Экономическое сотрудничество и разрешение споров
Хосе Антонио Мауреллет, SC, Des Voeux Chambers, открыл дискуссию и отметил, что Гонконг хоть и юрисдикция общего права, но окружен юрисдикциями гражданского права. «Таким образом, Гонконг уже привык взаимодействовать и работать двумя системами», — сказал Мауреллет. Эта юрисдикция — центр инвестиций для инвесторов со всего мира, и именно поэтому многие споры, которые возникают в Гонконгском арбитражном центре (HKIAC), проистекают из споров в сфере финансов, привлечения капитала, пред-IPO, акционерных соглашений и подобного, пояснил Мауреллет.
Эту тему продолжила генеральный секретарь HKIAC Джоанн Лау. Она отметила, что так как Гонконг очень долгое время находится в системе общего права, правовая система очень стабильна и предсказуема.
Для многих компаний, которым нужна надежная, стабильная правовая система для ведения зарубежного бизнеса, включая юрисдикции инициативы «Один пояс — один путь», часто выбирают Гонконг как форум для разрешения споров и гонконгское право для структурирования зарубежных сделок. Стороны не из Китая также часто выбирают Гонконг, поскольку он утвердил свою репутацию места, где можно урегулировать все виды споров, включая споры с компаниями из материкового Китая, нейтральным, эффективным, профессиональным и независимым образом.
Джоанн Лау, генеральный секретарь HKIAC
Кроме того, в Гонконге очень благоприятный налоговый режим, добавила Лау. Это еще одна причина, по которой многие компании, размышляющие о том, как структурировать зарубежные инвестиции, рассматривают Гонконг. Кроме этого, существует много форм сотрудничества и недавних инициатив, связывающих Гонконг и Центральную Азию наиболее тесно, отметила Лау. Именно поэтому HKIAC сотрудничает с арбитражными институтами в регионе. Например, HKIAC и Ташкентский международный арбитражный центр разработали совместные арбитражные правила еще в сентябре 2023 года. «Цель такого кросс-институционального регламента — объединить преимущества и особенности двух учреждений», — пояснила Лау.
Партнер Rajah & Tann д-р Ванина Сучариткул и советник юридической фирмы Umbra Джунианто Джеймс Лосари подтвердили, что страны АСЕАН и Центральная Азия заинтересованы в тесном сотрудничестве. Это отражается, в частности, в визитах на государственном уровне и экономических инициативах, а также в увеличении объемов торговли между странами.
После этого партнер Grata International Шаймерден Чиканаев отметил, что 10–20 лет назад в Центральной Азии было много нефтегазовых проектов, особенно из Китая. Но сегодня существует больше частных проектов, не только с участием государственных компаний, в таких секторах, как электроэнергетика, возобновляемые источники энергии, обрабатывающая промышленность, сельское хозяйство. И по опыту Чиканаева, правительства выбирают различные правовые инструменты для привлечения иностранных инвестиций. И это в итоге влияет на то, как будут развиваться споры в будущем.
В Узбекистане существует единая правовая база для инвестиционных проектов в рамках Закона о ГЧП. Она универсальна и применима ко всем. Казахстан решил использовать две разные системы: модель межправительственного соглашения для проектов в сфере возобновляемой энергетики и соглашения, применимые ко всем. Последний механизм предусматривает только два варианта форумов для разрешения споров. Это либо государственный суд, либо Международный арбитражный центр при МФЦА. Но если применима модель межправительственного соглашения, то необязательно придерживаться именно этих вариантов.
Шаймерден Чиканаев, партнер GRATA International
Также Чиканаев предупредил, что инвесторам следует быть осторожными в отношении того, что они подписывают. При заключении инвестиционного соглашения нужно не только проконсультироваться с юристами в отношении форума для разрешения споров, но и проверить, будут ли такие соглашения устойчивыми в долгосрочной перспективе. Некоторые их положения могут оспорить и рассматривать как нарушение публичного международного права или конституции отдельной страны. Кроме того, Чиканаев заявил, что обычно правительство настаивает на Международном арбитражном центре при Международном финансовом центре «Астана» (МФЦА). «Мы обычно также рекомендуем этот вариант, поскольку государственные суды очень формально толкуют положения об обязательном наличии предварительного согласия соответствующего государственного органа при заключении арбитражной оговорки», — сказал Чиканаев.
Партнер TKS Бахыт Тукулов продолжил эту тему и отметил, что в Узбекистане не так много статистики в отношении защиты инвестиций, тогда как в Казахстане подобной информации много. Поэтому, по мнению Тукулова, Казахстан — более зрелая юрисдикция с инвестиционной точки зрения.
