18 июля в Московской области загорелось два склада Wildberries в Электростали и Котовске. Пожар произошел из-за атаки беспилотников и уничтожил не только сами здания, но и товары внутри. Такой же инцидент произошел со складами Wildberries 22 июля в Краснодаре и Невинномысске. 24 июля террористическим атакам с применением БПЛА подверглись логистические комплексы Wildberries в Шушарах, Уткиной Заводи (Санкт-Петербург и Ленинградская область) и Симферополе. Один из наиболее ообсуждаемых в медиа вопросов — смогут ли продавцы получить выплаты за них или нет.
Как суды и закон оценивают атаки БПЛА
Согласно ст. 401 ГК предприниматель не несет ответственность за неисполнение обязательств, если надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы. Кроме того, есть специальное правило: ст. 901 ГК освобождает хранителя от ответственности за утрату, недостачу или повреждение вещей, если это произошло из-за форс-мажора.
Форс-мажор — это обстоятельства, которые одновременно являются чрезвычайными и непредотвратимыми. Значение этих характеристик разъяснил Верховный суд в п. 8 постановления Пленума ВС от 24.03.2016 № 7. Так, чрезвычайность означает, что наступление события было необычным в конкретным условиях. То есть это выход за пределы нормальной и обыденной ситуации, то, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Непредотвратимость означает, что любой участник гражданского оборота, который ведет такую же деятельность, что и должник, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий. Непредотвратимость должна быть объективной, а не субъективной. Ссылка на атаку БПЛА как на форс-мажор допустима при исчерпывающем соблюдении этих условий, разъясняет юрист юридической фирмы VEGAS LEX Елизавета Вихлянцева.
При этом в начале года Торгово-промышленная палата указала, что налет беспилотников относится к форс-мажору (Письмо ТПП от 29.01.2026 «О свидетельствовании обстоятельств непреодолимой силы»). Но ссылки на сам факт атаки недостаточно — необходимо подтвердить, что именно это событие, в конкретное время и в конкретном месте, сделало исполнение обязательств объективно невозможным, обращает внимание Вихлянцева.
Компания должна доказать, что атака привела к утрате или повреждению того самого имущества, которое является предметом обязательства.
Елизавета Вихлянцева, юрист юридической фирмы VEGAS LEX
Кроме этого, компании нужно будет доказать, что последствия нельзя было предотвратить разумными мерами.
Судебная практика по вопросу того, относится ли атака БПЛА к форс-мажору или нет, пока неоднородна, но суды нередко придерживаются мнения, что это все же непреодолимая сила. Например, в деле № А40-282196/2025 суд отказал в возмещении убытков, которые возникли у «ВСК-Нефтесбыт». Компания передала профессиональному хранителю, Миллеровской нефтебазе, 212 тонн бензина для хранения, но обратно его не получила, так как резервуар с топливом загорелся вследствие атаки БПЛА. АСГМ согласился, что это был форс-мажор и освободил нефтебазу от ответственности за причиненный вред.
Егор Ковалев, адвокат КА Delcredere ожидает, что подобным образом будет развиваться и практика по требованиям к маркетплейсам. Так, с одной стороны, есть подход, согласно которому хранитель может ссылаться на обстоятельство непреодолимой силы только тогда, когда оно было действительно таким, а не просто предусмотрено публичной офертой: то есть, хранитель не мог никак защититься от атаки (соорудив, например, специальные сооружения) и не мог избежать неблагоприятных последствий атаки (застраховав, например, имущество от соответствующего риска). «Но, с другой стороны, страхование от подобных рисков сейчас фактически не осуществляется, и вряд ли у маркетплейсов, даже при всем желании, есть возможность укрыть от воздушных атак свои огромные логистические центры», — рассуждает Ковалев.
Атаки БПЛА признавали непреодолимой силой и в других делах, которые были связаны с исполнением госконтракта (дело № А65-31959/2025), поставкой товаров (дело № А83-9540/2025) и строительством (дело № А35-6723/2024). А в деле № А35-6020/2025 АС Курской области и вовсе пришел к выводу, что истец понес ущерб именно от действий военнослужащих вооруженных сил Украины, а не ответчика.
При этом большинство решений судов, где ссылку на БПЛА не признавали форс-мажором, связано не отрицанием самого факта атаки, а с невозможностью установить причинно-следственную связь между атакой и нарушением именно того обязательства, на которое ссылается должник, обращает внимание Константин Шорыгин, младший партнер, адвокат АБ « Бельский и партнёры ».
