ПРАВО.ru
Практика
2 февраля 2021, 19:29

ВС определял размер компенсации за незаконное уголовное дело

ВС определял размер компенсации за незаконное уголовное дело
Сколько государство выплатит за незаконное уголовное преследование, которое длилось три года? Ответ на вопрос давали суды в деле предпринимательницы, которую обвинили в мошенничестве, а потом оправдали. Она требовала от государства 3 млн руб. компенсации, но суды решили, что хватит 50 000 руб. Затем дело дошло до Верховного суда, который направил его на пересмотр.

В январе 2014 года в отношении Назили Исмаиловой* возбудили уголовное дело по признакам покушения на мошенничество. Как писали СМИ, дело было связано с получением лизинговых субсидий, выделенных по программе поддержки малого и среднего предпринимательства Свердловской области. Спустя 10 месяцев, в октябре 2014-го, Исмаилову задержали и отправили в СИЗО. Там она просидела месяц, потом ее отпустили под залог. А затем предъявили обвинение еще и по ч. 4 ст. 159 УК («Мошенничество»). Этот эпизод также был связан с получением лизинговых субсидий от правительства. Дело рассмотрел Октябрьский районный суд Екатеринбурга: в декабре 2016 года он признал Исмаилову невиновной по всем обвинениям и вынес оправдательный приговор (дело № 1-134/2016). Решение устояло в апелляции.

Компенсация за «месяц страданий»

Исмаилова обратилась с иском к Министерству финансов, чтобы взыскать компенсацию за незаконное уголовное преследование. Она отметила, что оно продолжалось больше трех лет (с возбуждения дела до вступления приговора в силу). Ее дискредитировали в глазах коллег и клиентов, обвинив в мошенничестве. А от плохих условий содержания в СИЗО у нее начались проблемы со здоровьем, в итоге ей пришлось делать операцию. Поэтому Исмаилова просила взыскать с Минфина 3 млн руб.

Представитель ответчика указал, что сумма необоснованно завышена, с ним согласилась и прокуратура Свердловской области, которая решила, что 30 000 руб. компенсации будет достаточно.

Возместить моральный вред: сколько стоит незаконное уголовное преследование

Первая инстанция посчитала, что компенсацию следует выплатить только за время заключения в СИЗО: именно тогда Исмаилова «претерпевала ограничения и испытывала нравственные страдания». Суд не согласился с доводами истицы о том, что после ареста у нее начались проблемы со здоровьем, поскольку она это не доказала. Суд указал и на то, что не доказана связь между арестом и ухудшением здоровья. А о назначении судебной медицинской экспертизы истица не заявляла. Ленинский районный суд Екатеринбурга удовлетворил иск частично и взыскал 50 000 руб. (дело № 2-3257/2019). Вышестоящие инстанции оставили решение без изменений. Тогда Исмаилова обратилась в Верховный суд

Нужна экспертиза

Как говорилось в жалобе Исмаиловой, первая инстанция решила, что связь между уголовным преследованием и ухудшением здоровья не доказана, хотя это могла подтвердить судебная экспертиза. Но в деле не ставился вопрос о том, стоит ли ее провести. 

По поводу другого аргумента райсуда (о недоказанности факта ухудшения здоровья) Исмаилова указала, что само уголовное преследование подтверждает ее нравственные страдания и переживания. Поэтому ей не нужно представлять еще какие-то документы, например, справку о нетрудоспособности или чеки о покупке лекарств. 

Дело № 45-КГ20-25-К7 2 февраля 2021 года рассмотрела тройка под председательством Сергея Асташова. На заседание в ВС пришла только представитель УМВД Свердловской области (третьего лица) Надежда Торгушина. Она согласилась, что, исходя из категории дела, моральный вред презюмируется. Но в то же время, по словам Торгушиной, Исмаилова должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается.

– Причинно-следственную связь между незаконным преследованием и хирургическим вмешательством необходимо было установить в рамках экспертизы, потому что суд не обладает медицинскими познаниями, – сказала Торгушина.

После этого тройка ненадолго удалилась в совещательную комнату, а выйдя, огласила решение: акты апелляции и кассации отменить, дело направить на новое рассмотрение в Свердловский областной суд.

Нет «ценового коридора»

Размер компенсации морального вреда за незаконную «уголовку», которую взыскивает первая инстанция, нередко оспаривают, потому что суммы занижают, считает Виктор Ушакевич, партнер АБ Адвокатское бюро «Q&A» Адвокатское бюро «Q&A» Региональный рейтинг. группа Семейное и наследственное право группа Уголовное право группа Арбитражное судопроизводство Профайл компании . Эксперт связывает это с тем, что четких критериев здесь нет. В постановлении Пленума ВС от 29 ноября 2011 года № 17 указано, что судам нужно учитывать «степень и характер физических и нравственных страданий». Ушакевич отмечает, что при этом не определен «какой-то «ценовой коридор». 

Ожидания и реальность: компенсация морального вреда в российских судах

По делу Исмаиловой эксперт называет компенсацию недостаточной, так как ее оправдали по обвинению в совершении тяжкого преступления. Уголовное преследование длилось больше трех лет, месяц из которых женщина провела под стражей. Ушакевич не согласен с решением первой инстанции о том, что начавшиеся проблемы со здоровьем истица должна была доказать. Ранее ВС (дело № 78-КГ18-82) уже разъяснял, что в таких случаях физические страдания – это общеизвестный факт, который не требует доказывания. ВС высказывался и по поводу другого аргумента райсуда (о связи между незаконным преследованием и ухудшением здоровья). По делу № 51-КГ20-6-К8 коллегия указала, что суд должен учитывать мнение стороны о целесообразности проведения экспертизы, но это не освобождает его от обязанности по сбору доказательств.

Мы в Telegram

Новости судебной системы, свежая практика, резонансные кейсы, инсайды и подробности.

Подписаться