Александр Швецов, клиент обанкротившегося коммерческого «БФГ-Кредита», обратился в Агентство по страхованию вкладов за компенсацией потерянных сбережений. АСВ выплатило ему 1,4 млн руб., однако потом потребовало вернуть деньги, поскольку выяснилось, что Швецов был членом правления банка и входил в состав контролирующих лиц.
По обязательствам банка его привлекли к субсидиарной ответственности: с его одобрения совершали сделки по выдаче заведомо невозвратных займов в пользу юрлиц, что привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов. На декабрь 2023 года совокупный размер неудовлетворенных требований «БФГ-Кредита» составлял почти 45,5 млрд руб.
Раменский горсуд Московской области встал на сторону АСВ. Апелляция и кассация это решение отменили. Первый КСОЮ указал, что субсидиарная ответственность Швецова — это мера защиты прав кредиторов банка, а не обязательство перед самим банком. Поскольку на момент выплаты страховки у Швецова не было встречных требований именно к банку, оснований для уменьшения страхового возмещения или его возврата не имелось. Кроме того, кассация подтвердила, что АСВ пропустило трехлетний срок исковой давности и вместо 2019 года обратилась с требованием о возврате в 2024 году (дело № 2-6427/2024). Агентство с позицией не согласилось и обратилось в Верховный суд.
Гражданская коллегия поддержала АСВ и отменила решения второй и третьей инстанций. ВС объяснил, что если невозможность исполнения обязательств возникла по вине Швецова, то он лишается права требования в свою пользу до тех пор, пока не устранит последствия «собственного поведения».