Ключевое доказательство того, что атака беспилотника была форс-мажором — это заключение ТПП конкретного субъекта. В таком документе фиксируют дату и территорию, которая подверглась атаке БПЛА, повреждения инфраструктуры, а также период приостановления деятельности предприятия, перечисляет Шорыгин. Чтобы получить соответствующее заключение, компании нужно предоставить официальные справки и акты МЧС и МВД, постановления о возбуждении уголовного дела и о признании организации потерпевшей стороной, добавляет Вихлянцева.
Но в данном случае есть одно ограничение: форс-мажор удостоверяют только в отношении прямого участника обязательства, у которого непосредственно наступило событие. «Следовательно, продавец не вправе ссылаться на непреодолимую силу в случае атаки БПЛА на склад его контрагента, даже если указанные лица входят в одну группу компаний», — напоминает Вихлянцева.
Шорыгин рекомендует помимо заключения ТПП предоставлять в суд в том числе официальные письма органов военного управления (штаба военного округа, ФСБ, Росгвардии) с подтверждением факта атаки БПЛА на конкретный объект или территорию в конкретную дату, а также акты о повреждении имущества, составленные с участием независимых экспертов, аварийных комиссаров или уполномоченных органов с указанием даты, времени, характера повреждений, пострадавших объектов.
За что отвечают маркетплейсы
Отношения между продавцом и маркетплейсом урегулированы офертами. Так, согласно п. 13.2.1 оферты о реализации товара на сайте Wildberries (далее — оферта) маркетплейс оказывает услугу по хранению товара на своем складе с момента его поступления на склад до момента его убытия.
Согласно п. 11.3.1 оферты Wildberries, если в течение 60 дней маркетплейс не возвращает товар продавцу по его требованию, то товар считается утраченным. Кроме этого, площадка может сама уведомить продавца об утрате товара. Если это происходит, то маркетплейс возмещает продавцу реальный ущерб (п. 11.3.4 оферты). Он считается по специальной формуле: из расчетной стоимости товара вычитают НДС, размер категорийной комиссии и наценку на товар.
Но согласно п. 11.3.4 оферты маркетплейс не обязан выплачивать компенсации, если товар оказался утраченным из-за непреодолимой силы. К таким обстоятельствам п. 11.3.4.1 документа относит следующее:
землетрясение, наводнение, природный пожар, ураган и иные природные катаклизмы;
утечка или рассеивание любых загрязняющих или отравляющих веществ (жидких, твердых, газообразных);
забастовки, гражданские беспорядки, восстания, митинги, демонстрации или пикетирования;
введение военного или чрезвычайного положения, военные, боевые, оборонительные действия, а также любые другие установленные специальные правовые режимы;
введение любых запретов на перемещение (включая перекрытие путей сообщения);
любые последствия применения, воздействия, падения, запуска или срабатывания вооружений, военной техники, летательных аппаратов (включая БПЛА), средств поражения, боеприпасов и их частей, а также обстрелов и взрывов и прочих средств поражения, включая объекты, считающимися нейтрализованными, несмотря на наличие выданных актов (иных документов) об отсутствии взрывоопасных предметов на данной территории.
Подобные изменения, внесенные сначала в оферту Ozon, затем в новую редакцию оферты Wildberries, опубликованную 30 июня, а позднее, 20 июля, и в оферту Яндекс Маркета, не изменили сам принцип распределения ответственности, установленный законом, а уточнили применение уже действующих норм о форс-мажоре к конкретным сценариям работы маркетплейсов.
Я не стал бы винить маркетплейсы в том, что они внесли в публичную оферту в качестве форс-мажора атаку беспилотников. В оферте Wildberries, например, всегда содержалась оговорка об освобождении от ответственности в случае наступления обстоятельств непреодолимой силы, а последние редакции документа лишь конкретизировали перечень таких обстоятельств, не меняя сути. А то, что атака беспилотника является форс-мажором, это, в целом, уже общепринятое положение дел.
Егор Ковалев, адвокат КА Delcredere
Таким образом, соглашение между продавцами и маркетплейсом освобождает последнего от обязанности выплачивать деньги за товары, которые погибли в результате атак БПЛА. Но такое соглашение не должно противоречить закону, и суды могут не согласиться, что в данном конкретном случае был форс-мажор.
