Расщепленный Esprit de corps и другие различия внутри российского судебного корпуса

Российское законодательство видит в судейском сообществе единую профессиональную группу. Согласно п.1 ст.2 ФЗ-3132-1 "О статусе судей в РФ" от 26.06.1992 г., тем самым презюмируется, что судейское сообщество должно быть однородно по своему составу.  Однако из-за наличия нескольких систем юрисдикций в российском  судопроизводстве – судов общей юрисдикции, арбитражных судов, конституционных (уставных) судов — в реальности это не так.

Да, к претендентам в судьи арбитражных судов и судов общей юрисдикции предъявляется одинаковые требования. Они имеют совместную квалификационную коллегию судей, где принимаются все важные решения в отношении членов судейского корпуса. С вступлением в силу ФКЗ-4 "О дисциплинарном присутствии",  в составе этого судейского органа будут представлены по три судьи от Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ.  Кроме того, ВС и ВАС РФ проводят совместные Пленумы, где уточняется судебная практика. Однако, как будет показано ниже, ценности судей, принадлежащих к разным юрисдикциям, различны.

Источники исследования

Исходным материалом для сравнения судей общей юрисдикции и судей арбитражных судов будут служить сравнение данных 50 биографий судей общей юрисдикции, в произвольном порядке отобранных на сайте sudrf.ru с данными 50 биографий арбитражных судей, аналогично отобранных на сайте arbitr.ru. Также для анализа будут привлечены  интервью, данные судьями, социологические исследования и научные работы по судебному корпусу российских и зарубежных авторов.

При этом, говоря о биографиях судей, необходимо вспомнить о принципиальной разнице в  восприятии судьи в странах общего или прецедентного права и права кодифицированного или континентального (civil law countries). В государствах, принадлежащих к континентальной системе права (Франция, Германия, Россия, Нидерланды. Испания и др.), судья, в первую очередь, выступает в качестве высокопрофессионального ремесленника, который не творит права[1], а лишь его применяет.

В странах общего права мы наблюдаем противоположную картину. Судья имеет высокий общественный статус, в своих решениях он выступает как публичное лицо, которое наделен широкими дискреционными полномочиями и его решения могут выступать прецедентами, то есть источником права для нижестоящих судов. Следовательно, его можно назвать "судьей-демиургом" в противоположность "судье-ремесленнику" в континентальном праве[2]. Поэтому, например, в США фонд библиотеки Конгресса содержит 332 подробных биографий американских судей, включая 175 биографий, адаптированных для молодых читателей, кроме этого, в библиотеке Конгресса собраны 35 биографии судей из Франции, 21 из Германии, 17 из Канады, 31 из Австралии и 11 из Израиля.

Доступ же к биографическим данным российский судей затруднен ввиду нескольких причин. Во-первых, как отмечают многие специалисты, в том числе зарубежные[3], в России вообще отсутствует такой жанр повествования как биография судьи, поскольку у нас в большей степени, чем даже в других странах кодифицированного права, не сложился конвенциальный образ "хорошего судьи". В России за последнее время вышла только одна биография судьи. Это автобиографический очерк  председателя городского суда Санкт-Петербурга в отставке профессора В.И. Полуднякова[4].

Во-вторых, новый закон ФЗ-262 "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации"  от 22.12.2008, который вступил в силу с 1.01.2010, по мысли законодателя, был призван решить вопросы открытости судебной системы, однако в нем не нашло отражения обязательства размещать на сайтах судов биографические данные судей. В нем лишь урегулированы отношения, связанные с доступом граждан, организаций, общественных объединений, органов государственной власти и местного самоуправления к информации о деятельности судов в РФ.

В-третьих, нежелание раскрывать данные биографического характера со стороны судей оправданно объясняется тем фактором, что их деятельность часто связана (особенно, у судей по уголовным делам) с наложением наказания и санкций на лиц, которые впоследствии могут представлять угрозу жизни и здоровью судьи и ее близких[5]. Поэтому сведения о них — это персонализированная, конфиденциальная информация и она может быть раскрыта только с их разрешения.

 Возраст

Из-за низких зарплат в 90-е годы ХХ века большое количество судей покидало суды общей юрисдикции, и многие судейские ставки были не заполнены. Обратная тенденция началась с 2000 года. С этого момента фиксируется рост претендентов на должность судьей этой категории, и на сегодняшний день состав судейского сообщества в этой части примерно на 50% (двадцать два из 50 человек нашей выборки) состоит из судей, назначенных после 2000 года.