Говоря о разрешении споров, Тукулов отметил, что в Казахстане главный вопрос — какова цель клиента. «Например, если вы получите арбитражное решение от иностранного арбитражного центра и захотите привести его в исполнение в Казахстане, это может быть не лучшим вариантом. Если вы хотите привести его в исполнение в Казахстане, вам нужно выбирать между МФЦА или Международным арбитражным центром при МФЦА. Дело в том, что арбитражные решения, вынесенные этими учреждениями признаются и приводятся в исполнение только через суд МФЦА», — пояснил Тукулов.
Благодаря этому режиму исполнения решений арбитражное решение становится идентичным по природе казахстанскому судебному решению. Это значит, что сторонам не нужно обращаться в местный суд и нести риски отказа в признании и приведении решения в исполнение. Поэтому, если вероятно приведение решения в исполнение в Казахстане, то Международный арбитражный центр при МФЦА — это гораздо более безопасный вариант. Еще не было ни одного случая, когда суд МФЦА отказал в признании и приведении в исполнение арбитражных решений, вынесенных этим центром.
Бахыт Тукулов, партнер TKS
Но эксперт предупредил, что невозможно привести в исполнение, например, решение HKIAC в суде МФЦА, если нет связи с МФЦА или в этой юрисдикции нет активов. Аналогичное правило применяется к остальной части Казахстана. «Вы не можете привести в исполнение иностранное арбитражное решение в Казахстане в отношении компании, которая не зарегистрирована в Казахстане», — пояснил Тукулов. Но в то же время две совершенно несвязанные с МФЦА стороны могут обратиться в суд МФЦА, если они предусмотрят в контракте соответствующее положение, добавил юрист.
Последние изменения в ДИС
Во второй части сессии эксперты обсудили последние изменения в двусторонних инвестиционных соглашениях (ДИС) между азиатскими странами. Лосари заявил, что у Китая есть ДИС с каждым из пяти государств Центральной Азии, и три из них были изменены недавно (с Казахстаном, Узбекистаном и Таджикистаном).
Новые китайские ДИС имеют гораздо более проработанные стандарты защиты, что обеспечивает большую конкретику для инвесторов. Они уже не столь расплывчаты по сравнению со старыми ДИС. И эти изменения внесли на фоне требований государств получить больше свободы в рамках двусторонних соглашений.
Джунианто Джеймс Лосари, советник Umbra
Но не все государства Юго-Восточной Азии имеют ДИС со всеми пятью странами, добавил Лосари. Например, Индонезия заключила ДИС только с Туркменистаном и Узбекистаном, и эти договоры в основном относятся к ДИС старшего поколения.
В то же время Сингапур — это один из наиболее активных государств АСЕАН в построении защиты инвесторов в регионе, отметила Сучариткул. По ее словам, в ДИС с Казахстаном защита наиболее сильная. Так, сингапурский инвестор в Казахстане может полагаться на два договора. Первый — это ДИС между Казахстаном и Сингапуром, подписанный в ноябре 2018 года и вступивший в силу в 2024 году. «Он содержит классические механизмы защиты: режим наибольшего благоприятствования, справедливое и равноправное обращение, полная защита и безопасность на основе международного права, защита от незаконной экспроприации и компенсация убытков от войны и гражданских беспорядков, свободный перевод капитала и доступ к международному арбитражу», — перечислила Сучариткул. Второе соглашение вступило в силу только в марте 2025 года, и это Соглашение об услугах и инвестициях между Казахстаном и Сингапуром. Оно стало частью более крупной структуры — Соглашения о свободной торговле между Евразийским экономическим союзом и Сингапуром, которое было подписано в октябре 2019 года, пояснила Сучариткул.
Соглашение об услугах и инвестициях между Казахстаном и Сингапуром содержит положение о внутреннем регулировании, которое требует, чтобы лицензирование и квалификация действий инвестора осуществлялись разумно, объективно и беспристрастно. Для инвесторов, чьи проекты зависят от разрешений государственных регуляторов, это очень важно. Но новое соглашение в большей степени защищает государство, чем старый договор: защита распространяется только на требования по договору, и некоторые политические аспекты исключены.
Ванина Сучариткул, партнер Rajah & Tann
Но когда речь идет об Узбекистане, картина иная. Там сингапурские инвесторы по-прежнему полагаются на ДИС старшего поколения от 2003 года, добавила Сучариткул.
