Репортаж
13 декабря 2017, 15:49

Корпоративная вуаль и бизнес "по понятиям": за что сажают предпринимателей

Корпоративная вуаль и бизнес "по понятиям": за что сажают предпринимателей
Фото Право.Ru

Все коммерсанты знают свои уголовно-правовые риски, хотя немногие всерьез опасаются оказаться фигурантами уголовного дела. Опасности могут нести обычные для бизнеса вещи: подписание акта сдачи-приемки до завершения работ или фиктивное устройство на работу жены директора. Как защититься от обвинений в махинациях при госзакупках и как составить такую жалобу, чтобы ее удовлетворили, – об этом рассказали эксперты на конференции "Право.ru"

Тема уголовной ответственности бизнеса не теряет актуальности, а даже, наоборот: в 2016 году возбуждено 240 000 уголовных дел, и это число растет в среднем на 10% в год. Такую статистику привел сопредседатель общественной организации «Деловая Россия» Андрей Назаров. Известно, что силовое давление нередко используют для рейдерских захватов или в целях недобросовестной конкуренции. Скорее всего, дело именно в этом, если предпринимателя арестовали до суда, считает Назаров.

Как проколоть "корпоративную вуаль" в уголовном деле 

Об опасностях «прокалывания корпоративной вуали» предупредил управляющий партнер АБ «ЗКС» Денис Саушкин. Если в арбитражных спорах это обычно непросто, то в уголовных достаточно одного обыска, чтобы получить нужную информацию, а правоохранительные органы знают 80% информации о структуре владения, заверил адвокат. По словам Саушкина, когда приняли закон о контролируемых иностранных лицах, к нему отнеслись скептически: «Ну и какие там наказания? 50 000, 100 000? Ну что будет?». А что может быть, показывает первое уголовное дело по офшорам «Черкизово». В марте 2017 года в агрокомпании провели обыск, поводом к которому стала недоимка 16 млн руб. НДС. Именно тогда, предполагает Саушкин, правоохранители нашли свидетельства, которые подтверждали уже 300-миллионный ущерб бюджету. Оказалось, что компания неправомерно занижала налог с дивидендов с 15% до 5%. Для этого использовалось кипрское соглашение об избежании двойного налогообложения, но кипрская фирма в схеме «Черкизово» была лишь передаточным звеном, передававшим деньги бермудскому офшору с неизвестными бенефициарами.  

Далее возбудили дело по ч. 2 ст. 199.1 УК (неисполнение обязанностей налогового агента в особо крупном размере). Под влиянием этого события компания быстро повинилась в ошибках, рассказывал Саушкин. Недоимки были уплачены, поменялась корпоративная структура: вместо бермудской компании поставили кипрскую с двумя известными бенефициарами.

Понятийное ведение бизнеса и его риски

За что «сажают» генеральных директоров, рассказала партнер АБ «Забейда и партнеры» Дарья Константинова. Она процитировала расхожую поговорку о том, что «возбуждение уголовного дела – это предпродажная подготовка активов». Их стоимость снижается, а репутационный вред и выгодная переговорная позиция атакующей стороны позволяет легко провести нужную сделку. В отличие от гражданского процесса, в уголовном может оказаться достаточно показаний свидетелей, потерпевшего и т. д., даже если документов не хватает, предупредила Константинова.

Уголовно-правовые риски увеличивают «понятийное» ведение бизнеса, когда устные договоренности одни, а на бумаге совсем другое. Константинова предупредила, что не стоит подписывать акты сдачи-приемки и оплачивать работы до того, как они выполнены, даже если вас уверяют, что это формальность, а результат будет вот-вот готов. Если что-то пойдет не так, правоохранительные органы могут усмотреть обман в ситуации, когда акты подписаны, а работ нет, поделилась Константинова. По словам адвоката, уголовное дело здесь возможно в том случае, если к ответственности привлекаются сотрудники с обеих сторон. Так произошло в одном из дел, где гендиректора подрядчика обвинили в мошенничестве (ст. 159), а руководителя подрядчика – в злоупотреблении полномочиями (ст. 201 УК).

Еще один риск «понятийного» бизнеса возникает тогда, когда зарплаты или премии получают номинально числящиеся в компании работники, например, члены семьи директора или акционера, предупредила Константинова. Одно из таких уголовных дел прекратили: не смогли подтвердить, что жена директора фактически не работала. Другая опасная идея – назначить необоснованные «золотые» парашюты уволенным сотрудникам, отметила адвокат. Она не рекомендует совершать противоправных действий даже по распоряжению учредителя. "Версия, что вы лишь исполняли волю собственника, делает вас соучастником", – предостерегает эксперт.

Налоговая оптимизация и методы госзакупок

Об уклонении от уплаты налогов рассказал управляющий партнер АБ «Феоктистов и партнеры» Вячеслав Феоктистов. По его словам, расследованием налоговых преступлений сейчас фактически занимается налоговая служба, которая подготавливает материалы для уголовного дела. В частности, письмо ФНС от 13 июля 2017 рекомендует сотрудникам службы описывать правонарушения в уголовных терминах. А Следственному комитету остается возбуждать дела и улучшать статистику, отметил Феоктистов.  

