Тамара Филякова передала сельхозпредприятию «Седлистое» 18 млн руб. в качестве краткосрочного займа в 2013–2014 годах. Компанией при этом владела фирма «Спектр плюс», одним из участников которой была дочь Филяковой. Должник не вернул деньги в срок, тогда заимодатель обратился в суд (дело № А06-7073/2015). В ноябре 2015-го требования Филяковой удовлетворили в полном объеме, но деньги она так и не получила. Поэтому в сентябре 2022-го суд проиндексировал эту сумму, взыскав в пользу заимодателя дополнительно 8,2 млн руб. За это время владельцы сельхозпредприятия совершили несколько сделок по продаже долей. В итоге контроль над компанией перешел к семье Журавлевых.
В декабре 2022 года Филякова подала заявление о признании «Седлистого» банкротом (дело № А06-10690/2022). Она настаивала: предприятие стало убыточным в 2018 году, а по итогам 2019-го уже имело полумиллионную задолженность. Поэтому его руководитель должен заявить о банкротстве еще в 2020 году, но не сделал этого.
Впоследствии она снова обращалась в суд за взысканием процентов за пользование чужими деньгами. Когда в отношении «Седлистого» ввели наблюдение, требования Филяковой составляли уже 24,2 млн руб. Чтобы вернуть деньги, кредитор попросила привлечь к субсидиарной ответственности бывших руководителей. По ее мнению, Журавлевы довели компанию до банкротства и нанесли ущерб более чем на 38 млн руб.
Три инстанции привлекли руководителей «Седлистого» к субсидиарной ответственности по обязательствам перед другими кредиторами, но отказали во включении требований Филяковой. Суды пришли к выводу, что она была аффилированным лицом, которое предоставляло предприятию компенсационное финансирование без реального намерения получить деньги обратно на рыночных условиях, и понизили очередность удовлетворения ее требования. Они сослались на абз. 3 п. 11 ст. 61.11 закона «О банкротстве», который запрещает внутренним кредиторам получать удовлетворение за счет субсидиарной ответственности контролирующих лиц. Суды также отказали во взыскании убытков по статьям 15 и 53.1 ГК, указав на единую правовую природу этих требований.
Филякова оспорила эти выводы в Верховном суде. Она заявляла, что не была аффилирована с руководителями предприятия, когда те совершали противоправные действия, поэтому на нее не распространяется требование ст. 61.11 закона «О банкротстве».
Экономколлегия разъяснила, что для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности нужно установить заинтересованность кредитора по отношению к контролирующему лицу, а не к самому должнику. Филякова же не была аффилирована с Журавлевыми и не участвовала в доведении компании до банкротства. А ссылка судов на заинтересованность между Филяковой и «Седлистым» при разрешении этого спора значения не имеет, подчеркнул ВС. Кроме того, Филякову не привлекали к субсидиарной ответственности, а субординация ее требования не лишает ее права взыскивать убытки с контролирующих лиц.
На этом основании ВС отменил акты нижестоящих инстанций и привлек Журавлевых к субсидиарной ответственности по обязательствам «Седлистого» перед Филяковой.