В системе арбитражных судов прослеживается другая тенденция. Арбитражные суды пришли на смену системе государственного арбитража, который совмещал в себе функции судебного органа и органа государственного управления (квазисудебный орган) и начали функционировать с принятием Закона РСФСР "Об арбитражном суде" в июле 1991 года и с введением 15 апреля 1992 года первого Арбитражного процессуального кодекса. Поэтому именно на 90-е годы приходится интенсивный рост количества арбитражных судей, которые рекрутировались или из бывших сотрудников госарбитража, или из академического мира и бывших выпускников юридических факультетов.

Тем не менее, судьи судов общей юрисдикции в среднем старше судей системы арбитражных судов. Если у первых средний возраст составляет в среднем 45 лет, то у вторых — 35 лет. И это при том, что именно среди судей судов общей юрисдикции можно найти самых молодых представителей судейского корпуса: самый младший из них родился в 1982 году, самый ранний случай замещения судейской должности зафиксирован в 29 лет. Таким образом, возрастные характеристики судей судов общей юрисдикции говорит об их большем консерватизме. Отсюда некоторая инертность судей общей юрисдикции, их нежелание быстро приспосабливаться к новым условиям (так, например, компьютеризация судов общей юрисдикции началась только в 2001 году).

 Юридический и судейский стаж

Советские суды долго шли к тому, чтобы судьями в них были юристы.  Напомним, что в советское время судей избирали населением (народные суды) путем прямого тайного  голосования на 5 лет, и единственным профессиональным требованием выступало членство в партии, тогда как наличие юридического образование было не обязательным.  М.И. Клеандров приводит такие ошеломляющие факты: "Должность судьи, естественно, тогда была совершенно не престижной, подчас на работу судьей направляли партийные органы в порядке партийного поручения. Неудивительно, что в 1960 году в судах РФСР лишь 73,9% судей имели высшее юридическое образование. Ситуация поправилась лишь к самому концу советского периода отечественной истории. В 1989 году из 9670 судей, работавших в РСФСР, лишь трое не имели высшего юридического образования, но учились на последних курсах юридических вузов"[6].

В настоящий момент судьями судов общей юрисдикции и судьями арбитражных судов в силу ст. 119 Конституции РФ и п.1 ст.4 ФЗ "О статусе судей в РФ" могут быть граждане, достигшие возраста 25 лет и имеющий стаж работы по юридической профессии не менее пяти лет[7], при этом стаж работы секретарем судебного заседания и секретарем суда не входит в общий юридический стаж. Таким образом, исходя из формальных требований по доступу к судейским должностям, судьи арбитражных судов и судов общей юрисдикции должны иметь сходные характеристики в части стажа.

В реальности это не так. Общий юридический стаж в судах общей юрисдикции в среднем составляет 25 лет, при этом ранее  (до 2007 года) в юридический стаж засчитывалось  работа секретарем судебного заседания и секретарем суда, на которых работали студенты юридических вузов. Поэтому из 50 судей общей юрисдикции 12 человек либо начали замещать судейскую должность в год окончания юридического вуза,  либо на следующий год. Например, председатель Мосгорсуда Ольга Егорова окончила  юридический факультет МГУ в 1976 году, а  народным судьей  была избрана уже в 1977 году.

У судей арбитражных судов юридический стаж в среднем 24 года, но разница между годом получения юридического образования и назначением на должность судьи составляет не менее 10 лет. Таким образом, получается, что, по крайней мере, до 2007 г. судьи судов общей юрисдикции, были менее квалифицированы, поскольку юридический стаж у них ограничивался работой в канцелярии суда или секретарем судебного заседания. Напротив, в арбитражную систему приходят сложившиеся люди, зачастую остепененные, за спинами которых большой опыт работы в разнообразных сферах.

 Формирование судейского корпуса

Общим местом является утверждение, что судьи в судах общей юрисдикции, главным образом, набираются из органов прокуратуры, в меньшей степени – из следственных отделов МВД, совсем редко – из адвокатского сообщества. Считается, что близость адвокатов к преступному миру будет объективно мешать им в отправлении правосудия.  Анализ 50 биографий судей это подтверждает: только 5 человек были рекрутированы из адвокатского сообщества. Второе объяснение высокой доле представителей бывших прокурорских работников в судейском корпусе можно предложить, опираясь на факт наличия тесной связи между судом и прокуратурой, которая не ограничивается только процессом. Ведь претендент на должность судьи проверяется не в последнюю очередь через прокурорские каналы в силу абз.4 п.2 ст.19 ФЗ "Об органах судейского сообщества в РФ", где сказано, что ККС субъектов РФ организуют проверку достоверности биографических и иных сведений, представленными кандидатами на вакантные должности.

