Финансовый управляющий в деле о банкротстве Дмитрия Самсонова обжалует сделки должника с Александром Черниным. Речь идет о договорах займа, залога и соглашении об отступном, которые стороны заключили в 2015 году.
Первая инстанция признала сделки недействительными, но не разобралась, по каким причинам ответчика не было на заседании и почему он не получил судебное извещение. В апелляции и кассации Чернин не смог заявить о пропуске исковой давности. Апелляция отсчитала срок с момента получения управляющим данных из Росреестра в 2023 году (дело № А40-143537/2017).
Заявитель не согласился с таким подходом и в жалобе в Верховный суд написал: первый управляющий узнал о спорных операциях еще в 2018 году, значит, срок истек. Из-за проблем с извещением Чернин не смог заявить этот довод в первой инстанции.
ВС отменил все судебные акты и направил дело на новое рассмотрение. Суды не проверили, действительно ли ответчика известили о судебном споре, хотя данные о доставке вызывают сомнения. Так, отметку о передаче почтальону судебного письма и отметку о неудачной попытке вручения проставили с разницей пять минут, то есть маловероятно, что извещение действительно приносили адресату.
ВС подчеркнул: ответчик не знал о начавшемся процессе, а потому не мог своевременно заявить о применении исковой давности, хотя это влияет на исход дела. Суд отметил, что заявить о применении давности можно только до вынесения решения суда первой инстанции, а проверка довода о пропуске срока апелляционным судом не равнозначна рассмотрению заявления о применении давности.
Также судьи экономколлегии напомнили, что при подсчете срока исковой давности необходимо учитывать осведомленность не только текущего финансового управляющего, но и его предшественников, поскольку между ними есть процессуальное правопреемство.
