О том, что на «красивых» номерах нужно кому-нибудь зарабатывать, рассуждают уже не один десяток лет. На разных этапах обсуждений предлагались различные способы пополнения бюджета с помощью присвоения государственных регистрационных номеров: и проведение аукционов по примеру Дубая, и введение шкалы государственной пошлины в зависимости от «красоты» номера. Но на официальном уровне повышенную ценность таких номеров пока так и не признали. А можно и нужно ли, несмотря на это, использовать автомобиль должника с «красивым» номером для пополнения конкурсной массы и восстановления прав кредиторов?
Сегодня для российских автовладельцев номерной знак автомобиля — это не просто железная табличка с буквами и цифрами, а настоящее средство самовыражения. Буквы и цифры символизируют статус и положение автовладельца, его взгляды. Индивидуальное буквенно-цифровое обозначение обретает свой определенный смысл не только для владельца, но и для окружающих. Как не вспомнить ситуацию, произошедшую в августе, когда буквенные символы на регистрационном номере автомобиля А777УЕ стали поводом для привлечения водителя к административной ответственности за пропаганду экстремистской организации (буквенное обозначение АУЕ совпадает с аббревиатурой, которая означает «Арестантское уголовное единство»*).
Получить заветную комбинацию букв и цифр непросто. Законом не предусмотрен легальный способ приобретения государственного регистрационного номера, а потому искать его приходится на сером рынке. Именно там номерной знак «овеществляется» и обретает стоимость, которая зачастую многократно превышает стоимость автомобиля.
Анализ информации, размещенной на специализированных сайтах, показал, что стоимость номеров спецсерии может превышать 70 млн руб.
При таких цифрах лицам, участвующим в деле о банкротстве, очень сложно закрыть глаза на существование такого на первый взгляд неочевидного актива.
В этой ситуации и возникает злободневный вопрос: а должен ли добросовестный арбитражный управляющий, который имеет возможность пополнить конкурсную массу должника, пользоваться таким способом, пусть и не предусмотренным законом? Ведь вырученная в такой сделке сумма может полностью покрыть все требования кредиторов.
Напрямую этот вопрос в практике пока не вставал, но вставали другие. Например, сегодня все чаще в судах встречаются дела об оспаривании сделок купли-продажи номерных знаков. Поскольку законом механизм совершения таких сделок не предусмотрен, стороны оформляют правоотношения через куплю-продажу автомобиля.
Например, стороны могут заключить два договора, по которым покупатель ставит автомобиль на учет с сохранением за собой «красивого» номерного знака, а затем снимает его с учета с новым номером. Сам автомобиль при этом не выбывает из владения продавца. Или другой вариант: стороны заключают договор, по которому покупатель ставит автомобиль на учет с сохранением за собой «красивого» номерного знака, а затем снимает его с учета с новым номером. Автомобиль при этом передается третьему лицу (реальному покупателю) по другой сделке.
И это не единственные способы продажи номера. Но что их объединяет? Игра с ценой. Установленная в договоре цена продажи (более высокая или более низкая относительно стоимости самого автомобиля, который юридически выступает предметом сделки) может повлиять на оценку эквивалентности (равноценности) сделки в случае ее оспаривания в процедуре банкротства.
Практика по таким делам относительно молодая, поэтому у судов нет единого подхода к их разрешению. Изменить ситуацию и направить практику в одном направлении стараются суды округов. В Северо-Кавказском округе суды сформировали позицию, что при заключении сделок по передаче должником «красивых» номеров не происходит выбытие имущества из владения должника, вред кредиторам не причиняется. Пусть формально сторонами и заключен договор купли-продажи, воля сторон не направлена на переход права собственности на автомобиль. Иной способ замены регистрационных знаков на автомобиле, кроме как тот, к которому прибегли стороны, законом не предусмотрен (постановления № Ф08-10972/2024, № Ф08-12456/2023 по делу № А63-1131/2022).