Наличие большого количества бывших прокурорских работников среди судей судов общей юрисдикции отрицательно сказываться на объективности выносимых решений по двум причинам. Во-первых, судьи, ранее замещавшие должности прокурорских работников, подвержены такому явлению как клонирование навыков прежней профессии при осуществлении правосудия. Европейский суд по правам человека  причисляет такое явление  к случаям нарушения независимости суда (ст.6 Европейской конвенции по правам человека). Впервые такое искажение независимости было выявлено при рассмотрении жалобы в деле "Пирсак (Piersak) против Бельгии". Бельгийский гражданин жаловался на то, что судья, ведя процесс, демонстрировал явную зависимость от позиции прокуратуры, в которой работал прежде[8]. Суд признал, что в этом случае существовала лишь видимость независимости суда, что при рассмотрении дела проявлялись навыки судьи, приобретенные в прежней профессии.

Во-вторых, клонирование навыков прошлой профессии усугубляется тем фактом, что многие судьи назначаются в районные суды в тех местностях, где они ранее работали в прокуратуре. По понятным причинам такие судьи больше склонны к проявлению заинтересованности и благожелательности к бывшим сослуживцам (фаворитизм).

Противоположная установка в арбитражных судах. Председатель Высшего Арбитражного Суда РФ Антон Иванов в своей статье "Судебная система России и рынок юридических услуг" пишет: "Профессионально подготовленный судья высокого уровня может появиться в среде частнопрактикующих юристов, адвокатов и сотрудников юридических фирм. Именно там он формируется. Я не уверен, что он может сформироваться в налоговых органах или в органах прокуратуры. Деятельность в этих органах узкоспециальна, а судье нужен широкий кругозор, даже если он занимается делами одной категории, и нужен обширный житейский опыт. А житейский опыт в правоохранительных органах получить трудно"[9]. И это не просто теоретические рассуждения: анализ биографических данных показывает, что арбитражные судьи набираются из состава корпоративных юристов, бывших судей по гражданским делам судов общей юрисдикции и научных работников.

Разные подходы к отбору кадров, которые мы наблюдаем в судах общей юрисдикции и в системе арбитражных судов, влияют, в конечном итоге, на их профессионализм. Здесь следует обратить внимание по крайней мере на два обстоятельства. С одной стороны, это большая открытость доступа к судейским креслам в арбитражных судах, в частности, инкорпорирование адвокатов, создает возможность для выбора лучших из лучших. С другой стороны, — порочность ориентация судов общей юрисдикции на прокурорских работников, учитывая невысокий средний уровень их компетенции.

Esprit de corps

 Теперь можно обратиться к исследованию самого сложного вопроса — обладает ли судейский корпус свойственным только этой группе набором неписанных  правил и ценностей, который позволяет говорить об отдельной профессиональной группе внутри юридического мира?

Для того, чтобы ответить на него, нужно раскрыть свойства esprit de corps судейского сообщества через следующие признаки:

1. наличие закрытых ассоциаций или объединений судей;

2. существования журналов, которые анализируют качество решений;

3. наличие ранней социализации с помощью специальной подготовки;

4. публикация решений с именами судей, их вынесших;

В отношении признаков, сформулированных в п. 1 и 2, можно говорить о едином esprit de corps российского судейского сообщества. Существование ВККС, Советов судей субъектов РФ, Президиума Совета Судей. Конференции судей, судебного департамента свидетельствует о наличии объединении судей как профессиональной общности. Журналы тоже есть. С января 2005 года издается ежемесячный федеральный журнал судейского сообщества России "Судья", учредителями которого являются ВС, ВАС, Совет судей и Судебный департамент. Журнал "Закон" и 4 бюллетеня издается под эгидой ВАС РФ. В 70 субъектах РФ издаются журналы или бюллетени, учрежденные совместно региональными советами судей, судами и территориальными органами Судебного департамента.

В остальном судьи судов общей юрисдикции сильно отличаются от своих коллег из арбитражных судов. Это заметно, когда мы рассматриваем вопрос о судейской социализации.

Под такой социализацией подразумевается наличие специальных высших учебных заведений, где проходят обучение будущие судьи, где закладываются необходимые юридические (уже – судейские) навыки – такие, как виды юридического анализа, формирование навыков по написанию решений и приговоров, где закладываются этические нормы судейской профессии и культуры процесса. Примером подобного заведения может служить L’École National de la Magistrature во Франции с примерно трехлетним сроком первоначального обучения. Нечто подобное существует в Италии и Испании.

