ПРАВО.ru
Мнения
Кирилл Буряков, партнер Lex Borealis
14 декабря 2020, 12:40

Защита деловой репутации компаний: кейс «Ниармедик Фарма»

Защита деловой репутации компаний: кейс «Ниармедик Фарма»
С ростом количества источников и скорости распространения информации компании, особенно работающие на высоко конкурентных потребительских рынках, все чаще становятся объектами информационных атак и так называемого «черного пиара». Это может нанести им не только репутационный, но и реальный материальный ущерб. Например, привести к снижению продаж или разрыву контрактов. Давайте поговорим о юридическом способе борьбы с распространением ложной и порочащей информации – защите деловой репутации компаний в суде.

Судебная статистика говорит о том, что количество таких исков в России растет. Если в 2016 году в арбитражные суды поступило 747 дел, то в 2019 суды рассмотрели 835 исков о защите деловой репутации. Число дел в судах общей юрисдикции за 2019 год составило 4966, что также превышает показатели предыдущих лет -  в 2016 году суды общей юрисдикции рассмотрели 3991 иск.

Однако из этого количества удовлетворяется всего примерно 30 % исков. Выигрывать подобные дела по-прежнему непросто. С одной стороны, большой объем предмета доказывания и противоречивая судебная практика делают исход разбирательства труднопредсказуемым. С другой - помимо юридических оснований для подачи иска, компании оценивают множество других факторов: не превысят ли расходы на ведение дела убытки, причиненные правонарушением; не привлечет ли судебное разбирательство лишнее внимание общественности к порочащей публикации; не повлечет ли возможный проигрыш в суде еще больший вред деловой репутации компании.

Компаниям свои претензии доказать сложнее

Поэтому, несмотря на угрозу судебного иска, правонарушители часто не относятся к такой перспективе серьезно. Примерно в четверти случаев ответчиками по искам компаний выступают СМИ, которые или пренебрегают проверкой фактов, или сознательно ставят экономическую выгоду от распространения ложных сведений выше собственных репутационных рисков и возможных убытков. Чаще всего, в случае проигрыша в деле, самое худшее, что может произойти для СМИ – это необходимость опубликовать опровержение и, если речь идет о распространении в сети Интернет, удалить порочащие сведения, а также компенсировать сравнительно небольшие судебные издержки. Им редко приходится нести большие финансовые потери в связи с компенсацией потерпевшим.

Дело в том, что в отличие от физических лиц, которые вправе требовать возмещения морального вреда, юридические лица должны сначала доказать факт и размер реального имущественного вреда или упущенной выгоды. А это довольно сложно, так как необходимо доказать наличие причинно-следственной связи между распространением порочащих сведений и возникшими убытками.

Практика по удовлетворению подобных требований невелика, но из успешных кейсов можно почерпнуть идеи: например, если какой-либо контрагент отказывается заключить договор в связи с порочащими сведениями, можно попросить его подтвердить свои мотивы в письменном виде и представить в суд в качестве доказательства. 

Однако, и назначаемые судами компенсации, как правило, невелики. В 2019 году по удовлетворенным в России 1489 искам взыскано всего около 90 миллионов рублей. Это в среднем около 60 000 рублей по каждому иску. Тенденция к минимальным размерам компенсации за ущерб деловой репутации не способствует увеличению количества исков с такими требованиями. В результате, единые подходы к определению адекватного размера такой компенсации в нашей стране формируются медленно, а правонарушители не считают необходимым воздерживаться от распространения ложных сведений.

Одним из решений может быть ужесточение ответственности. Например, закрепление в Гражданском кодексе РФ понятия «репутационного вреда» для юридических лиц - аналога морального вреда физическому лицу, или же фиксированного размера компенсации потерпевшей стороне. Сейчас же российское законодательство и разъяснения судебных органов не содержат определения деловой репутации и критериев для установления адекватной компенсации за нанесенный ущерб.

Еще одну сложность для истцов представляет то, что в предмет доказывания по спорам о защите деловой репутации входят такие категории, как «порочащий», «оскорбительный» характер сведений, а также разграничение фактов и оценочных суждений. К порочащим, согласно позиции Верховного суда, относятся, например, утверждения о нарушении лицом законодательства, недобросовестности в предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики. Но признание их доказанными во многом зависит от внутреннего убеждения судьи. Поэтому и судебная практика не отличается однообразием. В части фактов, хотя бремя доказывания, что опубликованные сведения соответствуют действительности, по общему правилу лежит на ответчике, но и истцу также следует подготовиться и представить в суд доказательства ложности оспариваемых высказываний.

Успешный пример из практики

На этом фоне выигранные компаниями дела о защите деловой репутации, особенно против популярных СМИ, вызывают резонанс и внимание со стороны профессионалов. Например, летом 2020 года авиакомпания «Россия» выиграла суд против ТАСС, а производитель стиральных порошков AOS - АО «Нэфис Косметикс» - против казанских СМИ

Наиболее свежий кейс – выигранный иск производителя препарата «Кагоцел» ООО «НИАРМЕДИК ФАРМА» против питерских СМИ. 12 ноября Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области полностью удовлетворил исковые требования компании о защите своей деловой репутации. Ответчиками по иску выступали не только учредитель сетевых изданий «Доктор Питер» и «Фонтанка.ру» – АО «АЖУР-МЕДИА» - и автор порочащей заметки, но и источник недостоверных сведений - доцент ФГБОУ ВО СПбПМУ Александр Хаджидис. 

В статье, вышедшей на сайте «Доктор Питер» 28 января 2020 года, Хаджидис был назван «главным клиническим фармакологом Санкт-Петербурга», хотя такой должности, согласно данным Минздрава России, не существует. В интервью он утверждал, что препарат «Кагоцел», которым лечат ОРВИ, долго использовался как противозачаточное средство и вызывает нарушение репродуктивной функции у мужчин.

Производитель препарата доказал, что все эти утверждения не соответствуют действительности и порочат деловую репутацию компании. Суд проанализировал предоставленные истцом правила надлежащей производственной практики, результаты клинических исследований, отчеты по безопасности лекарственного препарата и научные публикации. В результате он обязал ответчиков удалить из опубликованной статьи все сведения, несоответствующие действительности, и опубликовать в этих же сетевых изданиях официальное опровержение. Если этого не будет сделано после вступления решения суда в законную силу, то ответчики могут быть привлечены к административной и даже уголовной ответственности. 

Текст решения суда уже опубликован в полном объеме. Суд установил, что ответчиками не доказаны опубликованные в статье утверждения, а в этом случае шансы обжаловать решение в суде вышестоящей инстанции у издания и авторов практически нулевые.

Хотя судебная практика не является непосредственным источником права в России, однако позиция, аргументы и подход вышестоящих судов в отношении аналогичных обстоятельств дела и применимых норм права судами учитывается при разрешении похожих споров. Поэтому есть основания надеяться, что кейс «Ниармедик» и похожие решения мотивируют СМИ быть более осмотрительными и проверять публикуемую информацию о товарах и их производителях.

И небольшой совет напоследок. Теоретически привлечь к ответственности можно любого автора порочащей информации, вне зависимости от канала распространения. В том числе если информация распространялась в соцсетях или мессенджерах. Если существует риск, что публикация будет удалена или скрыта, рекомендую незамедлительно после обнаружения обратиться к нотариусу с заявлением об обеспечении доказательств. Сегодня это достаточно распространенная практика, многие нотариусы работают по таким запросам граждан и юридических лиц. 

Мы в Telegram

Новости судебной системы, свежая практика, резонансные кейсы, инсайды и подробности.

Подписаться