Ольга Иванькова живет в квартире своего умершего отчима. В 1993 году суд признал это имущество выморочным из-за отсутствия наследников — тогда падчерицу к наследованию не призывали. Право собственности на квартиру перешло районному предприятию. Новый владелец не стал предпринимать меры, чтобы освободить помещение. Иванькова продолжила жить в квартире и в 2022 году подала иск о признании права собственности в порядке приобретательной давности. Она указала, что владеет имуществом как своим, открыто, добросовестно и непрерывно. Заявительница прописана в квартире с 1971 года, оплачивает коммунальные услуги с 1998-го и участвует в органах управления многоквартирным домом.
Тем не менее суды в иске отказали. По мнению трех инстанций, Иванькова не соблюла условие о добросовестном владении, поскольку знала, что квартира перешла к публичному собственнику. Суды отклонили довод истца о том, что собственник не проявлял интереса к спорному имуществу. Они также решили, что непрерывность владения не доказана, так как оплата коммунальных услуг не подтверждает факт постоянного пользования квартирой. Кроме того, Иванькова зарегистрирована по месту жительства в другом регионе. Верховный суд отказал в пересмотре спора.
Конституционный суд принял по делу постановление № 35-П. КС признал конституционным п. 1 ст. 234 ГК и подчеркнул: эта норма позволяет признавать добросовестным члена семьи умершего собственника, даже если он знал об отсутствии оснований для владения спорной квартирой и о наличии у нее публичного собственника.
В то же время суды по-разному трактуют критерий добросовестности давностного владения и принимают противоположные решения при аналогичных обстоятельствах. Это говорит о правовой неопределенности, которая создает предпосылки для произвола и чрезмерно широких пределов усмотрения суда, говорится в решении. Конституционно-правовой смысл оспариваемой нормы, выявленный в настоящем постановлении, является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование, подчеркнул КС.
Дело заявительницы подлежит пересмотру.