На что могут рассчитывать селлеры Wildberries
В итоге соглашение продавцов с маркетплейсами освобождает последних от выплаты компенсаций, если товар утрачен вследствие форс-мажора, куда относят и атаки БПЛА. По своему содержанию это положение не противоречит закону, а квалификация обстоятельства как непреодолимой силы — это прерогатива суда, который оценивает фактические обстоятельства каждого дела. Продавцы могут попытаться оспорить отдельные положения оферты как явно обременительные для присоединившейся стороны, особенно если они полностью исключают ответственность сильной стороны. Вихлянцева разъясняет: «Суд может признать такое условие недействительным, если оно нарушает баланс интересов сторон и принцип добросовестности». А Шорыгин считает, что у селлеров будет больше шансов получить возмещение, если суд будет устанавливать, какие меры по предотвращению вреда предпринял маркетплейс как профессиональный хранитель.
Если же форс-мажор будет установлен, то последствия для продавцов тяжелые. Маркетплейс в таком случае освобождается от ответственности за утрату, и убытки остаются на собственнике товара. Тогда реальными каналами возмещения становятся страхование (при этом военные риски и теракты стандартно исключаются из покрытия либо требуют отдельного расширения), возможные меры государственной поддержки и добровольные меры поддержки продавцов от самой площадки, о которых уже заявили.
Дмитрий Лысенко, адвокат, партнер Artegra
Дополнительно может помочь страховка. Но по данным участников рынка страхования, страховые полисы есть только у 5–7% продавцов на Wildberries и из них только 10–20% включают риск диверсии. Проблема в том, что такие договоры обычно сильно дороже, и селлерам выгоднее не покупать такие страховые продукты.
Кроме этого, не все страховые компании в целом покрывают убытки от атак БПЛА. Например, у «Сберстрахования» полисы не включают ущерб от БПЛА и распространяются только на стандартные операционные риски: повреждения, подмену и утрату товара во время перевозки со склада маркетплейса или хранения на пункте выдачи.
Другая сложность в том, что атаки БПЛА расценивают как теракт. С одной стороны, это позволяет взыскать ущерб со страховой, даже если полис не покрывает атаки беспилотников, но включает противоправные действия третьих лиц (например, дело № 33-3138/2026). Но, с другой стороны, некоторые компании прямо исключают террористические акты из покрытия. Например, в полис «Согаз» не входят террористические акты и диверсии в приграничных регионах и в Крыму. И если есть такое исключение, то суд откажет во взыскании возмещения (дела № А32-243/2025 и № А40-322396/2025).
Кроме этого, для выплат страхового возмещения на основании того, что случился теракт, нужны результаты уголовного дела и соответствующая квалификация событий со стороны правоохранительных органов. И в таких случаях урегулирование может занять как минимум год, рассказывают участники рынка.
Но, вероятнее всего, продавцам не придется проходить через сложные судебные процессы, так как генеральный директор и основательница Wildberries Татьяна Ким заявила, что селлеры смогут получить выплаты в качестве добровольных мер поддержки от маркетплейса. «Не сомневайтесь, мы не оставим вас наедине с этой проблемой», — написала предприниматель. Сначала маркетплейс проведет оценку последствий, чтобы определить объем выплат. В Ассоциации компаний интернет-торговли (АКИТ) отмечают, что подобная работа требует времени: нужно проверить не только состояние складских комплексов и оборудования, но и определить статус миллионов товаров и верифицировать данные по каждому продавцу. По словам президента АКИТ Артема Соколова, в мировой практике такие оценки обычно занимают от шести месяцев до года. Но Ким указала, что у Wildberries это займет до 30 дней. При этом уже 22 июля компания начала выплаты: более 88 тыс. продавцов получили первые начисления в рамках первого этапа поддержки. В него вошли прежде всего представители малого бизнеса и предприниматели с небольшими товарными остатками, для которых потеря товара наиболее чувствительна.
В первые же дни после пожара Wildberries запустил и некоторые другие виды поддержки. Например, продавцы получат скидки на хранение на ряде складов на ближайшие 45 дней со дня поставки и 100% скидку на транзитные поставки в региональные склады. Еще предусмотрели отсрочку погашения долга, льготные кредиты для восполнения утерянных товарных запасов и льготные условия по ускоренному выводу выручки с площадки.
Дополнительно помощь пострадавшим продавцам предложил ВТБ, а Ассоциация участников рынка электронной коммерции попросила власти предоставить отсрочку от уплаты налогов и страховых взносов на шесть месяцев продавцам, чьи товары были утеряны или повреждены из-за атак БПЛА по складам Wildberries.