Что касается «налоговой оптимизации», эксперт посоветовал ею вообще не заниматься. «А если уж минимизируете налоги, то соблюдайте требования Концепции планирования выездных налоговых проверок», – рекомендовал Феоктистов. 

Докладчик прокомментировал недавнее постановление КС о том, когда сотрудники должны платить налоги за компанию (подробнее см. "Личное и публичное: КС ответил, когда руководитель должен платить долги компании из своего кармана"). Такая практика существовала в регионах после обвинительных приговоров в отношении работников или прекращения их дел по нереабилитирующим основаниям. Чиновники объясняли взыскание с сотрудников тем, что недоимка считается гражданско-правовым ущербом. Но налоговые правоотношения не регулируются гражданским правом, и к тому же получается двойное взыскание налога [с компании и человека], критикует Феоктистов. КС также счел такую практику недопустимой, но все же дал возможности налоговикам ее развивать при определенных условиях. Привлечь к ответу сотрудника можно, если суд установит, что компания практически не действует и взыскать с нее налоги невозможно, либо если фирма была лишь прикрытием для контролирующего лица. «КС оставил максимальную дискрецию судам», – прокомментировал Феоктистов.

Хищениям в сфере госзакупок был посвящен доклад Владимира Китсинга из МКА «Князев и партнеры». Наиболее популярные схемы в этой сфере, по его словам, – это вымогательство отката у поставщика или создание подконтрольного поставщика. Адвокат рассказал о квалификации преступлений. Наказание может грозить даже тогда, когда сговор не доказан.

По словам Китсинга, сговор может подтверждаться условиями тендера: нереальными сроками выполнения контракта или чересчур строгими требованиями, которым отвечает один поставщик. Чтобы себя обезопасить, адвокат советует, в частности, изменять схему работы и устанавливать факты, которые подтверждают ее законность: например, доказывать реальность сделки и отсутствие ущерба, проводить экспертизу цены и качества, избавляться от ненужной аффилированности.

Рейдерские захваты, психология обжалования и проверка контрагента

О способах защиты от рейдерских захватов рассказал руководитель КА «Комиссаров и партнеры» Андрей Комиссаров. В качестве профилактики он посоветовал использовать схемы корпоративной защиты. Это, например, принцип «четырех углов»: разделение активов операционных компаний и т. д., перекрестное владение акциями, определенные формулировки в уставе, коммерческая тайна и т. п. Серверы могут быть удаленного доступа с паролями или храниться в соседнем помещении, которое фирме не принадлежит. Имущество можно передать подконтрольным, но формально неаффилированным лицам, трастам, фондам, ПИФам; пригодятся и обременения.

Теме психологии обжалования был посвящен доклад Александра Михайлова из АБ «А-ПРО». Он советует сокращать жалобы до двух листов («Сначала будет сложно, потом получится»), и идти на личный прием к человеку, ответственному за принятие решения. Научиться писать такие тексты, чтобы их читали, адвокатам поможет изучение копирайтинга, говорит Михайлов. Он считает полезной привычкой прикладывать к жалобе проект решения. В "А-ПРО" это делают в бумажном виде, потому что у прокуроров есть сканеры, которыми те часто пользуются, поделился адвокат. 

Партнер по уголовно-правовой практике Бюро присяжных поверенных «Фрейтак и сыновья» Игорь Копенкин представил алгоритм действий для бенефициара-потерпевшего, а партнер KDS Legal Евгений Кронов рассказал о заключении предпринимателей под стражу. По мнению Кронова, сдержать произвол правоприменителей могут только императивные ограничения. Если же в новых нормах есть ограничения диспозитивного характера, они никак не влияют на статистику заключения под стражу, отметил эксперт.

Как правильно выбрать контрагента, рассказал управляющий партнер юрфирмы «Интеллектуальный капитал» Роман Скляр. Он дал советы, какие документы следует проверять у компаний-партнеров.

Скляр рекомендует проверить не только добросовестность контрагента и полномочия подписантов, но и наличие необходимых кадров и средств производства. Кроме того, он советует составить документ о причинах выбора именно этого партнера.

О коррупционной составляющей в рамках уголовного преследования рассказал руководитель АБ Alliance Legal CG Артем Гришин. По его мнению, несмотря на желание и многочисленные попытки государства законодательно урегулировать проблему коррупции, существуют все же некоторые трудности в практической реализации новых законодательных норм, в частности, ими не обеспечивается должный процессуальный контроль за возбуждением и расследованием преступных деяний данной категории со стороны вышестоящих надзорных органов, а новые законодательные инициативы в целом не всегда идут в ногу со временем и не помогают решить актуальные проблемы в правоприменении.

Подытожить конференцию можно словами одного из докладчиков. «Говорят, что уголовные адвокаты пугают, – обратился к собравшимся адвокат Китсинг. – Но мы всего лишь знаем, как обстоят дела на самом деле». Хорошо, если предупреждения не пригодятся, но если слова сбудутся – вы будете знать, что делать, сказал он.