Когда презумпция вины не действует
По общему правилу в спорах о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания при определенных обстоятельствах переносится на контролирующее должника лицо (п. 2 ст. 61.11 закона «О банкротстве»). Недавно Верховный суд напомнил, что из этого правила есть исключения.
В 2017 году Светлана Мишустина и Мария Антоневич учредили компанию «Мэйдэй». Мишустина получила 70% и заняла пост гендиректора. В первый же год фирма взяла займы у ее супруга Романа Сакулина. Незадолго до срока возврата Мишустина вышла из бизнеса, назначила нового директора и забрала документацию. Антоневич возглавила компанию только в 2020 году. Спустя несколько лет налоговая исключила фирму из ЕГРЮЛ из-за недостоверного адреса. К этому моменту суд уже признал долг компании перед Сакулиным по займам. Поскольку получить деньги с недействующей фирмы не удалось, он потребовал привлечь Антоневич к субсидиарной ответственности на 2,1 млн руб. (дело № А56-85521/2024).
Три инстанции иск удовлетворили. Суды посчитали, что Антоневич не обеспечила достоверность сведений в ЕГРЮЛ. Кассация дополнительно подчеркнула, что брачные отношения между бывшим директором и кредитором не свидетельствуют об их недобросовестности и не освобождают нового руководителя от ответственности.
Верховный суд с таким подходом не согласился. Сакулин был супругом мажоритарного участника компании, поэтому не мог считаться независимым кредитором, указала экономколлегия. Он знал об имущественном положении фирмы, а значит, не нуждался в дополнительных процессуальных преимуществах. В спорах с аффилированными лицами бремя доказывания распределяется по общим правилам, то есть истец обязан сам доказать, что действия ответчика привели бизнес к банкротству (ст. 65 АПК). Сакулин таких доказательств не представил. Он также не объяснил, почему его супруга вышла из бизнеса, когда у компании не осталось имущества, вывела активы и назначила нового директора. ВС подчеркнул, что перераспределение бремени доказывания в спорах о субсидиарной ответственности призвано уравнять процессуальные возможности руководства должника и добросовестного кредитора, у которого нет доступа к бухгалтерии компании.
Позиция суда не нова. Как отмечает партнер и руководитель практики банкротства и разрешения споров Московская Коллегия адвокатов «МАГНЕТАР» Артем Ковбель, еще в 2017 году в обзоре судебной практики ВС № 4 было указано, что аффилированное с должником лицо должно опровергать сомнения в реальности его требований.
Статус аффилированного лица сам по себе не лишает возможности обратиться с требованием, но вот автоматически пользоваться процессуальными преимуществами, предоставляемыми независимому кредитору, он не позволяет.
Артем Ковбель, партнер и руководитель практики банкротства и разрешения споров Московская Коллегия адвокатов «МАГНЕТАР»
Руководитель корпоративной и банкротной практик Афонин, Божор и партнеры Дмитрий Берестень, обращает внимание и на поведение самой Антоневич. По его мнению, остается непонятным, почему она не истребовала документы у прежнего руководства в порядке статей 8 и 50 закона «Об ООО» и почему суды не оценили ответственность бывшего гендиректора за недостоверные сведения в ЕГРЮЛ. Бездействие участника общества суд также мог оценить с учетом доступных ему корпоративных способов защиты.
Как новому директору избежать ответственности за прежнее руководство
Чтобы новый руководитель не отвечал за ошибки предшественника, эксперты рекомендуют при вступлении в должность:
получить документы и имущество компании. Прежний директор должен передать финансово-хозяйственную документацию и материальные ценности. Передачу лучше оформить актом приема-передачи. Если бывший руководитель уклоняется от передачи документов, следует потребовать их через суд и одновременно начать восстановление;
проверить имущество и операции компании. Для этого необходимо провести инвентаризацию и аудит банковских операций. Если обнаружатся сомнительные сделки, стоит оценить возможность предъявления требований к прежнему директору. Бездействие нового руководителя в отдельных обстоятельствах может повлечь взыскание убытков или субсидиарную ответственность;
проверить связи участников и контрагентов. Следует запросить сведения о заинтересованных лицах, изучить сделки со связанными компаниями и зафиксировать существенные договоренности. При необходимости можно использовать корпоративный договор, заверения об обстоятельствах и гарантии.
В каких спорах важен статус кредитора
Аффилированность как фактор влияет не только на споры о субсидиарной ответственности. Суды учитывают связи кредитора с должником при включении требований в реестр, определении очередности погашения долгов и оценке сделок внутри группы компаний. При этом, если долг возник из реальных отношений, не носит корпоративного характера и имеет разумное экономическое объяснение, аффилированность не препятствует защите прав кредитора.
