мировое соглашение, опираясь на подконтрольных кредиторов (позиция суда по уголовному делу). В их число вошел Брилка, сын сенатора от Иркутской области, впоследствии — конечный приобретатель спорного имущества на Петровке.
По мнению кредиторов, в период действия соглашения из собственности должника вывели ликвидное имущество, в том числе недвижимость на Петровке. Так, в апреле 2017 года Филиппова продала недвижимость на Петровке Людмиле Карпушенко, а в мае 2018 года та перепродала имущество зятю — тому самому Брилке.
Приговором Кузьминского районного суда Москвы от 31 марта 2025 года было установлено: банкротство Филипповой преследовало преступные цели, а Брилка был признан подконтрольным ей лицом в этом банкротстве, он же голосовал на собрании кредиторов за отчуждение спорного имущества в пользу своей тещи Карпушенко.
В результате кредиторы от этой сделки ничего не получили. Соколова потребовала признать недействительной цепочку сделок как направленных на вывод имущества (п. 2 ст. 61.2 закона «О банкротстве»), а именно — нежилых зданий, расположенных по адресу Москва, ул. Петровка, д. 21, стр. 3 и 5 (усадьба А. С. Шемякина).
АСГМ в 2023 году отказался признавать сделки недействительными, не усмотрев признаков такой недействительности. Апелляция выводы первой инстанции поддержала.
Кассация с мнениями нижестоящих судов не согласилась, указав на сомнительность доказательств оплаты. Суд не поверил, что Карпушенко, пожилая женщина 69 лет, сумела привезти в Москву из Иркутска (где она жила) 82 млн руб. наличными при их весе 17 килограмм и при этом не смогла вспомнить, каким транспортом. В возможности Брилки расплатиться наличными при такой сумме суд также не поверил. Усомнилась кассация и в необходимости приобретать аварийное имущество лицами, ранее не занимавшимися реставрацией и вообще явно заинтересованными по отношению к должнику.
Направляя дело на новое рассмотрение, суд округа дал указания внимательно изучить спорные обстоятельства исполнения сделок.
При повторном рассмотрении АСГМ вновь отказался признавать сделки недействительными, сославшись на проведенную ранее экспертизу стоимости и состояния здания и на распределение Филипповой средств кредиторам в декабре 2024 года, то есть через семь лет после совершения сделки. Впрочем, как следует из позиций сторон, в материалы дела не представили доказательств, что средства, поступившие в конкурсную массу, действительно получили от спорной сделки.
9-й ААС с выводами нижестоящего суда не согласился, указав на явную заинтересованность Карпушенко, Брилки и других кредиторов по отношению к должнику, в том числе Дербышева. Тот выдавал ей займы, а потом обратился в полицию с заявлением о мошенничестве, из-за чего Филиппову приговорили к пяти годам лишения свободы (дело № 01-0007/2025).
Кроме того, апелляция указала, что Карпушенко и Брилка — теща и зять, поэтому действует повышенный стандарт доказывания, но подтверждений снятия 82 млн руб. со счетов они не представили. Ссылка Карпушенко на получение наследства документально не подтверждена, а налоговая декларация Брилки оказалась неполной и требовала проверки.
Также апелляция отметила, что поступление средств в конкурсную массу в декабре 2024 года не доказывает реальность передачи денег от Карпушенко должнику по сделке 2017 года. В итоге суд вернул спорную недвижимость в конкурсную массу, после чего дело вновь поступило в кассацию.