Второй тип системы подготовки в судьи – это модель скандинавских стран. Здесь чтобы стать судьей, необходимо после получения диплома юриста сначала два года стажироваться в суде первой инстанции и выполнять обязанности, сходные с обязанностями секретаря судебного заседания. Затем претендент должен проработать год на должности стажера судьи в суде второй инстанции, после чего вернуться в суд первой инстанции на должность судьи-стажера (или так называемого помощника судьи), необходимо такде проработать еще один год в суде апелляционной инстанции. При этом на каждом этапе оценивается как текущая работа кандидата в судьи, так и результат итогового экзамена.

К скандинавской системе судейской социализации относится и Германия. В этой стране младшим судьям дается 50-70% объема работы опытного судьи. В некоторых судах старшие судьи назначаются менторами, а начинающий судья работает в коллегии из трех судей, при этом в течение первого года работы судьям запрещается председательствовать в тройке[10].

В России система социализации существует на формальном уровне только на этапе становления. До июля 2010 г. можно было говорить лишь о неформальной системе профессиональной социализации, когда помощники судей быстрее становились судьями, чем их коллеги из других юридических специализаций[11]. С вступлением в силу Федерального закона от 01.07.2010 N 135-ФЗ "О внесении изменения в статью 20.1 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" лица, впервые назначенные на должности судей федеральных судов, проходят обязательную специализированную профессиональную переподготовку в формах обучения в образовательных учреждениях высшего профессионального и дополнительного профессионального образования, осуществляющих переподготовку и повышение квалификации судей, и стажировки в суде. Общая продолжительность обучения и стажировки не может превышать шесть месяцев. По мере необходимости, но не реже одного раза в три года, осуществляется повышение квалификации судей федеральных судов, которое проводится в формах обучения в указанных образовательных учреждениях в форме стажировки в судах и в иных формах. На период переподготовки и повышения квалификации за судьей сохраняется заработная плата. Порядок и сроки прохождения судьей профессиональной переподготовки, а также основания освобождения судьи от ее прохождения определяются соответственно Верховным Судом РФ и Высшим Арбитражным Судом РФ. Однако следует признать, что такие курсы не смогут стать аналогом полноценного обучения профессии судьи. В арбитражных судах подобной практики нет, что можно объяснить тем фактом, что и так в арбитражные суды приходят опытные юристы-практики.

Последнее отличие касается вопроса открытости самой судебной системы. Арбитражные суды с приходом А.Иванова стали выкладывать биографии судей на сайтах. Согласно исследованию портала Право.Ru, если в декабре 2009 г. только около 10% всех судов представили полную информацию о судьях, то на декабрь 2010 года – 20%. С 2007 года арбитражные суды начали выкладывать решения в систему Банка решений арбитражных судов (БРАС). Теперь практически все решения от первой до последней инстанции можно обнаружить on-line. Начиная с 2010 г., проводятся видеотрансляции заседаний ВАС. Напротив, суды общей юрисдикции не торопяться выкладывать свои решения, то сетуют на недостаток человеческих ресурсов, то на другие причины. Но факт остается фактом, и даже решения всеми известного судьи Данилкина на сайте Хамовнического суда обнаружить не удалось.

О роли личности в истории

Сопоставление российских арбитражных судов и судов общей юрисдикции по таким параметрам, как стаж, метод рекрутирования новых судей, открытость рисует картину диаметральных различий, хотя корпорация должна быть единой.

Арбитражные судьи более открыты, молоды, профессиональны, а судьи судов общей юрисдикции остались где-то в конце 90-х годов: связка с прокуратурой и зависимость от председателя суда делает из них не "восполнителя огрехов законодателя" и восстановителя социальной справедливости, а функционера, действующего в строгих рамках формальных и неформальных правил. Но критикуя инертность судов общей юрисдикции, необходимо, все же учитывать, что федеральные, мировые и военные судьи представляют собой разношерстный, огромный по численности корпус юристов, которые консервативнее по своему стилю работы и мышлению, чем судьи арбитражных судов.

В этой ситуации нельзя не посмотреть на фигуры руководителей ВАС и ВС РФ, особенно если вспомнить, что реформирование процессуального законодательства судов общей юрисдикции (УПК, ГПК), в отличие от прогрессивного арбитражного процесса (АПК), проходило очень тяжело. Может быть, все дело в руководстве?

http://pravo.ru/review/view/45195/