По словам Ковбеля, суды проверяют, есть ли основания субординировать требования контролирующих лиц, то есть понизить очередность их удовлетворения. Это возможно, в частности если связанное с должником лицо предоставило компенсационное финансирование в период имущественного кризиса. Например, в деле о банкротстве компании «Первый дом» суды признали требования кредитора обоснованными, но постановили удовлетворить их после требований независимых кредиторов. Должник и займодавец входили в одну группу компаний, а предоставленные средства суд квалифицировал как компенсационное финансирование. Кассация поддержала этот вывод (дело № А40-204438/2023).
Берестень приводит в пример дело о банкротстве «Нефтегазмаш-Технологии», где участник компании Игорь Свиридов (владелец 50% доли) попытался включить в реестр долг по договорам займа и суброгации. Нижестоящие суды требование удовлетворили, но ВС отправил спор на новое рассмотрение (дело № А32-19056/2014). Экономколлегия указала, что предоставление средств должнику могло быть способом компенсировать ошибки управления и искусственно увеличить задолженность перед подконтрольным кредитором. Чтобы подтвердить гражданско-правовой характер займа, заявителю следовало раскрыть экономические мотивы сделки и объяснить, почему компания привлекала средства именно от аффилированного лица.
Когда речь идет о выдаче займов, необходимо пояснить суду, в чем заключался экономический мотив капитализации фирмы посредством займов и почему нельзя было воспользоваться другими способами.
Дмитрий Берестень, руководитель корпоративной и банкротной практик Афонин, Божор и партнеры
Но аффилированность сама по себе не означает, что требование обязательно понизят в реестре. В деле о банкротстве «Виробана» суды отказались субординировать долг связанного кредитора (дело № А41-2626/2025). Они указали, что для понижения очередности необходимо установить дополнительные обстоятельства: контроль кредитора над должником, предоставление финансирования в период имущественного кризиса и искусственное поддержание деятельности компании, скрывающее признаки банкротства. В этом деле суды таких обстоятельств не установили.
Аффилированность может стать основанием для более тщательной проверки требований, особенно если поведение сторон отличается от обычной деловой практики. Например, в деле о банкротстве Татьяны Михеевой компания «Цикл» пыталась включить в реестр 8,7 млн руб. долга по аренде. Нижестоящие суды удовлетворили требование, но ВС направил спор на новое рассмотрение (дело № А12-45751/2015). Экономколлегия обратила внимание, что суды не оценили доводы банка-кредитора об аффилированности участников арендных отношений. Они входили в одну группу компаний, которую контролировал супруг должницы, а арендодатель более пяти лет не требовал плату. Если аффилированность доказана, суд вправе потребовать от заявителя объяснить экономические причины необычного поведения. При отсутствии убедительных объяснений действия кредитора могут признать злоупотреблением правом по ст. 10 ГК, направленным на искусственное уменьшение голосов независимых кредиторов.
Похожий спор возник при банкротстве «Кроны-А». Кредитор потребовал включить в реестр долг по договору займа, подтвержденный судебным актом. Но суд установил аффилированность сторон, транзитный характер перечислений и злоупотребление правом. Во включении требования отказали (дело № А44-5626/2024).
Суды учитывают связи между сторонами и при рассмотрении требований кредиторов (дело № А40-1876/2015). При этом аффилированность устанавливают не только по семейным связям — зависимыми могут признать и компании, входящие в одну группу, отмечает Берестень. Впрочем, сам по себе статус связанного лица не делает заявителя недобросовестным, уточняет Ковбель. Независимо от статуса кредитора суды должны проверять экономико-правовую основу требования. Если долг возник из реальных правоотношений, не корпоративный и имеет разумные экономические основания, аффилированность не помешает защитить права.
Изучают и статус заявителя при выкупе долгов (дело № А57-19078/2020). В таких сделках могут усмотреть попытку получить контроль над процедурой банкротства, предупреждает Берестень. Аффилированность влияет и на процедурные споры, например при обжаловании действий управляющего или решений собраний кредиторов, добавляет Ковбель. Здесь суды оценивают не только правовые основания требований, но и мотивы заявителя.
Связи между сторонами имеют значение и за пределами банкротства, например при продаже доли в бизнесе. В деле № А40-79027/2022 два партнера владели компанией в равных долях. Один выкупил долю второго, получив заверение об отсутствии скрытых долгов. Позже покупатель обнаружил задолженность перед поставщиком на 161 млн руб. и потребовал уменьшить цену доли. Три инстанции его поддержали, но ВС отказал в иске, указав, что покупатель много лет владел половиной бизнеса, утверждал балансы и не мог не знать о долгах.