В Западно-Сибирском округе суды также сформировали позицию, что «красивый» номер нельзя считать объектом гражданских прав, а потому он не подлежит включению в конкурсную массу должника и не может считаться его активом. Искусственное создание гражданами условий для регистрации своих транспортных средств в подразделениях ГИБДД МВД под «красивыми» государственными регистрационными номерами путем представления мнимых договоров купли-продажи транспортных средств не является гражданско-правовой сделкой, подлежащей оспариванию конкурсным управляющим в рамках дела о банкротстве (постановление № Ф04-4159/2023 по делу № А45-20925/2021).
Но назвать практику устоявшейся пока нельзя. Например, встречаются дела, где суды признают такие сделки притворными, совершенными для обхода закона, нарушения основ правопорядка по ст. 10, 170, 169 ГК.
Эксперты КА Регионсервис принимали участие в разрешении одного из таких споров. Суды первой и апелляционной инстанций признали недействительной сделку купли-продажи должником номерного знака с взысканием с нашего доверителя рыночной стоимости транспортного средства. В кассации нам удалось доказать, что целью заключения сделки было приобретение «красивого» номера, в то время как сам автомобиль был продан должником другому лицу. Суд отменил судебные акты и принял новое постановление об отказе в признании сделки недействительной и взыскании с доверителя стоимости автомобиля (постановление № Ф04-2080/2025 по делу № А27-7101/2022).
Другой вопрос, который встречался в практике, более тесно связан с полномочиями арбитражного управляющего по продаже автомобилей с «красивыми» номерами. Бывают ситуации, когда арбитражный управляющий манипулирует спросом на автомобиль, рекламируя его «красивый» номер.
Так, в одном из дел суд пришел к выводу, что государственный регистрационный знак в отдельных случаях имеет самостоятельную ценность и влияет на стоимость приобретаемого транспортного средства, поскольку определенное сочетание букв и цифр номерного знака может иметь для покупателя стоимостное выражение. А значит, указание государственного регистрационного знака спецсерии в числе признаков реализуемого имущества формирует у участников торгов разумные ожидания того, что реализуется имущество, соответствующее положению о продаже имущества, и это способствует повышению потенциальными покупателями цены его покупки.
Кассационный суд отменил постановление апелляции, указав, что положение о продаже имущества не предусматривало реализацию государственного регистрационного знака, он был лишь средством индивидуализации автомобиля. Передача в собственность юридических и физических лиц специальной продукции, выданной государственным органом в подтверждение произведенной регистрации транспортного средства, законом не предусмотрена (постановление № Ф04-2664/2019 по делу № А03-15998/2017).
Таким образом, практика в этой категории дел также идет по пути отрицания самостоятельной ценности государственного регистрационного номера, невозможности (или, скорее, недопустимости в силу отсутствия в законе специального механизма купли-продажи номерного знака) пополнения конкурсной массы должника за счет его продажи. Вместе с тем это не исключает «невинных» манипуляций, обмана участников торгов со стороны арбитражных управляющих (замена автомобильных номеров после торгов по продаже автомобиля должника, на который он был установлен, «перенос» красивого номера с автомобиля из конкурсной массы должника, например, на свой автомобиль).
Подводя итог и отвечая на вопрос, должен ли добросовестный арбитражный управляющий, имея возможность пополнения конкурсной массы за счет продажи государственного номера, воспользоваться таким пусть и не предусмотренным законом способом, констатируем: не сегодня. Закон и практика идут по однозначному пути недопустимости включения номерного знака как актива в конкурсную массу, признания за ним ценности, реализации на торгах и пополнения конкурсной массы. При этом очевидно, что никто не мешает арбитражному управляющему и другим участникам дел о банкротстве учитывать «красивый» номер как элемент, влияющий на рыночную стоимость реализуемого автомобиля.
* Движение признано экстремистским и запрещено в России.
