Конституционный суд отклонил жалобу налогоплательщицы на положения Налогового кодекса, которые, по ее мнению, позволяют произвольно определять размер обязанности гражданина по уплате НДФЛ при получении им в подарок квартиры от другого физлица.
Заявительница, Елена Куртанидзе, по договору дарения получила в собственность квартиру, которую в дальнейшем продала. На основании договора дарения при подаче декларации по налогу на доходы физлиц (НДФЛ) Куртанидзе указала стоимость этой недвижимости в размере 100 000 руб. Однако налоговый орган определил рыночную стоимость жилья на дату дарения, исходя из которой заявительнице доначислили налог, а также предложили уплатить пени и штраф. Она, в свою очередь, попыталась оспорить решение налоговиков в суде, однако потерпела фиаско. Суд первой инстанции, а затем апелляция и кассация отказались удовлетворить требования Куртанидзе, сославшись на то, что в главе 23 Налогового кодекса ("Налог на доходы физических лиц") нет положений, определяющих порядок установления с целью налогообложения стоимости имущества, полученного одним гражданином в дар от другого. Однако суды сочли возможным определять размер налоговой обязанности в таких случаях исходя из других положений действующего законодательства.
Куртанидзе считает, что положения статей 210 "Налоговая база", 211 "Особенности определения налоговой базы при получении доходов в натуральной форме" и 228 "Особенности исчисления налога в отношении отдельных видов доходов. Порядок уплаты налога" главы 23 НК противоречат Конституции, поскольку позволяют правоприменительным органам произвольно (в виду отсутствия законодательного регулирования) определять размер обязанности налогоплательщика по уплате НДФЛ.
Вместе с тем КС не нашел оснований для принятия жалобы к рассмотрению по ряду причин. Федеральный законодатель предусмотрел в НК налог на доходы физлиц (глава 23) и установил, что при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, а также доходы в виде материальной выгоды (п. 1 ст. 210), отметил суд. При этом доходом, согласно п. 1 ст. 41, признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки. Соответствующие правила подлежат применению и при уплате налога гражданами, которые получили от других физлиц, не являющихся ИП, доходы в денежной и натуральной формах в порядке дарения (подп. 7 п. 1 ст. 228), подчеркнул КС.
"Таким образом, при уплате НДФЛ с доходов, полученных физлицами в связи с заключением ими договора дарения, подлежит учету экономическая выгода налогоплательщиков, учитываемая в той мере, в какой эту выгоду возможно оценить исходя из обстоятельств конкретного дела", – резюмирует КС. Что же касается ст. 211 НК, добавляет суд, то она устанавливает особенности определения налоговой базы при получении доходов в натуральной форме от организаций и ИП, а не от физлиц, не являющихся предпринимателями. С учетом этого обжалуемое заявительницей нормативное регулирование не может рассматриваться как нарушающее конституционные права налогоплательщиков в обозначенном ею аспекте (определение КС № 2586-О).
